Стенли Морган - Оле, Мальорка !

Я присмотрелся и захохотал.

— Добро пожаловать, приятель. Это одна из официанток, которая работает в баре "Перлас". Ты, я и Патрик — должно быть, единственные мужчины на Мальорке, с которыми она ещё не спала. А насчет недели я не пошутил. И еще: если ты её поимеешь, то привезешь отсюда домой не только сувениры.

— Ну да!

— Да вот, представь себе. Положись на дядю Рассела, он о тебе позаботится.

— Эх, до чего здорово иметь настоящих друзей. Ты позвонил Карло?

— Да, есть у него на примете одна берложка в Магалуфе — за двадцать пять фунтов в неделю. Я этот район знаю — там вполне пристойно; вид на море и все прочее. Мы встречаемся с ним в двенадцать… Тони!

— А? Что?

— Я говорю: мы встречаемся с Карло ровно в двенадцать.

Я сдался, убедившись в полной безнадежности своих усилий. Оторвать Тони от загорелых полуобнаженных красоток было равносильно тому, чтобы уговорить меня не дышать.

— Пойдем. Прогуляемся пешком в Магалуф. Как раз там расположены мои отели. Сегодня днем высаживается очередной мой десант из Лутона, и я должен проверить, все ли готово к приему новой банды. А потом мы с тобой… Тони!

— Что?

— Пойдем же, хватит глазеть на эти задницы!

По пути он несколько раз едва не вывихнул шею, в особенности, когда мы проходили мимо дневного кафе, примерно на полпути в Магалуф. В общей сложности, на открытой веранде я насчитал не меньше дюжины совершенно роскошных цыпочек, каждая из которых стоила того, чтобы пожертвовать на неё вечер-другой. Я пытался рассказывать Тони о местных достопримечательностях, слыша в ответ только: "Господи, ты только на эту посмотри!". Или: "Чтоб я сгорел, ну и задница (бедра, груди)!"

— Тяпнем кофейку на обратном пути? — предложил я.

— А почему не сейчас?

— Я тороплюсь обойти отели. В отличие от некоторых, мне приходится здесь работать.

— Да, бедняга, не повезло тебе.

Мы посетили "Сан-Винсент", затем заглянули в "Польенсу" и "Пальму", откуда поспешили на встречу с Карло. Тони шагал рядом со мной, весело насвистывая.

— Как, сынок, нравится тебе здесь? — спросил я.

Он расхохотался.

— Еще бы. К тому же я уже целую вечность не отдыхал. Ты, наверно, уже забыл, каково корпеть в этом затхлом Лондоне. Молодец, что согласился на эту работу. Она ведь и в самом деле доставляет тебе удовольствие, да?

— Еще как. Порой, правда, приходится несладко, но я не жалуюсь. Кстати, можешь сегодня прошвырнуться со мной в аэропорт и воочию убедиться, как тяжек труд курьера. Встретить и расселить приличную ораву — дело весьма непростое.

— Что ж, я готов, — ответил Тони. — Особых планов у меня ещё нет. Я решил, что буду играть с листа.

— Умница.

Карло оказался, как всегда, пунктуален. Карло — уроженец Мальорки, невысокий, смуглый, приятный в общении и необыкновенно деловой человек. Не прошло и двадцати минут, как контракт на месячную аренду уютной квартирки, расположенной на четвертом этаже пятиэтажного дома, был подписан, а Карло уже катил в Пальму.

— Потрясающе! — воскликнул Тони, выйдя на балкон.

Вид и впрямь завораживал — широченная панорама Магалуфского залива, посреди которого горбатился покрытый золотым песком островок.

— Ах, я уже ощущаю себя новым человеком, — заявил Тони, сладко потягиваясь и вздыхая. — Я уже и думать забыл про наш дохлый Лондон.

— Какой Лондон? — с невинным видом осведомился я.

— Ты прав! — Тони шлепнул в ладоши и вернулся в гостиную. — Теперь нужно позаботиться о некоторых мелочах. Для начала — обзавестись какой-нибудь музыкой…

— Возьмем напрокат проигрыватель.

— Заполнить бар…

— Внизу есть винный магазинчик.

Тони прошагал на кухню.

— Жратва бы кое-какая не помешала…

— Супермаркет тоже внизу.

— И…

Он остановился на пороге спальни, плотоядно уставившись на широченную кровать.

— Сию минуту ничем помочь не могу, — развел руками я. — Дай мне время.

— Но только не тяни, — попросил Тони. — Кровать слишком велика, а я жестоко страдаю от агорафобии в самой тяжелой форме.

— Тебя пугают любые открытые пространства?

— Нет, — ухмыльнулся Тони. — Только самые гигантские. С остальными я научился справляться. Да, чуть не забыл — мне понадобится машина.

— Считай, что она у тебя уже есть. Гараж Розелло в Пальме. Мы с Патриком пользуемся им же.

— А есть что-нибудь, что ты не можешь устроить?

— Увы, да. Одна прехорошенькая штучка, которая служит в пальмском бюро путешествий, никак мне не дается. Можешь попытать счастья сам…

Выйдя из его квартиры, мы зашагали по направлению к заветному дневному кафе. Было без четверти час. Десять минут спустя Тони обзавелся подружкой. Я себя тоже не обделил.

Тони положил на них глаз, когда мы ещё только приближались к кафе. Две девушки в темных очках — шатенка и блондинка — сидели за угловым столиком, за которым мы разглядели два свободных стула, и оживленно беседовали. На наше счастье кафе было почти целиком заполнено, и свободных стульев оставалось раз, два и обчелся.

Тони саданул меня локтем по ребрам.

— Смотри — вон в том углу!

— Вижу.

— Подходят?

— На все сто.

— Скорей, пока те козлы нас не опередили!

С противоположной стороны к кафе приближались два оборванных светловолосых битника с длинными путаными космами и нечесаными бородами. Они тоже заметили нас и, разгадав наши намерения, ускорили шаг. Мы с разных сторон рванулись к своей цели, как Скотт и Амундсен к Южному полюсу. Влетев в кафе, мы принялись лихорадочно лавировать между столиками, натыкаясь на стулья, цепляясь за развешанные сумки и опрокидывая коктейли. Фу, кажется, успеваем… Нет… нет… нас опережают!

В последнее мгновение Тони успел выхватить из-за соседнего столика пустующий стул и преградить им путь ближайшему хиппи. Тот, налетев на стул, резко затормозил, но в тот же миг второй битник со всего размаху врезался в своего приятеля, и оба покатились по полу.

— Прошу прощения, — с невинной физиономией произнес Тони.

С пола грянул поток отборной скандинавской брани. Глядя на разгоряченную физиономию, изрыгающую богохульства, я приподнял два растопыренных пальца — жест Черчилля — и миролюбиво произнес:

— Все в порядке, друг, мы не обижаемся.

Слегка запыхавшись, мы приблизились к заветному столику.

Тони нацепил на себя ослепительную улыбку телезвезды, от которой едва не заполыхала скатерть. Девушки испуганно вздрогнули.

— Можно, леди, мы здесь присядем?

Девушки озадаченно переглянулись, смерив нас взглядами; потом шатенка ответила, с еле заметным акцентом: