Линда Ховард - Охота за красоткой

Это меня и тревожило. Впервые с тех пор, как я поняла, что он меня любит – к тому времени я тоже успела влюбиться в этого мерзавца, – меня мучали сомнения: а сумеем ли мы ужиться в браке?

Одной любви для этого слишком мало. Ее должно дополнять еще что-нибудь – например привязанность и уважение, иначе она быстро истощится и иссякнет. Я люблю Уайатта. Очень люблю, хотя временами мне хочется его убить – например за агрессивность и стремление побеждать, благодаря которым так успешно развивалась его футбольная карьера. Уайатту хватает силы воли, чтобы обуздать даже мое стремление к лидерству, ему есть, что противопоставить мне.

Внезапно у меня возникла пугающая мысль: а если Уайатт уже ничего не желает мне противопоставлять?

Два года назад он бросил меня после третьего свидания – решил, что я требую слишком больших жертв, другими словами, что овчинка не стоит выделки. А когда Николь Гудвин убили на стоянке у моего клуба и Уайатт понял, что покушались на самом деле на меня, ему пришлось признать, что нас связывают особые узы, а когда мы рядом, между нами пробегают искры. И он вернулся, признался в любви, и с тех пор мы не расставались, но – вот оно, это огромное, чудовищное «но»! – все эти два года он прекрасно обходился и без меня. Только теперь я поняла, почему меня это всегда бесило.

Я не изменилась. Общение со мной по-прежнему требует жертв.

И он не изменился. В некоторых вопросах мы пришли к компромиссу, в других просто приспособились, тем не менее, остались теми же людьми, что и два года назад, когда Уайатт не считал нужным тратить на меня время и силы. Возможно, последние месяца два, пока я вела шутливую борьбу за лидерство, он едва терпел меня.

Очевидно, он либо слишком плохо знает меня, либо находит во мне чересчур много минусов. Думать об этом было невыносимо.

Глава 16

– Звонили из компании, которая занимается установкой систем наблюдения и охраны, – сообщила Линн и протянула мне список звонков. – А я нашла по объявлению в газете помощника младшего менеджера – подумала, что скоро тебе будет не до работы, начнутся предсвадебные хлопоты. Бумаги у тебя на столе.

– Спасибо, – ответила я. – Сегодня никаких происшествий?

– Нет, все в полном порядке. А у тебя? – Она испытующе заглянула мне в глаза. – Больше за тобой никто не следил?

– Не заметила.

Если вдуматься, это даже оскорбительно: сначала меня преследовали по пятам два дня подряд, и я уже думала, что неизвестный на белом «шевроле» появится и сегодня, после нашей с Уайаттом ссоры. Тогда я могла бы ответить Линн – да, опять следили, записать номер и так далее. Но нет, поступки психопатов непредсказуемы.

Линн ушла, а я заставила себя сосредоточиться на работе. Оказалось, злиться на Уайатта даже полезно – злость продуктивнее депрессии. Разозленный человек на многое способен. Но если хочешь, чтобы тебе посочувствовали, – пожалуйста, сиди со своим разбитым сердцем и жалуйся, сколько душе угодно.

Лично я предпочту злость. Остаток дня я работала как заведенная, бодро расправляясь с делами и выполняя привычные обязанности. Почему-то сегодня посетителей было меньше, чем обычно, – и днем, и вечером, поэтому я успела разобраться с делами, вдобавок выкроила себе свободное время.

Впервые с тех пор, как меня чуть не сбила машина, я устроила себе тренировку – конечно, без серьезной нагрузки, гимнастики и бега трусцой, потому что головной болью я уже сыта по горло. Я просто выполнила интенсивный комплекс йоги, как следует пропотела, потом поработала с гантелями и поплавала. Опасалась я только одного – что злость пройдет сама собой, но напрасно: тренировку моя злость перенесла так же бодро, как я.

Сегодня я не спешила запереть клуб и отправиться домой. Нет, я не медлила, но и уезжать не торопилась. Я добросовестно справлялась со всеми делами, удерживающими меня в клубе, и гордилась собой.

Уже выходя из клуба, я почувствовала острую тревогу, открыла дверь, огляделась, убедилась, что никто не подстерегает меня на стоянке, и только после этого шагнула через порог. Спасибо тебе, неизвестный чокнутый преследователь, теперь я нервничаю даже в собственном фитнес-клубе! А нервничать я не привыкла, это состояние не для меня. Оно меня бесит.

Под навесом на стоянке осталась только моя машина, как уже бывало тысячу раз – цифра неточная, я не из тех, кто скрупулезно подсчитывает, сколько дней в год они задерживались на работе допоздна. Но сегодня я вздрагивала от каждого шороха и искренне радовалась ярким фонарям, освещающим каждый дюйм стоянки. Путь от двери клуба до машины я проделала почти бегом, отпереть машину постаралась как можно скорее. Дверцы машины закрылись автоматически, едва я завела двигатель, но даже пять секунд уязвимости – это не шутки. За пять секунд может случиться всякое, особенно если имеешь дело с психопатами. Сговорившись, они могут напасть очень быстро – наверное, потому, что не отягощены совестью.

От привычного маршрута я решила отказаться: выезжая со стоянки, я повернула не направо, а налево, обогнула жилые кварталы, посматривая, не пристраивается ли за мной какая-нибудь машина, а затем двинулась домой дальней дорогой. Нет, никто за мной не увязался, по крайней мере, белого «шевроле» я нигде не заметила.

Приближаясь к своему району кондоминиумов Бикон-Хиллз, я приметила несколько белых машин, припаркованных возле домов, но Уайатт был прав: белых машин в округе насчитывалось множество, а ставят автомобили на ночь обычно там, где есть свободное место. По соседству со мной живет одна дама, которая предпочитает радикальные меры борьбы с транспортом, занимающим ее место на стоянке: попросту спускает воздух из шин. А парень из соседнего дома ставит свой пикап вплотную к чужой машине, запирая ее на стоянке, так что нарушитель правил не может уехать, не поскандалив. Как видите, на городских стоянках транспорта идут настоящие партизанские действия. Но сегодня я не заметила ничего подобного – значит, и чужаков в округе нет.

Громоздкий «аваланш» Уайатта стоял перед моей квартирой. Я живу в третьем корпусе кондоминиума, в первой, угловой квартире. В таких квартирах больше окон и есть дополнительное место для машины под навесом у входа, поэтому они и обходятся дороже. Но я считаю, что они того стоят. Кроме того, соседи у меня есть только с одной стороны, а это огромный плюс, особенно когда часто ссоришься и повышаешь голос.

Я поднялась на крыльцо и вошла в дом через боковую дверь. Слышно было, как в гостиной работает телевизор. Уайатт не включил сигнализацию, ожидая меня, и я тоже не стала включать ее, потому что Уайатту еще предстоит уезжать. Я точно знала, что сегодня он здесь не останется. Выскажет все, что задумал, и укатит. И я даже не попытаюсь остановить его.