Лана Балашина - Любовь по контракту

После их отъезда мы с Ритой поднялись на второй этаж. Я предложил ей выбрать комнаты для себя и Мишки.

— А ты где живешь? — спросил меня Мишка.

— Внизу. Я тебе потом покажу.

Рита выбрала две смежные спальни: в одной стояла большая кровать, и я усмехнулся, вспомнив номер в подмосковной гостинице, а вторая имела два больших окна и по утрам бывала вся залита солнцем. Здесь были веселые обои, и я подумал, что Мишке в этой комнате будет хорошо.

В первой спальне был довольно большой камин, и имелся выход на террасу, нависавшую прямо над ущельем.

Рита оперлась на перила, и зачарованно вздохнула:

— И ты каждое утро любуешься на эту красоту? Немудрено, что ты не рвешься жить в городе.

Я поднял голову: темные грозовые тучи затягивали небо, цеплялись за верхушки сосен на противоположной стороне ущелья.

— Мик прав, будет буря.

Порывы ветра были влажными, и первые капли дождя застучали по широколапым листьям клена. Сильно потемнело.

Мишка нахмурился:

— Что-то мне немножко страшно.

Рита засмеялась и взяла его на руки.

— Это потому что ты голодный. Пойдем, поможете мне разобраться с продуктами, и я приготовлю что-нибудь поесть.

После приготовленного на скорую руку обеда Рита поднялась в свою комнату, чтобы разложить вещи. Мишка поминутно бегал к ней, и они хохотали там, наверху.

Я сидел внизу, в гостиной, и отчаянно завидовал Мишке.

Гроза за окном окончательно разгулялась. Внезапно погас свет.

Я крикнул:

— Рита, сейчас я включу электростанцию. Подождите немного.

Я спустился в цокольный этаж, где были все хозяйственные службы, включил двигатель автономного генератора. Когда я вернулся, свет в доме горел, а присмиревшие Рита и Мишка ждали меня в гостиной.

Рита поежилась:

— И часто здесь бывает такая погода? И свет погас...

Я пожал плечами:

— Да нет. Наверно, где-то авария на подстанции. Или провода оборвало ветром. Нечасто, но это случается. Не переживай, в доме все предусмотрено на этот случай.

Мы с Мишкой уселись смотреть телевизор. Я нашел ему русский канал с мультфильмами, и он примолк.

Рита возилась в кухне.

Я вошел в тот момент, когда она ставила на стол блюдо с оладьями.

— Зови Мишку, будем пить чай.

В шкафах Рита нашла веселые чашки в горох, поставила их на стол. Я и не подозревал, что в моем хозяйстве имеются подобные.

В этот момент зазвонил телефон.

Это был Мик. Он был немногословен:

— Слушай, у нас неприятности. Вода все-таки поднялась, смыло тот мост, где мы с тобой встретились. В поселке нет света, эвакуируем людей из домов у реки.

— У нас все нормально, можешь не беспокоиться.

— Я не поэтому. Звонили из школы святого Патрика, в горах остались дети — восемь человек, и два преподавателя. Где их искать, не имею представления, последний раз они выходили на связь еще в полдень, судя по описанию, были в Медвежьем распадке. Связи с ними никакой, и добраться туда до утра никто не сможет — мост снесло, а от вертолета ночью, да в такой ветер, проку никакого.

— Я сейчас же выйду, только добраться быстро по такой погоде не получится. Думаю, что не разминусь с ними, дорога там одна, вниз по ущелью. Дети-то взрослые?

Мик вздохнул.

— Двенадцать лет.

— Ну, не пропадут. Все-таки не малыши, и взрослые там с ними.

Мик вздохнул:

— Понимаешь, школа святого Патрика — это частное учебное заведение для глухих и слабослышащих детей.

Я насторожился:

— Что ты хочешь этим сказать?

Он грустно подтвердил:

— Дети — глухие, и оба преподавателя — тоже.

Рита, услышав о детях, попавших в беду, забегала по дому, помогая мне собраться.

Это она посоветовала взять с собой мощный фонарь и свисток:

— Кто-нибудь из детей может увидеть вспышку. А еще я где-то читала, что некоторые слабослышащие люди слышат высокие звуки. Попробуй!

Конечно, никакого свистка в доме не было, но Мишка, проникшийся нашими проблемами, принес мне смешную штуку, детскую игрушку. Она издавала довольно пронзительные и противные звуки. Я с сомнением сунул ее в карман.

Уже в дверях Рита сказала:

— Марк, осторожнее! Я буду ждать тебя. Плохо то, что я не могу оставить Мишку и пойти с тобой.

Жалко, что ее оладий я так и не попробовал...

Уже через десять минут я шагал по скользкой дороге. Порывы ветра бросали мне в лицо пригоршни ледяной воды. Минут через пятьдесят, уже в кромешной мгле, я добрался к тропе, ведущей на Медвежий. Судя по тому, что я никого не встретил, они либо свернули куда-то, либо все-таки умудрились заблудиться, либо у них была веская причина оставаться в дождь на месте.

Самые неприятные мои ожидания сбылись: обычно скромный ручеек, который местами можно было перейти по камням, не замочив ног, превратился в бушующий поток, несущий по дну ущелья камни, кусты и вырванные с корнем деревья.

Внизу за ревом воды ничего не было слышно, и я периодически махал фонарем. Я поднялся выше по ущелью. Вспомнив про Мишкин свисток, я вынул его из кармана и дунул.

Не знаю, помог ли мне свисток, но только совершенно неожиданно где-то совсем рядом закричали. Уже через пару минут я был у самой воды.

Свет фонаря выхватывал измазанные лица подростков.

Я подошел к ним. Все кричали что-то совершенно непонятное, хватали меня за руки. С подростками была женщина. Она обрадованно спросила:

— А где остальные? Они скоро подойдут?

Я помотал головой.

— Пока я один. Что тут у вас?

В принципе, я и сам все понял.

Вывороченное с корнями огромное дерево придавило ногу мужчине, и он, кажется, был без сознания.

Я сделал ему противошоковый укол, внимательно осмотрел место трагедии и небольшой лопаткой стал раскапывать грунт под пострадавшим. Никакой надежды на то, что мы сможем поднять дерево, не было, а помощь могла прийти поздно.

Дети поняли, что я делаю, и начали мне помогать с другой стороны.

Как я понял из сбивчивого рассказа воспитательницы детей, несчастье произошло еще днем. Они уже поняли, что ожидается буря, и решили вернуться домой на сутки раньше назначенного срока. Однако буря началась раньше. Мистера Кромма, преподавателя, придавило упавшим деревом, и они все это время пытались помочь ему. В момент падения его рюкзак вместе с рацией унесло водой, и они остались без связи. Зная, что их будут искать, решили остаться все вместе и ждать. А ближе к ночи стало совсем темно и страшно. Кроме того, очень боялись, что вода поднимется выше...

Ребята оказались очень толковыми и вовсе не нытиками. Уже через час работы нам удалось извлечь пострадавшего. Я прежде всего осмотрел ногу, и, подняв голову, увидел, что он пришел в себя.