Без тебя (СИ) - Гордая Наталья

Да. Я вернулась. Только почему-то до сих пор жжет в груди и чего-то не хватает.

Глава 35

Андрей

Со Стешей мне удается поговорить только спустя три дня, до этого она игнорировала мои звонки и сообщения, а в универе я не появлялся, полностью забив на все, включая работу. Сестру я подлавливаю с утра, выходящей из подъезда. Сердце бешено стучит, потому что я надеюсь, что вместе с ней выйдет и Аня, но со Стешей идет только Саша, что моментально меня разочаровывает.

— Привет, — подхожу я к ней. Саша кивает и говорит, что пойдет потихоньку, чтобы Стеша могла ее догнать.

— Угу, — бурчит сестра. Я понимаю, почему она злится, поэтому стараюсь держать себя в руках.

— Стеш, послушай. Все, что тебе сказал Артем — правда. Это я впустил Веронику по пьяни, и со мной она спала на диване, а не с Артемом.

— Я знаю, и я уже говорила Артему, что верю ему, — устало говорит сестра и вздыхает.

— Тогда почему мой друг и моя родная сестра сторонятся друг друга и страдают?

— Ничего я не страдаю! — вспыхнула сестра.

Я закатываю глаза и укоризненно говорю:

— Мне-то не ври. Знаю тебя как облупленную.

— Андрей, спасибо тебе, конечно, за участие, но все, что ты только что сказал неважно.

— А что же важно? Просвети, будь добра, — ерничаю я. Сестра своим упрямством бесит.

— То, что я не смогу доверять Артему. Слушай, я признательна, что ты беспокоишься обо мне, но я уверена в своем решении, поэтому лучше ничего не говори, а просто поддержи меня, как всегда это делал.

— Не помню, чтобы я поддерживал тебя, когда ты совершаешь тупые поступки, — холодно говорю я.

— Андрей, пожалуйста.

— Стеша, ты вроде бы умная девушка.

— Не продолжай! — уверенно говорит сестра. — И вообще, прежде чем вправлять мне мозги, лучше бы разобрался сначала с самим собой! Аня, вон, в каком-то коматозе ходит.

— Мы сейчас о тебе говорим.

— Господи, да мы хоть сколько можем говорить обо мне, но ничего не поменяется. Подумай сначала о себе и о том, кому ты причиняешь боль, и как ты будешь это исправлять.

Стеша разворачивается и уходит, а я сажусь на лавочку во дворе и гипнотизирую подъезд, в надежде хоть мельком увидеть Аню.

Спустя три выкуренных сигареты, она выбегает на улицу и несется к своей машине, видимо, опаздывает. Такая непривычная. В джинсах и кроссовках, с гулькой на голове и без макияжа она кажется такой милой, родной, но такой далекой.

Ноги так и несут меня к ней, но я заставляю себя сидеть и смотреть, как она уезжает. Не проходит и минуты, чтобы я не думал о ней или не вспоминал. Я хотел сначала поговорить с сестрой и решить вопрос с Артемом. Разговор с Аней все откладывался и откладывался. В конце концов, когда я решил позвонить ей, то обнаружил, что она меня заблокировала, и я сдался, окончательно.

За все время, что мы провели вдвоем, мы столько боли причинили друг другу, что я не видел другого выхода, кроме как забыть и вычеркнуть ее из своей жизни. Раньше я думал, что мне хватит одного раза заняться с ней сексом, и я выкину ее из головы, потом думал, что вот еще немного, и она мне надоест, и сам не замечал, как все сильнее погружаюсь в нее, как чувства к ней затмили все вокруг. Надо было вообще лучше ничего не начинать.

По дороге домой мне звонит отец и говорит, что ждет меня в офисе. Черт! Я вообще не хотел сегодня никуда ехать, но если не приеду, отец сам приедет ко мне, и тогда разговор будет уже другим. Мы редко ругаемся, чаще всего мы слышим и понимаем друг друга, но если отца довести, то он будет беспощаден. Вот и сейчас я стою перед ним и как пацан то бледнею, то краснею, пока он отчитывает меня за прогулы в универе и на работе. Он не щадит меня ни разу и проходится по моей самооценке, стирая ее в ноль.

