Джуд - Драко Малфой и Солнечный путь

Драко схватил его за левую руку и отвел рукав, обнажая чистую кожу. Установилось молчание.

— Умер и воскрес, да? — спросил он, наконец.

— Ага… — кивнул Гарри. — Как ты в прошлом году, помнишь?

— Нет, не помню, — коротко и категорично ответил Драко. — Ничего не помню.

Чуть улыбнувшись, Гарри пожал плечами.

— Тебе видней.

Четверо со своего обрыва наблюдали, как Сириус Блэк и профессор Люпин уводят Драко и Гарри. Задумчиво пососав травинку, Джинни произнесла:

— Люпин так хорошо выглядит…

— Зелье, — ответила Гермиона моментально. — Дипломный проект Гарри. Хотя нет, впрочем, дипломный проект Гарри и Драко — «Поводок для волка».

— Кто автор названия? — мрачно спросила Сольвейг.

— Полагаю, что Сириус, — ответила Гермиона, и обе заржали.

— Расскажете об этом после, — Джинни поморщилась. — Не уверена, что хочу знать подробности отношений Люпина и Блэка…

— О, а я хочу! — оживился Шеймус.

— Лучше про зелье, — возразила Джинни. — Неужели их еще заставили защищать дипломный проект?

— Нет, их от всего освободили — и от экзаменов, и от проектов, — ответила Гермиона и тут же нахмурилась. — Надеюсь, у них из-за этого не будет проблем с поступлением… Так вот, их освободили от дипломного проекта, но они все же решили его доделать — для Люпина. Суть в том, что это зелье, созданной на основе Аконитового зелья Снейпа, может помочь реципиенту управлять волком. Фактически, превращает оборотня в анимага.

— И сработало? — спросил Шеймус.

— Да.

— Класс! Теперь Гарри выведет всех оборотней в Англии.

— В общем, да, — гордо ответила Гермиона. — Думаю, что производством «Поводка для волка» вполне можно будет заняться.

— И Гарри заработает кучу денег, — добавил Шеймус.

— Вряд ли, — ответила Гермиона. — Он отдал права в Департамент Магических болезней. Чтобы производство было налажено на государственном уровне.

— Смерть альтруистам, — буркнула Сольвейг.

— Сольвейг не любит правительство, — улыбнулась Гермиона.

— Все уроды! — ответила та. После этого краткого высказывания, которое, вполне возможно, могло бы служить девизом в семейном гербе Снейпов, наступило молчание.

— Сольвейг, — нарушила его Джинни, — а как ты теперь будешь именоваться?

— А что? — удивилась Сольвейг. — Тебе не нравится мое имя?

— Да нет, оно вполне нормальное. Я просто подумала, что, может быть, ты теперь захочешь носить фамилию Снейп…

— Я об этом не думала…

— Есть кое-что, чего я не понимаю, — неожиданно перебил их Шеймус. — Например, всей этой истории с монстромагами…

— Это отвратительно звучит, — нахмурилась Сольвейг. — Короче, для того, чтобы создать монстромага, нужно две формы жизни…

— Да, я это знаю, — перебил Шеймус. — Но я думал, что Мина просто прятала василиска…

— Нет, она и была василиском. Поэтому ей и необходим был детеныш — она хотела стать монстромагом. Я, честно говоря, понятия не имею, что там за чары нужно применять, я этим не занималась…

— Стоп! — Шеймус вытянул руку. — Но ведь ты же тоже монстромаг.

— Я дракон, — надменно возразила Сольвейг. — Ты не путай, пожалуйста. Это разные вещи. Там — колдовство. Здесь — договор.

— Договор? С кем?

— С драконом. С одним из Древних. Из людей-птиц… ну, или, скажем, того, что от них осталось. Они делят свою сущность с человеком, но драконья жизнь намного длиннее, и в конце концов, человек умирает… если дракон не найдет себе нового, он тоже умрет. Вот. Я… то есть, эта драконша прибыла сюда вместе с группой Чарли как вожак, здесь мы и познакомились.

— И как это произошло? — заинтересовалась Джинни.

Сольвейг пожала плечами.

— В один прекрасный вечер я осталась ночевать у нее в загоне, а утром уже была ею. Странное ощущение…

Самое странное — это, конечно, видеть… Просто открываешь глаза — и видишь, и то, что очень далеко… и разную мелочь в траве… еще запахи… слышишь, как шуршит ветер… как пищат крысы в погребах… интересно…

— Могла бы и рассказать, — буркнула Гермиона после недолгого молчания. Сольвейг ухмыльнулась.

— Ну, ты ведь тоже не рассказала мне про свою замечательную поездку на драконе, верно?

Гермиона пробурчала что-то нечленораздельное, но возражать не стала. И снова установившуюся было тишину нарушила Джинни:

— И еще кое-что. Мне не дает покоя одна фраза, которую Гарри сказал Мине, помните, тогда, когда Драко искали в Запретном лесу? «Что ты сделала в том отеле, что Драко подумал, будто мы занимались любовью?»

Что он имел в виду?

— А, — сказал Шеймус. — Малфой мне рассказывал на рождественской вечеринке… Из своего номера в австрийском отеле, где они останавливались, он слышал, будто Гарри и Мина в соседнем трахаются. Это было вскоре после того, как они познакомились с Миной. Меня это насторожило, потому что Гарри совсем не похож на человека, способного так форсировать отношения… а потом, по словам Драко, прозвучало кое-что, что было только между ним и Гарри… А потом я нашел описание таких чар, которые возможно без применения палочки… волшебник как бы вынимает из сознания человека воспоминания и заставляет их звучать вслух, так, что человеку кажется, будто это происходит на самом деле. Эти чары считаются врачебными — их используют, чтобы моделировать ситуации и освобождать человека от психозов… ну, и еще авроры ими пользуются, но строго ограничено.

— То есть, на самом деле он ничего не слышал? — воскликнула Джинни. — Это были просто его воспоминания?

— В общем, да. Он слышал себя и Гарри, на самом деле.

— Вот дрянь! — с чувством произнесла Джинни.

— Это точно, — заметила Сольвейг. — Жуткая дрянь…

— Вот такие дела, — резюмировал Шеймус. — Хорошо, что ее нет… Вы знаете, — он поднялся на ноги, потягиваясь. — Я, пожалуй, пойду прогуляюсь. Вы же не будете без меня скучать?

— Постараемся, — буркнула Сольвейг.

— Вот и ладушки, — ухмыльнулся Шеймус и ушел. Минуты через две поднялась Джинни.

— А не пойти ли и мне прогуляться? — она приподняла бровь, оглядывая девушек. Сольвейг округлила глаза:

— Только не говори мне, что у вас свидание!

— Нет, конечно, — ухмыльнулась Джинни. — Но меня тревожит судьба Шеймуса… я просто посмотрю, куда он пошел.

— Сделай фото! — бросила вслед ей Сольвейг.

— Фото чего? — удивилась Гермиона.

— Примирения! — слизеринка ухмыльнулась.

Заявив, что ничто на свете не радует его так, как дармовая выпивка, Сириус отправился на поиски мадам Розмерты. Поскольку вечно юная барменша питала слабость к «этому разбойнику», как она призналась сама, вскоре перед Люпином, Гарри, Драко и Сириусом появилось несколько бутылок пива. Не усладэля. Сама Розмерта присела рядом и, нежно глядя на Сириуса, проворковала: