Девушка в черной тунике - Алеся Кузнецова

– Вот именно! У нас с тобой договоренность: я тебе помогаю в этом городе, ты мне – с восстановлением памяти.

– Помнится, изначально речь шла про то, что ты мне в этом городе просто не мешаешь и не путаешься под ногами.

– Как знаешь, могу дальше и не рассказывать!

– Нет уж, теперь выкладывай все.

– Да собственно, что там особенного? Сходила я к Юлиане, и мне удалось убедить ее в том, что школе позарез нужен такой учитель. И она согласилась, да.

– Сразу?

– Нет. Но Нина вступилась тоже, она сказала, что училась с этим Пашей вместе и точно знает, что он в пожарной части работал.

– И?..

– И она поговорила с ним и взяла на работу.

– Интересно. Те, кто похожи на пожарных, работают где угодно, только не в части, а зато у нас в части…

– Что?

– Да это просто… Вот смотри, например. Числится в моем отделении некий Титов Алексей Васильевич. По бумагам – железобетонно в штате. Я решил проверить. Спрашиваю у зама: «А где он?» Мне отвечают с абсолютно честным лицом: «На больничном». Я киваю, улыбаюсь, мол, верю-верю. Через неделю снова аккуратно так уточняю, стараясь не привлекать внимания, ну словно между делом. И мне опять – уехал к родителям, у мамы инсульт, но сразу после этого вернется.

Он театрально замолчал.

– Ну? – Катя подалась вперед.

– Через неделю его «выводят» на работу. И прикинь – привели парня с выражением лица «я-всю-жизнь-носил-форму». Я жму ему руку – ладонь мягкая, как у пианиста. Ни одного мозоля, зараза. Спрашиваю, словно сам забыл: напомни, что делать при тушении электропроводки? Может, какие-то особые рекомендации тут есть? А он мне цитирует памятку с плаката МЧС! Ни одной живой детали! Я еле смех сдержал.

– И что ты сделал?

– Подыграл. Даже сказал: «Наконец-то вернулся наш специалист». А вечером нашел его в интернете. Знаешь кто он?

Катя уже угадывала ответ, но хотела услышать от него:

– Кто?

– Актер! Из театра «Огни Саратова»! У него там целая серия фотосессий – в каске, с гидрантом и героическим прищуром! Хоть на плакат лепи!

Катя засмеялась и хлопнула ладонью по столу:

– Макар, это кино какое-то!

– В его профиле, кстати, отмечено, что лучше всего удаются роли военных, пожарных и сотрудников МЧС.

Катя прыснула от смеха:

– Ты шутишь!

– Хотел бы. Но нет. У нас в части, Кать, половина – тюфяки, а половина – непонятно кто. И большинство между собой – родственники. Машины приезжают и уезжают, документы никто не спрашивает. Я уже и не знаю: это пожарная часть или театр абсурда. Добро пожаловать в Бурдаковск!

Катя снова крутанула ручку в пальцах, машинально подбросила в воздухе и тут же ловко словила:

– В школе тоже странности: учителя словно на две категории разделены. Первая – все как обычно, своя иерархия, свои интриги. А вот вторая… Я их про себя «юристами» назвала.

Макар с любопытством посмотрел:

– А ты откуда знаешь, как юристы выглядят?

– Знаю – и все тут.

– Так может, ты работала в офисе и занималась составлением договоров?

– Ох, не знаю я, – вздохнула Катя и снова машинально подбросила ручку.

– Кстати, а это ты откуда умеешь?

– Что? – растерялась она.

– Ручкой так ловко вертеть.

Катя посмотрела внимательно на ручку, выпрямила спину. Несколько секунд она смотрела на нее и вдруг начала жонглировать.

– Ого! Ты, случайно, не циркачка в прошлом?

Катя вдруг задумалась, потом медленно улыбнулась:

– Может, и циркачка… Но я точно тот человек, который привык не ронять то, что подбрасывает жизнь.

Макар рассмеялся:

– Всё, на следующие выходные едем в цирк. Осталось только найти, где поблизости он есть.

– Сможешь узнать?

– Так точно, мой генерал.

– Не подсмеивайся. Обещал помочь найти, кто я… значит, идём в цирк.

– М-м… – Макар склонил голову, заглядывая ей в глаза. – Я вот думаю: ты можешь быть кем угодно. Но точно – человеком, который не даст здесь скучать.

Катя посмотрела на него и вдруг почувствовала это странное, тихое счастье: они сидят на кухне, чай горячий, Пухляк сопит рядом, а за окнами город, который кажется странным и запутанным, но теперь уже – ее городом.

– Значит так, – подытожил Макар, – запекаем мясо, пьем чай, и после этого ищем цирк в интернете.

Катя снова подбросила ручку и на этот раз ловко поймала ее тремя пальцами, сделав маленькое вращение.

Макар присвистнул:

– Да ты, похоже, не только циркачка. Ты могла бы быть ещё и фокусницей.

– Или мошенницей, – усмехнулась Катя. – Хотя… это бы объяснило, почему у меня так хорошо выходит спорить с завучем и устраивать на работу пожарных.

Они вышли на балкон с чашками чая. Раскат грома напомнил, что где-то над горизонтом собирается гроза. Но здесь, под теплым светом фонаря, в доме с уютным садом и котом, неспешными разговорами, Катя вдруг поняла что-то очень важное. Она шепнула, зная, что их здесь никто не услышит:

– Макар… спасибо, что ты есть.

– Дай только шанс, и ты еще устанешь от моей заботы.

И они засмеялись вдвоем.

Глава 19. Лебедь

Катя проснулась от того, что за окном уже сияло солнце, а в комнате пахло свежесваренным кофе. Она потянулась, улыбаясь – редкое утро без тревог. С понедельника начнется ее работа в школе, и она обязательно сумеет пробраться ближе к Соне. По крайней мере, уже удалось выяснить, что девочка в безопасности. Нина, с которой Катя становилась все ближе, шепнула, что с девочкой все в порядке и как минимум месяц она пробудет в школе. Интересно, а что потом?

Из кухни доносились приятные домашние звуки: клацанье чашек, легкий скрип открывающейся двери холодильника, шорох упаковки, шум включенной воды и голос Макара, напевающего себе что-то под нос. Она подошла к двери, приоткрыла и остановилась на мгновение: он стоял спиной, раскладывая бутерброды в ланч-бокс.

– У нас намечается выезд? – спросила она, выходя на кухню.

Макар обернулся и подмигнул:

– Миссис Х, собирайтесь. Сегодня операция «Поиск твоего прошлого». В радиусе тридцати километров нами замечены подозрительные цирки, магазины, парки и рестораны.

Катя рассмеялась и села за стол.

– Мне кажется, у тебя есть скрытая тяга к романтическим расследованиям.

– Еще какая! – Макар поставил перед ней чашку. – А главное – я обожаю квесты с непредсказуемой концовкой.

Катя отпила кофе, посмотрела на него внимательно и чуть тише сказала:

– А вдруг я тебе не понравлюсь, когда вспомню?

Макар наклонился и легонько коснулся ее лба:

– Если ты мне нравишься прямо сейчас – зачем мне бояться того,