Мэри Симмонс - Луч надежды

«Обжегшись на молоке, дуешь на воду», — подумала она. Но все-таки ей так хотелось, чтобы ее любили!

К своему удивлению, она увидела, что в гостиной все еще горел свет. Она нашла в комнате сидевшего у камина Дэвида. Он невидящим взглядом смотрел на пламя.

— Привет, — сказала Андреа. — Вот уж не думала, что тут еще кто-нибудь бодрствует.

— Я дожидался вас, — спокойно объяснил он. — Проходите и подсаживайтесь ко мне. О'кей?

Андреа присела.

— Я сожалею, что сегодня потеряла терпение и сорвалась, — начала она.

Она была настроена очень миролюбиво, а потому ее огорчило очевидное нежелание Дэвида говорить на эту тему.

— Ах, да о чем тут говорить, — холодно бросил он, — меня интересует только моя племянница. Именно поэтому я хочу попросить вас об одолжении. Вы должны обещать не оставлять ее и не говорить никому из членов семьи о своих подозрениях до тех пор, пока мне не удастся кое-что выяснить. Обещаете?..

С большим удовольствием она показала бы ему сейчас коготки, но в последний момент ей удалось взять себя в руки.

— Я могу обещать вам только одно — держать рот на замке. Сами можете рассказывать все своим близким. В конце концов это ваше дело, а не мое. А что касается Фелиции, я останусь тут до тех пор, пока она не сдаст свои экзамены.

Андреа поднялась.

— Да-да, большое спасибо, — сказал он с отсутствующим видом.

Она спала уже почти два часа, когда ее разбудило дуновение холодного затхлого воздуха. Вначале она решила, что это ветер с улицы, но затем послышались тихие голоса. Поначалу это был шепот, но постепенно шум голосов нарастал. Тогда она поняла, что ощущению холода она обязана не ветру на улице.

— Нет, я не хочу больше! — прошептала она в ужасе и, внутренне собравшись, решила на сей раз не кричать.

«Я буду ждать с открытыми глазами. Если тот человек вновь выйдет из угла, я смогу увидеть его и постараюсь заметить, куда он затем исчезнет».

Она закрыла глаза, притворяясь, будто спит, но в то же время очень осторожно, из-под ресниц, оглядывая комнату, которая как бы заполнялась тенями. На полу тоже виднелись какие-то неясные контуры. Голоса становились все громче и громче. На сей раз ветер был не так силен и прекратился еще до того, как смолкли голоса.

Андреа уставилась в угол. Она невольно сжалась, когда с пола мягкими движениями поднялась неясная фигура. Теперь эта закутанная фигура стояла вертикально, но Андреа все еще сдерживала себя. Тогда фигура начала шевелиться и продвинулась к кровати, делая один за другим беззвучные шаги…

Андреа закричала бы, если бы была в состоянии вдохнуть достаточно воздуха. Из последних сил она метнулась на другой край кровати, бросилась в ванную, заперла за собою дверь и, задыхаясь, прислонилась к стене. Она не могла сдержать дрожь. Когда вновь взяла себя в руки, то осторожно вошла в спальню Фелиции. Девочка крепко спала, и Бельма похрапывала на своей раскладушке.

Присутствие живых людей действовало успокаивающе. Андреа осторожно прошла к двери, ведущей в холл, и выглянула наружу. Широкий коридор был пуст. Она быстро пробежала к комнате Дэвида и тихонько постучала. Тишина. Она постучала еще раз.

— Кто там? — прозвучал на сей раз сонный голос Дэвида.

— Я, — прошептала она, боясь, что ее услышат.

— Кто — я?

Он так резко распахнул дверь, что она, чуть не упала в комнату, но он успел поддержать ее.

— Что случилось? — спросил он.

— Я… я снова его… видела, — заикаясь, ответила Андреа; она так дрожала, что ее зубы стучали. — Ч-человек был в м-моей комнате. Я х-хотела посмотреть, к-куда он пойдет, — она ухватилась за Дэвида, — послушайте, это было как и в тот раз. Он очень медленно и практически неслышно пошел к кровати. Я не могла закричать. У меня перехватило дыхание. Я бросилась через ванную и закрыла за собой дверь.

Андреа немного отодвинулась от него.

— Дэвид! Что это — ч-человек или п-призрак? Дэвид рассмеялся и, подражая ее заиканию, сказал:

— Он — обычный — ч-человек.

— Откуда в-вам знать это?

— Уверен, потому что не верю в п-привидения. Оставайтесь тут! приказал он. — Пойду обыскивать вашу комнату.

Андреа попыталась задержать его.

— Не бойтесь. Я оставлю дверь открытой. Дэвид успокаивающе провел рукой по ее волосам и вышел в коридор, но через несколько минут уже вернулся.

— Я так и думала, что вы ничего не найдете, — бросила Андреа, — если бы Фелиция тоже не видела этого человека, я бы решила, что все это плод моего воображения.

— Давайте вначале выкурим по сигарете, — предложил Дэвид и закрыл дверь.

— Здесь так темно, — посетовала она.

— Я зажгу свет, — прошептал он рядом с ней, после чего положил ей на плечо руку и прижал к себе. Затем неожиданно обнял ее второй рукой.

Горячая волна захлестнула ее. Он целовал ее жарко и требовательно. Она почувствовала себя беспомощной и какой-то невесомой.

— Андреа, — шептал он, целуя ее щеку. — Андреа!

Он сбросил бретельку ее ночной рубашки.

— Нет, — решительно произнесла она, и очарование последних мгновений улетучилось. — Нет!

— Нет? — переспросил он.

— Нет, — повторила она, хотя и отдавала себе отчет, что совсем не думала так. Он зажег ночник.

— Вам нужен халат, — сказал Дэвид и прошел к шкафу. — Вот. — И он бросил ей коричневый купальный халат, который Андреа тут же набросила на себя.

— Я думаю, мне лучше отправиться в свою комнату, — сказала она, не глядя на него.

— Конечно, — подтвердил он и открыл дверь; глаза его странно блестели.

— Я… Я сожалею, — заикаясь, сказала она, но лицо его оставалось холодным.

— Прошу меня простить, — пробормотал он и закрыл за нею дверь.

Полусердитая, полуобиженная она вернулась к себе.

Ей не удалось более заснуть, и она курила сигарету за сигаретой.

«Еще два дня, и я уеду в Чикаго. А когда вернусь, то сделаю вид, будто ничего не произошло. Секс, и больше ничего». Но как ей теперь сидеть с Дэвидом за одним столом?

Глава 11

В среду и четверг не происходило ничего необычного. Дэвид вел себя по-дружески, не более. Только вечером в четверг он задержал ее, когда она шла к себе в комнату.

— Вы вернетесь в понедельник, да? — спросил он.

Она кивнула.

— Отлично, я рассчитываю на вас. Андреа никак не могла забыть ту ночь и была очень недовольна собою. Она не могла отрицать, что он притягивал ее как магнит, но что-то в нем настораживало ее. До приезда Дэвида она, например, ни разу не видела в своей комнате того человека. Как видно, с авариями, привидениями и пожаром его связывает нечто большее, чем он говорит. Он что-то знает. Его объяснение, будто он хранит молчание из-за Фелиции, не выдерживает никакой критики. Но все это не изменит планов Андреа, — она останется на ферме до сдачи Фелицией экзаменов. Ну, а после пусть все горит синим пламенем.