Я тебя не помню - Амина Асхадова

покупки родителей, за которые меня продали. Все сложилось.

Произнести слово «пап» не осмеливаюсь. Позже, уверена, привыкну, а Мира вообще без сомнений будет его дедушкой звать. Все только впереди.

– Мне жаль, что ты прошла через это. Я знаю, как он обошелся с тобой и хочу лучшего для тебя.

– Все наладится, – заверяю его. – Но я решу сама. Это будет мой выбор, ладно? Хотя бы в этот раз пусть это будет мой выбор, я не хочу превращаться в девушку без памяти, за которую все и все решают.

Я уговариваю Владимира не хлыстать кофе без остановки и лечь спать, и он слушает меня. Вернувшись к Мире, я беру телефон в руки.

И мне в один миг становится нехорошо: от Данияра десяток пропущенных. Я вспомнила, что после разговора я бросила телефон в сумку, потом дорога домой и долгожданная встреча с Мирой, я забыла о телефоне напрочь.

Смахнув уведомление, открываю грозное сообщение: «Не возьмешь трубку – выпорю».

Я не взяла.

Похоже, выпорет. Я тихонько выдыхаю, открывая следующее сообщение:

«Я приеду за тобой завтра в восемь. Будь готова».

Будь готова.

В голове роились десятки вопросов. Чего ждать? Почему Данияр такой злой? Из-за пропущенных или просто он уже знает об Андрее?

Глава 34

Дан

– Может быть, вы желаете чего-нибудь в номер?

Девушка на ресепшене мило улыбается, и до меня не сразу доходит ее вопрос. Чего я хочу в номер на ночь глядя? Разве что жену в этот номер, прямо сейчас. Жену, которой сам дал месяц свободы.

Идиот.

– Нет, не желаю, – отвечаю сухо и направляюсь к лифту.

– Тогда доброй ночи, – доносится в спину.

Завтра будет решающий день командировки. Если Таганов согласится стать партнером, то в ближайшие месяцы я встану на ноги. Я не был уверен, что его сильно заинтересовал мой проект, потому что тот давно развивается в инфобизнесе и уже не вкладывает такие объемы денег в физический бизнес. Может, и мне стоило задуматься о переходе на новую модель бизнеса, но пока я не умел ничего кроме ведения дел в их классическом понимании. Даже работать на кого-то не умел, потому что с ранних лет занимал руководящие должности. Наверное, лишь за свою хватку и умение выстраивать систему я был благодарен деду.

Недолго думая, набираю номер матери с отцом. Мы не говорили с момента происшествия с дедом, он чудом выжил.

– Привет, мам. Как ты?

– Привет, – чуть недовольно. – Со мной все в порядке, сынок, а вот с твоим отцом не очень. Винит себя в случившемся с дедом.

– Передай ему, чтобы так не думал. Ты знаешь, что дед немало дел в жизни натворил.

В трубке оседает тяжелое молчание. Никакой поддержки и заинтересованности от матери я не ждал, с ранних лет рос сам по себе и почти все свободное время проводил с дедом, изредка меняя занудный бизнес на красивых девушек и потом снова возвращаясь к работе.

– Ты как-то к этому причастен? Отец не хочет с тобой говорить.

– Нет, мам.

Отвечаю честно, хотя мне все равно, что они подумают. Уже давно стало все равно, еще когда они не изъявили желания увидеть свою внучку и почти полностью сепарировались от меня. Или я от них. Похуй.

Мать тяжело вздыхает.

Я захожу в свой номер, бросаю пиджак на кровать. Здесь пусто и чуждо, ненавидел командировки и отели. Любил дом и хотел в нем семью. Не такую холодную, в которой рос сам, поэтому у меня была своя идеальная модель семьи, и Настя стала ее частью.

– Как так получилось, что та девушка была беременна от тебя? Ты же всех нас опозорил перед семьей Саши.

– Только сейчас решила спросить? Твоей внучке уже не первый месяц, – произношу с укором.

Неторопливо подхожу к широкому окну, отсюда открывался вид на Москву. Не любил этот город. Суетливый, надоедливый. Раньше часто ездил сюда по командировкам, в одной из таких Настю и выманили из дома тем видео с участием моей бывшей. Дураком бы был, если бы я тогда ей изменял.

Я же говорил ей, что она завершает мою модель идеальной семьи – для чего мне самому ее разрушать? Мне было тридцать с лишним, я нагулялся и натрахался, мне достаточно было.

Если бы она мне верила, все было бы иначе.

– Ребенок от этой девушки нам чужой.

– Мама, молчи, – советую тихо.

– То с одним, то с другим, а мы теперь должны принимать этого ребенка?

– Когда захочешь нас увидеть, позвонишь. Разрешу только потому, что ты моя мать, – бросаю резко. – До свидания, мама.

После всех сказанных гадостей все равно говорю с ней уважительно, но так учили. Дед всегда говорил почитать старших, и это вышло мне боком, я так и не смог встать против него. Не успел. За меня это сделал Азацкий, для Насти он теперь любимый отец и герой.

Перед сном набираю жену. Она еще не дома, и это бы меня раздражало, если бы я не послал туда своего человека. Оказывается, что Настя хорошо проводит время, я заставляю себя открыть видео с камер видеонаблюдения сразу, как только оно попадает на мой телефон.

После разговора с женой, в котором она умалчивает об Андрее, я набираю телефон человека, приставленного к Насте:

– Что за Андрей?

– Андрей Золотов, тридцать два года. Будут особые распоряжения?

– Нет, я разберусь сам. Она уже дома?

– Да. Ваша жена села в машину к Азацкому, с ним же вернулась домой несколько минут назад.

Мысленно чертыхнувшись, я сбрасываю звонок и говорю себе, что надо остаться. Нечего срываться в Петербург, утром у меня важная сделка.

Уже завтра я