— В общем, если твой выбор — это похерить все, к чему ты так долго шел, то я не буду тебе мешать. Дерзай! Будь никем и не делай ничего, — заканчивает он свою речь.

— Я тебя услышал, — хриплю я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Отец устало вздыхает и говорит:

— Сын, ты так многого уже смог достичь, неужели для тебя это ничего не значит? Я вообще не узнаю в последнее время своих детей. В чем дело, ты можешь мне объяснить?

— Ничего такого, чего бы ты не знал.

— Я доверяю тебе. Не подведи меня.

Я кивнул и после этого отец загрузил меня работой по полной. Я голову не поднимал до самого вечера. Все-таки отец не зря держит всю фирму в ежовых рукавицах. После его встряски я понял, что вел себя как маленький ребенок. Пора брать себя в руки и быть достойным своего отца.

Следующие недели проходят суматошно и мельком. Если бы меня спросили:

— Как прошел твой день?

Я бы ответил:

— Не помню.

Потому что каждый день был похож на предыдущий. Учеба, автомастерская, работа в фирме отца. Все слилось в один бесконечный один и тот же день. Временами мы с Артемом ходили в тренажерку, но чаще всего я допоздна засиживался в офисе у отца. Скоро будет конференция, где мы представляем новый проект, поэтому работы было много.

С Артемом мы быстро помирились, и он не держал на меня зла, за что я был благодарен ему. Вместе иногда выбирались потусить, но пить я больше не стал, как и Артем. Друг в последнее время был чаще всего задумчив и не разговорчив. Я не лез к нему с разговорами о Стеше, тут итак все было понятно. Впрочем, друг тоже не расспрашивал меня про Аню, со мной тоже было все понятно.

День за днем я пытался вышвырнуть ее из своих снов, мыслей, сердца, но она прочно засела во мне, как заноза в пальце, которую вытащить не можешь, и которая причиняет тебе адскую боль, стоит ее слегка задеть. В какой-то из дней я решил, что так больше не может продолжаться.

Мне хотелось крепко встряхнуть Аню, чтобы все дурацкие мысли, колкости вылетели из ее головы, а затем крепко прижать к себе. Я решил, что поговорю с ней, и будь, что будет. Если она не захочет больше меня видеть, то я не буду препятствовать этому. Но я не собирался снова предлагать ей секс, на этот раз мне было нужно гораздо больше. Я хотел заполучить ее всю, также как она это уже сделала со мной.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Собравшись с духом, я звоню в дверь и жду, когда ее кто-нибудь откроет. Конечно, я жду на пороге Аню, но когда вижу сестру, то против воли раздражаюсь.

— Аня дома? — спросил я и сразу же вошел.

Стеша собиралась что-то сказать, но в этот момент из комнаты вылетела Аня, она куда-то торопливо неслась, но повернув голову и заметив меня, она остановилась. За все время, что мы не виделись она, кажется, стала еще красивее, или я просто соскучился.

— Привет, — прохрипел я, не сводя с нее глаз. Я бесстыже разглядывал ее в одном лифчике. Господи, ее грудь это моя слабость. В штанах сразу же становится тесно. Я даже не помню, когда последний раз занимался сексом, да как-то и не до этого было. Но стоило увидеть Аню в прозрачном белье, как я мысленно успел поиметь ее уже в нескольких позах. Во рту скапливается слюна, как сильно мне хочется прикоснуться к ее груди, втянуть в рот сосок, почувствовать вкус ее кожи. Я продолжаю сканировать ее тело, взгляд скользит по плоскому животу, бедрам, ногам и возвращается по тому же маршруту к глазам. Аня тоже смотрит на меня жадным взглядом. Зелень в ее глазах затопил расширенный зрачок, а грудь часто поднимается от сбившегося дыхания. Прошли секунды, а казалось, что мы стоим вечность друг напротив друга.

Со стороны слышится голос сестры, которая зовет Аню, но та не слышит ее, продолжая смотреть мне в глаза.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Аня! — громко говорит Стеша.

Аня отмирает и вздрагивает.

— Ой, — она быстро прикрыла руками грудь и проскользнула обратно в комнату. Я чуть ли не набросился на нее следом, но вовремя сдержался. Стеша что-то спрашивает, но я не слышу. Мое внимание привлекли несколько чемоданов, стоявших в коридоре.