Я тебя не помню - Амина Асхадова

расскажу ей, что забывать обручальное кольцо дома – плохая идея.

Все, что мне не нравится – плохая идея.

Золотов – тоже.

Чуть позже меня набирает Шах, сухо извиняется за ту ночь, когда не успел помочь.

– Ты и не обязан был, – отвечаю ему. – У тебя у самого проблемы. Звони, как только помощь понадобится.

Утром все проходит гладко, и командировка завершается успешной сделкой. Прошлое не вконец растоптало мое имя, и Таганов соглашается, но взамен он хочет, чтобы попутно я двигался в направлении онлайн-бизнеса.

– Ты хочешь меня угробить, – заявляю ему. – Я же ни черта в этом не понимаю.

– Данияр, тебе сколько? Совесть имей, я старше тебя и то – разобрался. Только мне не названивай, – протягивает Таганов. – Ты должен сам изучить, как все устроено. Если не сможешь, деньги придется вернуть. Физический бизнес – давно в прошлом, Данияр. Будущее за технологиями.

После тридцати перестраиваться на это сложно, я понятия не имел, как руководить делами через экран монитора, а не через реальные переговоры и заключенные контракты, но сквозь зубы киваю и благодарю за веру в меня.

Чего там Настя хотела? Работать? Будет ей работа в компьютере. Будет мне помогать и под моим боком, а не рядом с какими-то Андреями.

Вернувшись в Петербург, пытаюсь сразу что-нибудь изучить, но в голове совсем другое сидит. Ее разговор с другим мужиком, например. Знаю, что завтра отпустит, и я буду изучать, как строить этот бизнес в сети, но сейчас, чем меньше времени до встречи с ней оставалось, тем больше я злился.

Можно было даже не присматривать на Настей – мне уже несколько человек доложили, что видели мою жену в обществе Золотова. Пусть и с отцом рядом, но, блядь, никто не позволял стоять на балконе в мужском пиджаке и позволять себя разглядывать.

Когда звоню ей, совладать с эмоциями не получается. Выходит жестко и равнодушно:

– Я приехал. Выходи.

Недолго помолчав, будто чувствуя, Настя спрашивает:

– Ты не зайдешь к Мире?

– Зайду под утро, когда верну тебя.

Выходит красивая. Привлекательная. И только моя. Но все это держу в себе, иначе не сдержусь в словах. Завожу автомобиль и плавно выдвигаюсь в задуманное место.

Настя спрашивает что-то изредка, интересуется моей командировкой и все ли у меня хорошо, но по ходу дороги она начинает обо всем догадываться. Была бы глупой, если бы не догадалась. Я почувствовал, как она напряглась. Тишина стала вязкой, почти тягучей.

Я даже слышал ее дыхание, когда затормозил знакомого ей здания в центре города.

– Зачем мы сюда приехали? – спрашивает едва слышно.

– Не догадываешься?

Качает головой отрицательно. Но молчит. Помогаю ей выйти из машины и веду ее внутрь. Чувствую, как ее ноги заплетаются, поэтому удерживаю за талию и не позволяю упасть. Она иногда поглядывает на меня с осторожностью, но в целом, кажется, все понимает.

На том проклятом балконе – точно понимает. Я отпускаю ее талию и позволяю отойти от меня на безопасное расстояние. Она так считает – что безопасное.

– Ничего не хочешь мне сказать?

Настя хватается за горло и отводит взгляд. Блядь, боится. Чтобы вернуть ее себе, не стоило ее сюда привозить. Но по-другому я объяснять не умел.

– Сейчас есть шанс, Насть, – произношу негромко. – Какого хрена?

– Данияр, это была деловая встреча, – набирается смелости жена. – Ко мне подошел знакомый отца. Мы поговорили. И все.

Настя тяжело дышит.

Напряжена дико и всячески пытается это скрыть.

Не так я представлял нашу встречу, но, если бы она знала, что творилось со мной прошлой ночью – вела себя точно бы также.

– Откуда ты знаешь? – сдается не сразу. – Ты следил за мной?

– Ты вроде бы мою фамилию носишь, – прищуриваюсь. – Думаешь, жену Багрова никто не знает? Какого хрена устроила, Насть? Ты думала, что к жене Данияра Багрова можно просто так проявлять интерес и никто не заметит?

– Данияр, я сказала ему о тебе и о дочери. И не знаю, в каком ты месте увидел симпатию, с моей стороны ее точно не было!

Ее глаза тоже сверкают от гнева. Не понравилась мнимая свобода. Хочет полную, но на такую мы нихуя не договаривались, дорогая.

– Ты, видимо, не понимаешь, Настя, – произношу слишком спокойно.

– Чего не понимаю?

– За кем ты замужем. И замужем ли вообще.

– Я не хотела ничего плохого. Мы просто говорили. Минут пять от силы, – начинает злиться.

А затем сдается.

Прижимает ладони к лицу, пряча за ним красивое лицо.

Она накрасилась. Для меня. Платье тоже для меня надела, а вечер в итоге в бездну катится.

Я оказываюсь рядом с ней в три шага. Прижимаю ее тело к себе, она сперва пугается, но затем привыкает и льнет в ответ. Я понимаю, как сильно скучал. Настя тоже.

– Ты – моя жена, – говорю ей тихо. – Так нельзя, Настя. У других, может, можно. Будучи моей женой – нельзя.

Настя кивает еле заметно. Не мирится, через себя идет, потому что понимает, что она заведомо проиграет. Я поднимаю ее голову, вынуждая посмотреть на себя. Ласкаю пальцем ее щеку, опускаюсь к шее и груди. Хочу позволить себе больше, но не здесь.

Я чуть оттесняю ее к перилам и прижимаю к себе за талию, заставляя почувствовать, как крепко по ней скучал.

И с удовлетворением замечаю, как ее зрачки постепенно расширяются, а дыхание становится совсем спутанным. Заканчивается, похоже, свобода. Сегодня ночью точно закончится.

– Поехали отсюда. У нас этой ночью обширная программа, я скучал.

Глава 35

Настя

– Как наша дочь?

Наша.