Дафна дю Морье - Трактир «Ямайка»

— Чего вы от меня добиваетесь? — спросила Мэри. — И какое вам дело до того, что я знаю и чего не знаю? Я думаю только о том, как бы поскорее забрать оттуда тетю. Я говорила вам об этом, когда вы были в трактире. Наверное, понадобится время, чтобы ее уговорить, и я должна быть терпеливой. Ну, а ваш брат пусть допьется до смерти; мне все равно. Его жизнь — это его жизнь, и его дела — тоже. Меня это не касается.

Джем присвистнул и поддал ногой камешек.

— Значит, контрабанда вас все-таки не смущает? — спросил он. — По-вашему, пусть мой брат набьет хоть все комнаты в «Ямайке» бочонками бренди и рома, правда? Но, предположим, он замешан кое в чем другом; предположим, это вопрос жизни и смерти, а может быть, тут еще и убийства. Что тогда?

Джем повернулся к ней лицом, и Мэри видела, что на этот раз он не шутит. Его беззаботная, насмешливая манера говорить пропала, глаза были серьезные, но она не могла прочесть, что прячется в их глубине.

— Не знаю, что вы имеете в виду, — сказала Мэри.

Джем долго смотрел на нее, не говоря ни слова. Казалось, он обдумывал про себя какой-то вопрос и только в выражении ее лица мог найти решение. Все его сходство с братом исчезло. Он сразу стал суровее, старше и — другой породы.

— Очень может быть, — сказал он наконец, — но наверняка узнаете, если останетесь там подольше. Почему ваша тетя похожа на живое привидение — можете вы мне это объяснить? Спросите ее, когда в следующий раз подует северозападный ветер.

И Джем снова принялся тихо насвистывать, засунув руки в карманы. Мэри молча смотрела на него. Он говорил загадками, но только ли для того, чтобы напугать ее, — этого девушка не могла сказать. Джем-конокрад, с его беспечностью и безденежьем был ей близок и понятен; но сейчас в нем появилось что-то новое. Мэри не была уверена, нравится ей это или нет.

Он коротко засмеялся и пожал плечами.

— В один прекрасный день мы с Джоссом крупно поссоримся, и пожалеет об этом он, а не я, — заявил Джем.

И, отпустив это загадочное замечание, он повернулся на каблуках и ушел на пустошь за пони. Мэри задумчиво смотрела на него, кутаясь в шаль. Значит, ее первое предчувствие не обмануло, и за контрабандой в конечном счете кроется что-то еще. Незнакомец в баре той ночью говорил об убийстве, а теперь и Джем повторил его слова. Значит, она вовсе не дура и не истеричка, что бы о ней ни думал викарий из Олтернана.

Трудно было сказать, какую роль во всем этом играет Джем Мерлин, но Мэри ни на миг не усомнилась, что каким-то образом он тоже тут замешан.

А если это он так тихо, крадучись, спустился по лестнице вслед за дядей — что ж, тогда ему должно быть прекрасно известно, что в ту ночь она покинула свою комнату, где-то пряталась и подслушивала их. Тогда он как никто другой должен помнить о веревке, перекинутой через балку, и догадаться, что девушка видела ее после того, как они с трактирщиком ушли на пустошь.

Если это был Джем, тогда понятно, зачем все эти расспросы.

— Что вам известно? — спросил он Мэри; но она ему не сказала.

Этот разговор омрачил для нее всю прогулку. Теперь Мэри хотела уйти и избавиться от него, и остаться наедине со своими мыслями. Она стала медленно спускаться с холма к Ивовому ручью. Девушка уже дошла до ворот в конце дороги, когда услышала, что Джем бежит за ней. Он раньше нее оказался в воротах, похожий на цыгана-полукровку, небритый и в замызганных штанах.

— Куда вы? Что случилось? Еще рано; стемнеет не раньше четырех. Я провожу вас до Тростникового брода. Что с вами? — Джем взял Мэри ладонями за подбородок и посмотрел ей в лицо. — Наверное, вы меня испугались, — сказал он. — Решили, что в маленьких старых спальнях наверху у меня бочки бренди и тюки табаку и что я собираюсь их вам показать, а потом перерезать вам горло. Так ведь? Мы, Мерлины, отчаянные ребята, и Джем хуже всех. Вы так и подумали?

Девушка невольно улыбнулась ему в ответ.

— Примерно так, — призналась она. — Но я вас не боюсь; не нужно так думать. Вы мне даже нравились бы, если бы так не напоминали старшего брата.

— Ничего не могу поделать со своим лицом, — сказал Джем. — И, согласитесь, я ведь гораздо красивее Джосса.

— Да уж, чего-чего, а самомнения у вас предостаточно, — заметила Мэри, — и лицо красивое, в этом вам не откажешь. Вы можете разбить столько сердец, сколько пожелаете. А теперь пустите меня; до трактира «Ямайка» идти далеко, а я вовсе не хочу опять заблудиться на пустошах.

— А когда это вы успели заблудиться? — спросил Джем.

Мэри слегка нахмурилась. Она нечаянно проговорилась.

— На днях я была на Западной пустоши, — сказала она, — а туман поднялся рано. Я проблуждала какое-то время, прежде чем нашла дорогу назад.

— Глупо ходить на такие прогулки. Между «Ямайкой» и Ратфором есть такие места, где может провалиться целое стадо, не то что такая малышка. Во всяком случае, это не подходящее для девушки развлечение. Зачем вы туда отправились?

— Хотела поразмять ноги. Я ведь целыми днями сижу взаперти.

— Ну, Мэри Йеллан, в следующий раз, когда вам захочется поразмять ноги, можете двинуться в этом направлении. Если вы пройдете в ворота, то не заблудитесь, даже если оставите болото по левую руку, как сегодня. Вы поедете со мной в Лонстон в Сочельник?

— Зачем вы собираетесь в Лонстон, Джем Мерлин?

— Всего-навсего продать черного пони мистера Бассата тайком от хозяина, моя дорогая. Если я хоть немного знаю своего брата, то вам в этот день лучше быть подальше от «Ямайки». Он как раз начнет подниматься со своего запойного ложа и лезть на рожон. Если дядя с тетей привыкли к тому, что вы шляетесь по пустошам, их не удивит ваше отсутствие. Я привезу вас домой около полуночи. Скажите, что согласны, Мэри.

— А что, если вас поймают в Лонстоне с пони мистера Бассата? Тогда вы останетесь в дураках, правда? Да и я тоже, вдруг меня засадят в тюрьму заодно с вами.

— Никто не собирается меня ловить, по крайней мере, сейчас. Рискните, Мэри, разве вы не любите приключения, или вы так боитесь за свою шкуру? Должно быть, там, в Хелфорде, вас воспитали неженкой.

Она, как рыба, клюнула на эту наживку.

— Ладно, Джем Мерлин, не нужно думать, что я боюсь. В конце концов, в тюрьме будет не хуже, чем в трактире «Ямайка». А как мы поедем в Лонстон?

— Я отвезу вас туда в крытой двуколке, а черный пони мистера Бассата побежит сзади. Вы знаете дорогу в Норт-Хилл через пустошь?

— Нет, не знаю.

— Нужно просто все время идти прямо. Пройдете милю по большой дороге и увидите дыру в изгороди, на вершине холма справа от вас. Перед вами будет вершина Кэри, а вдалеке справа — Ястребиная, и если вы пойдете все прямо и прямо, то вам негде будет сбиться с дороги. Я встречу вас на полпути. Мы будем держаться пустоши как можно дольше. Перед Рождеством на дороге много путников.