Виктория Хольт - Гробница Фараона

Личная служанка леди Бодреан, Джейн, выражала мне сочувствие.

— Ее светлость всегда вымещает на тебе плохое настроение, — откровенничала она. — Я это часто вижу, так бывает. У постоянного слуги есть чувство собственного достоинства. В любом доме требуются служанки. А вот компаньонки и тому подобное — совсем другое дело.

Думаю, имея другой характер, я бы легче переживала свое положение. Но я просто не выношу несправедливости, в прежние дни я приходила в этот дом и чувствовала себя на равных с Теодосией. Очень нелегко было свыкнуться с новым положением, но мне не оставалось ничего другого, разве только уехать из деревни, а это совершенно неприемлемо.

Обедала, завтракала и ужинала я всегда в одиночестве в своей комнате. Обычно во время еды я читала книги, которые брала из библиотеки в доме Гиза. Тибальта я не видела, потому что они с отцом уехали в экспедицию в Шотландию, но книги мне постоянно давала Табита.

Она говорила:

— Тибальт считает, тебе это понравится.

Книги, мои визиты к Табите и мысль о том, что Доркас и Элисон счастливо устроены, — все это делало мою жизнь терпимой.

Иногда я встречала Теодосию. Она бы относилась ко мне хорошо, если бы ей позволила матушка. В Теодосии не чувствовалось ни злобы, ни гордыни. Она отличалась пассивностью, ее отношение зависело от мнения окружающих людей; она не была недоброй по характеру, но и не делала ничего, чтобы хоть как-то облегчить мое положение в доме. Может быть, она не забыла наше детство, когда я командовала и запугивала ее.

При встречах с сэром Ральфом — а он всегда интересовался, как я поживаю, — по мимике его лица было видно, он развлекается. Я не могла сказать ему: мне не нравится ваша супруга, и я бы тотчас ушла от нее, если бы не была уверена — в другом месте еще несчастнее.

При малейшей возможности я навещала Доркас и Элисон в коттедже «Радуга». Этому дому было около трехсот лет, построили его в те времена, когда можно было претендовать на землю, если сумеешь построить дом за одну ночь. Существовал такой обычай: подготовить камни и черепицу и с наступлением темноты в течение одной ночи строить дом. Если к утру стояли четыре стены и крыша, то земля считалась твоей, потом можно было достраивать и совершенствовать здание. Коттедж «Радуга» был построен именно так. После того, как Бодреаны приобрели коттедж, в нем жила прислуга, домик неоднократно перестраивали, но в нем сохранилась старинная лежанка под самым потолком, туда можно было влезть лишь по лестнице, раньше там спали дети. Сейчас в коттедже имелась современная кухня с плитой, в ней Доркас пекла вкуснейший хлеб, а в медном горшке она готовила топленое молоко, из которого потом делала ряженку. Вокруг дома рос маленький красивый сад, и хотя моим тетушкам не доставало того простора, как в доме при церкви, они были счастливы.

С неохотой уходя от них в Кеверал Корт к своим обременительным обязанностям, я утешала себя, гротесково изображая леди Бодреан — маршируя по комнате и разглядывая предметы в воображаемый лорнет.

— А как сэр Ральф? Ты его часто видишь? — робко интересовались мои тетушки.

— Крайне редко, я ведь не член семьи, как вам известно.

— Какой позор… — начала Доркас, но Элисон ее остановила.

— Вот когда ты ходила туда на уроки, все было иначе, — жаловалась Доркас.

— Да, в то время я не считала себя человеком не их круга. Но ведь тогда я не работала на них. Просто поразительно, в то время я почти не видела леди Бодреан, к счастью.

— Все может измениться, — рискнула предсказать Элисон.

По своей природе я была оптимистом и даже в тот нелегкий период своей жизни не переставала мечтать. Но мои мечты не отличались разнообразием: вечеринка в Кеверал Корте, одна из приглашенных дам не может прийти, но тринадцать человек за стол не садятся. Очень хорошо, можно пригласить компаньонку — она вполне респектабельна, ведь она получила образование в нашем доме. И вот я иду к столу, надев одно из платьев Теодосии (все равно оно ей никогда не шло, а меня очень даже украшает), и вот меня усаживают… «Да ты его знаешь», — шепчет Теодосия. «О, — восклицает Тибальт. — Как я рад снова вас видеть». Мы беседуем, и все замечают, что он не отрывает от меня взгляда, а потом не отходит ни на шаг от своей соседки по столу.

«Как я рад, что леди А… или леди В… (разве имеет значение имя?) да, как я рад, что она не смогла принять приглашения леди Бодреан».

Мечты, мечты! Но что еще мне оставалось в не самый счастливый период жизни?

Я читала вслух до хрипоты.

— У вас сегодня что-то с голосом, мисс Осмонд. Как неприятно. Ведь одна из ваших основных обязанностей — читать мне вслух. Собственно, я и наняла-то вас ради чтения.

Она сидит поблизости, иголка с красной, голубой или фиолетовой ниткой мелькает в ее руке, но я совершенно уверена, меня она совсем не слушает. Если бы только я осмелилась читать вслух те книги, которые одалживает мне Табита из дома Гиза. Иногда у меня мелькает озорная мысль подменить книги и посмотреть, заметит ли она разницу.

Иногда она откладывает свое рукоделие и закрывает глаза. Я продолжаю читать, потому что не знаю, спит она или нет. Иногда я смолкаю и жду, что будет. Конечно, она спит, но мгновенно просыпается и спрашивает, почему это я прекратила читать.

— Мне показалось, вы задремали, — робко говорю я. — Мне не хотелось нарушать ваш сон, леди Бодреан.

— Глупости, — парирует она. — Продолжайте, я сама вам скажу, когда следует закончить.

В тот день она заставила меня читать, пока глаза не заболели и голос не охрип. Я начала подумывать, как бы мне сбежать, но мысль о Тибальте снова приковала меня к месту.

Как чудесно, что у хозяйки жили две собачки. Ведь каждый день их требовалось выводить на прогулку. Я имела прекрасную возможность улизнуть в Гизу и поболтать с Табитой.

Однажды я зашла к ней и сразу же почувствовала — произошло что-то волнующее. Она провела меня в гостиную и торжественно объявила, что сэр Эдвард планирует провести экспедицию в Египет. Этот проект станет одним из основных в его жизни. Она надеется, что ее тоже зачислят членом экспедиции.

— Теперь, когда Сабина замужем, мне можно покидать дом на время, — добавила Табита.

— У вас будут какие-то обязанности?

— Неофициальные, но я смогу быть полезной. Если нужно, буду готовить. Я многое узнала об археологии, смогу быть подручной при раскопках, там требуется много непрофессионалов.

— Как же я вам завидую! — я с восторгом смотрела на нее.

Она ласково улыбнулась.

— Я понимаю, что леди Бодреан не самый легкий человек.