Дороти Дэниельс - Поместье потерянных грез

— Надеюсь, я не слишком шокировал вас поцелуем и объятиями в присутствии экономки, — произнес он спокойно.

— Нет, я не была шокирована, но оказалась совершенно не готовой к такой жаркой встрече. — Искоса взглянув на него, я поймала на себе внимательный взгляд.

— Понимаю. Боюсь, что придется привыкать. А значит, мы с вами будем больше чем друзья.

— Что вы имеете в виду?

— Ну, вы же не позволяете каждому встречному обнимать и целовать себя. Очень надеюсь на это.

Он очень правдоподобно изобразил благородное негодование.

— Конечно, нет, — ответила я, тоже с негодованием.

Я попыталась высвободиться из кольца его рук, но оно сжалось еще плотнее. Мне не хотелось бороться с ним — это выглядело бы глупо.

— Прошу вас, уберите руки с моей талии.

— И не подумаю, — ответил он. — А чтобы успокоить вас, скажу вот что: если бы у меня не было огромного желания поцеловать вас, я не стал бы этого делать. Просто пожал бы вам руку, поклонился — и все.

— Как, доктор… вы хотите сказать…

— Я хочу сказать, что влюблен в вас. Это случилось еще в колледже, но, знаете, педагогическая этика…

— Да, да, понимаю…

— Теперь вы, слава Богу, не студентка, да и я не преподаватель. Что может помешать мне признаться в тех чувствах, которые переполняют меня? Анджела, могу ли я надеяться, что вы разделяете мои чувства? Не забывайте — я психиатр, поэтому разбираюсь в человеческих эмоциях лучше, чем кто-либо другой.

— Теперь я чувствую себя совершенно беззащитной.

— Можно это понимать как признание? — Он остановился и посмотрел мне прямо в глаза.

— Знаете, в колледже мне тоже казалось, что я в вас влюблена.

— А теперь больше не кажется?

— Подождите, дайте же мне закончить. Тогда я подумала, что это просто глупое чувство школьницы к красивому учителю, ну, как это часто бывает. Но сегодня, в тот момент, когда я вас увидела, я поняла — нет, это не школьная влюбленность. Я вас действительно люблю, доктор. Все это время я только и думала, как бы скрыть это от вас.

— В этом больше нет необходимости, Анджела. И, пожалуйста, перестаньте называть меня доктором. Не то нас обязательно разоблачат. — Помолчав, он добавил: — А знаете, я действительно уверен, что нам удастся вылечить Еву.

— Я верила в это с самого начала. С того момента, как она показала, что понимает меня. Знаете, она реагирует на доброту.

— Анджела, дорогая моя, — воскликнул он и привлек меня к себе.

Мысли его были совсем не о Еве, теперь это было ясно. Такого счастья я никогда раньше даже представить себе не могла. Наши губы встретились. Я тоже забыла о Еве, об этом мрачном имении, о доме, который темной громадой высился позади нас… В теперешнем восторженном состоянии я могла вообразить его сверкающим золотым дворцом прекрасного принца.

Вдруг я почувствовала, что Ник словно бы оцепенел. Едва слышным шепотом он велел мне не шевелиться и не произносить ни звука. Сердце мое колотилось так, что, казалось, разорвет грудную клетку. В следующий момент я почувствовала, что напряжение отпустило его.

— Мне показалось, или я на самом деле что-то услышал. Какие-то звуки. Знаете, здесь так темно и столько теней. Если бы кому-то захотелось напасть на нас незамеченным, сделать это было бы очень легко.

— Ах, Ник, ну кому понадобится нападать на нас?

— Возможно, кто-нибудь узнал меня. Тот, кому совсем не нужно, чтобы Ева поправилась.

— Да здесь все были бы только рады…

— А может, и не все. Может, кому-то совсем не нужно, чтобы к ней вернулся рассудок. Знаете, я почти уверен: кто-то довел ее до такого состояния, и этот кто-то вовсе не хочет разоблачения. Пожалуйста, следите за ней получше, моя дорогая.

— Обязательно. Теперь-то уж можете не сомневаться.

Когда мы дошли до калитки, он остановился и знаком опять велел мне помолчать. Мы внимательно прислушивались, но вокруг была тишина.

— Вам не страшно возвращаться одной? — спросил он. — Давайте лучше я провожу вас до дома.

— Нет, думаю, никакой опасности нет. Я совсем не боюсь. А теперь поезжайте. И возвращайтесь скорей.

Он поцеловал меня еще раз и открыл калитку. Я стояла и наблюдала в свете фонаря, как он отвязывает лошадь и взбирается на сиденье. Потом он обернулся, помахал мне — и исчез с последним светом от фонаря, освещавшего экипаж. Я осталась в кромешной тьме.

Я почувствовала почти непреодолимое желание бежать к дому как можно быстрее. Однако надо было соблюдать достоинство — меня мог увидеть конюх или кто-нибудь из прислуги, возвращающийся домой из деревни…

Итак, я влюблена! Это случилось на самом деле! Мой возлюбленный красив, высок, у него мужественные черты лица и совершенно неотразимые черные глаза. Более того, он великолепный врач. Только что на моих глазах он совершил невозможное — заставил Еву самостоятельно встать. Он знает ее болезнь, более того, он знает, как ее вылечить.

Тут мне в голову пришла еще более потрясающая мысль: если он сделает это, возможно, ему разрешат использовать этот случай как основу для дальнейших исследований. Если аттестовать будут по результатам лечения, он станет признанным специалистом в этой области. Я жаждала помогать ему, наблюдать его успехи, видеть, как он возвращает жизнь людям, для которых, казалось, все потеряно навсегда.

Я медленно поднималась по пригорку к дому. Вот и ручей… и искусственный водоем, который практически превращал дом в некое подобие острова. Из этого водоема брали воду для поливки, а кроме того, он здорово украшал окрестности.

Я ступила на горбатый мостик, ведущий через водоем к дому, и вдруг услышала шаги бегущего человека. Когда я была уже на середине моста, какая-то фигура, закутанная в темный балахон, выскочила из темноты и понеслась прямо на меня. Я застыла в каком-то оцепенении. Между тем было все равно бесполезно что-либо предпринимать. Кто бы это ни был, он мчался так стремительно, что невозможно было ни защититься, ни убежать. Пролетев на бешеной скорости мимо, он задел меня плечом, и я свалилась в поток.

Вода была пронизывающе холодной, и это да еще сильнейший шок, похоже, вернули меня к жизни. Я начала звать на помощь, но никто не отозвался. Дом был все еще слишком далеко, деревья и кусты заглушали мой голос. Я стояла по горло в воде, дрожа от холода. Ну что ж, это еще не самое страшное. На мосту никого не было. Тьма поглотила того, кто на меня напал. Нужно быстрее выбираться на берег.

Я повернулась, пытаясь определить, как ближе попасть к дому. Вдруг что-то пролетело в воздухе и шлепнулось в воду рядом со мной. В первый момент я не очень испугалась: на берегу никого не видно, упавший предмет, видимо, был не очень тяжелым, никто не собирался нырять и тащить меня под воду.