Замерзшая душа - Алёна Берндт

Осторожно прижимал к себе Варю, гладил трясущейся рукою её волосы и почти не дышал.

А Варя, сама себе удивляясь, не стала отстраняться, прижалась головой к плечу Семёна и затихла. Она думала, что вот сейчас всколыхнет её душу хоть что-то – тепло его участия, его сильные и успокаивающие руки… или хотя бы злость на то, что снова пришёл, обнимает её, чужой муж – чужую жену…

Но сама испугалась себя – мёртво молчало всё внутри. Ни отголоска, ни лучика, ни дуновения ветерка в иссушенной душе…

– Как ты, Варюш? Как Алёша, что врачи говорят? Болит что? – Семён ни мгновения не использовал, чтобы еще подержать Варю в своих объятиях.

Наоборот, отпустив её, усадил на стул и сам сел чуть поодаль, и только чуть покрасневшие щёки, покрытые едва отросшей щетиной и прерывистое дыхание, выдавали его волнение.

– Говорят, всё хорошо будет. Вот, собираюсь к нему ехать, – ответила Варя, как-то вдруг неожиданно успокоившись.

Приход Семёна каким-то образом вернул её в эту жизнь, к её заботам и реалиям.

– Тебе не нужно было приходить, Мария разозлится… Да и разговоры пойдут, незачем это тебе всё.

– Варь, я вот принёс, для Алёши, – Семён начал доставать из больших карманов своей куртки яркие оранжевые мандарины, – А что разговоры, здесь всегда разговоры, ты же сама знаешь. А Маша… с ней мы тоже говорили… вчера дочка старшая приехала, Инна, они ездили к доктору – назначили обследование и таблетки. Маша сказала – видеть меня не хочет, я вчера собрался, хотел на заимку к себе ехать, пока дочка у нас побудет – мы так решили. Услышал про Алёшу, и не поехал пока что. Давай, одевайся, я тебя свожу в больницу.

– Нет, не надо, я лучше на автобусе. Так лучше будет.

– Нет, не лучше. Ты еле на ногах стоишь, какой автобус. Не возражай, это ни к чему. Чего ты боишься? Меня? Так я не зверь, чего меня бояться, пальцем не трону… А разговоров, да наплевать, всё равно уже болтают невесть что.

Семён решительно подхватил приготовленную Варей сумку, сложил туда принесённые им мандарины и вышел на крыльцо, сказав Варе:

– Я тебя в машине жду.

Глава 15.

Выписали Алёшку из больницы быстро, всего неделю понаблюдав его состояние в стационаре. Варя каждый день ездила к сыну, хотя утром еле поднималась с кровати.

После того, как Семён свозил её в больницу к сыну, Варя ждала нового визита Марии со скандалом, но та вдруг не пришла. И осуждающих взглядов соседей Варя на себе не ловила, когда шла по селу или стояла в очереди в местном магазине… Может быть и вправду пересуды сами по себе прекратились, а может просто Варе было вообще безразлично что происходит в Шабалино.

Сидя рядом с сыном на стуле в больничном коридорчике, Варя гладила вихрастую Алёшкину голову, прижимала его к себе, и душа её металась в страхе и благоговении при мысли о том, что могло произойти, но, слава Богу, не произошло.

– Алёш, а ты мне скажи, ты зачем на пруд-то пошёл? Ведь я тебе запретила со двора уходить, когда я не дома, – мягко, чтобы не напугать ребенка начала как-то Варя, – И про пруд мы с тобой говорили, что он не замёрз еще толком… Помнишь, я тебе про коньки рассказывала, как я маленькая на них каталась? Как так вдруг получилось?

– Мам, так я знаю, что ты мне сказала не уходить без тебя со двора. А та тётя сказала, что ты меня зовёшь, чтоб я пришёл к тебе.

– Какая тётя? – холодея и душой, и телом, спросила Варя.

– Ну, тётя, она в платке была. Я не разглядел лицо. Пришла, сказала, что ты меня зовешь прийти к тебе на шоссе. Я и побежал, а она мне крикнула через пруд пойти, так короче. Я думал, она же взрослая, если так говорит, значит по пруду и правда можно ходить уже.

– Алёш, ну ведь надо было бабушке Кате сказать про это. А не сразу бежать сломя голову. Бабушка теперь заболела тоже, переживала сильно за тебя… Подумай, ведь всё могло плохо кончиться…

Алёшка виновато опустил голову, впервые задумавшись о последствиях случившегося и прижался крепче к матери, обхватил её ручонками за шею.

– Мам, прости… я думал, тебе надо помогать, потому и побежал скорее…

В тот же день, выйдя из больницы, когда время посещений закончилось, Варвара отправилась в небольшой пункт милиции, чтобы побеседовать с участковым.

Усталый мужчина хмуро выслушал сбивчивый Варварин рассказ, отводя взгляд и иногда усмехаясь:

– Послушайте, а вот сами вы верите в это? Ну, какая женщина? Кто-то, кроме ребенка, её вообще видел? Сын ваш просто боится, что вы его накажете за то, что он без спросу пошёл на пруд, вот и придумал эту историю в своё оправдание. Женщину эту придумал! И вы что от меня хотите? Чтобы я теперь бегал по округе и искал эту несуществующую женщину в платке?

–А если не придумал? Хорошо, если так, если это всего лишь детская фантазия, а если нет? Если что-то плохое случиться еще раз, и в этот раз уже не обойдётся? Кто виноват будет?

– Так, ладно! Вы писать заявление будете? – уныло спросил участковый.

– Буду! – сердито выкрикнула Варвара, – Давайте бумагу и ручку!

Участковый недовольно нахмурил брови, но листок и ручку злой Варваре всё же выдал. Правда сразу же сообщил, что сам он не надеется на то, что версия с женщиной подтвердится, но пообещал, что опросит соседей и жителей Шабалино – вдруг кто-нибудь что-то видел.

В день выписки Варя сидела в коридоре и ждала, когда к ней выйдет врач и приведёт Алёшку. День выдался морозный, светило солнышко и с неба, невесть откуда спускались лёгкие снежинки, порхали в воздухе, сверкая и переливаясь в свете дня. Варя вела Алёшку за руку по запорошенной снегом дорожке к выходу из больницы, а тот засыпал мать вопросами:

– Мам, а как там Барсик без меня? Скучал?

– Конечно, спал постоянно у тебя на одеяле. Ждет тебя, не дождется, товарища своего.

Возле выхода их встретил Семён, его машина стояла неподалёку, и Варя почему-то совсем не удивилась, что он оказался сегодня здесь.

– Здравствуйте, соседи. Давайте-ка в машину, отвезу вас домой. Ну что, здоро́во, герой! Как себя чувствуешь? – Семён "по-взрослому" протянул руку Алёшке.

– Здравствуйте, – Алёшка пожал протянутую ладонь и напыжился от гордости, – Я хорошо себя чувствую, вылечился уже!

– Ну и молодец! Давай, усаживайся с мамой рядышком, – Семён