Джуд - Драко Малфой и Солнечный путь

Джинни только собралась спросить, не видел ли он Шеймуса, как светловолосый гриффиндорец сам выступил из темного угла комнаты и нерешительно двинулся к Янушу. Плечи драконолога напряглись — кажется, он заметил присутствие.

А ведь Шеймус совсем не похож на Драко, внезапно поняла Джинни. В начале года она часто ошибалась, принимая его за слизеринца (странно, но была здесь какая-то необратимость сравнения — Драко за Шеймуса она не принимала никогда), но теперь волосам юноши вернулся их природный светло-соломенный свет, солнце чуть тронуло загаром лицо, нарисовав на нем россыпь веснушек. Шеймус был ниже ростом и вообще казался меньше. И, конечно, Драко никогда не стал бы носить джинсы, драные на коленях, с неряшливой бахромой внизу, и растянутые футболки. Возможно, Драко такая одежда пошла бы больше, чем Шеймусу — Шеймуса она вовсе не красила.

Но когда Януш обернулся, чтобы посмотреть на гриффиндорца, у него было лицо того, кто увидел самого прекрасного человека на земле.

— Януш, — тихо произнес Шеймус. — Я слышал, вы скоро уезжаете?

— Да, Дамблдору мы больше не нужны, а когда Вожак оставит группу, с драконами будет трудно справляться, — ответил Януш. — Мы возвращаемся в Румынию.

— А что ты делаешь летом? — немного помедлив, спросил Шеймус. Януш приподнял бровь, глядя на него. — Я имею в виду, у вас же бывает отпуск… или что-то в этом роде…

— Да, — Януш кивнул. — Но я не беру отпуск — мне ехать некуда.

— Да, ты мне говорил, — Шеймус кивнул. — Я помню. Ты сирота.

— Ну да…

— А ты… можешь взять отпуск нынче летом? — Шеймус чуть прикусил губу. Януш не отвечал, и гриффиндорец поспешно добавил: — Мама хочет, чтобы я поступил в университет. Там экзамены в июле, а в августе я уже буду свободен. Наверное, не получится никуда выбраться — год назад я уже ездил в Грецию, в этом мамина очередь кататься… Но ты можешь приехать в гости — у нас большой дом, рядом лес, озеро… Есть квиддичная площадка…

Шеймус смолк. Януш по-прежнему молчал, глядя на него странным, непонятным взглядом.

— А что на это скажут твои родители?

Шеймус глубоко вздохнул.

— Я… постараюсь им объяснить…

— Незачем влипать в неприятности из-за меня, — возразил Януш.

— Я хочу, чтобы ты приехал! — в голосе Шеймуса прозвучала мольба. — Я действительно хочу, я… я повел себя не очень хорошо, Януш…

Драконолог поднялся на ноги и подошел к юноше. Теперь Шеймус смотрел на него снизу вверх.

— Это моя вина, — произнес он ласково. — Ты точно хочешь, чтобы я приехал?

— Да.

— Шеймус… если я приеду, я расскажу твоим родителям правду. Что я люблю тебя. И хочу быть с тобой. По возможности — вечно. Ты все еще хочешь, чтобы я приехал?

— Да, — произнес Шеймус, и в голосе его прозвучала улыбка. — Я очень хочу, чтобы ты приехал.

Руки Януша тут же обвились вокруг тонкой талии, сминая ткань футболки, и Шеймус чуть привстал на цыпочки, чтобы дотянуться до губ драконолога. Джинни отстранилась от двери и тихо прикрыла ее за собой.

Проходя по коридору в обратную сторону, она не выдержала и снова заглянула в ту самую спальню. Двое все так же спали, но теперь обладатель русого затылка устроился головой на груди драконолога, и Джинни смогла разглядеть его лицо…

Из драконария она вылетела с алыми щеками и яростными мыслями. Жизнь все-таки несправедлива — классные парни либо геи, либо достаются дурам и стервам, либо твои братья. Краем глаза она успела заметить по-прежнему прильнувших друг к другу Чарли и Блэйз. А иногда два последних пункта совпадают…

Чертов Лонгботтом!..

Из «Трех метел» уходили уже все вместе, общей компанией. Гарри и Драко сразу отстали — сначала Сириус ловил краем уха их негромкий разговор позади, потом вовсе перестал что-либо слышать. Рем обернулся волком и развлекал девушек. Снейп и Сириус оказались вдвоем.

Они шли бок о бок почти до самого Хогвартса, шли молча, и впервые за многие годы их совместное молчание не было тяжелым. Сириус вдруг понял, что улыбается. От счастья. От того, что у него теперь есть все — счастливый крестник, не обремененный необходимостью бороться со вселенским злом, прекрасный возлюбленный, даже сын… и еще брат. При этой мысли Сириус повернулся к Северусу — и увидел, что тот смотрит на него.

— Ты знаешь, — задумчиво произнес Снейп. — А я уже забыл, как ты замечательно умеешь рассказывать истории…

— О… — сказал Сириус.

— Не думай, что за этими словами скрывается что-то особенное, — предупредил Снейп.

— О… — еще раз сказал Сириус. — Я и не думал.

И они продолжили свой путь в молчании.

Бледная рука Драко лежала поверх уже успевшей покрыться загаром руки Гарри. В лунном свете кожа Драко мягко сияла, и Гарри украдкой, из-под челки, любовался своим возлюбленным.

— Красиво… — задумчиво произнес Драко. Он смотрел на их скрещенные руки. В ответ Гарри поцеловал его ладонь, а Драко приласкал лицо Гарри. Минуту спустя они уже лежали на прогревшейся за день земле.

— Мы отстали, — прошептал Гарри.

— Ничего, — пробормотал Драко. — Мы ведь не торопимся…

— Кто-нибудь поймает нас за гуляние после отбоя и снимет баллы…

— Кому они теперь нужны?

— Верно…

— Драко, — позвал Гарри три минуты спустя. — Ты уже пригласил кого-нибудь на выпускной бал?

— Нет, — слегка удивленно отозвался тот. — Я хотел пригласить Сольвейг, но она вроде уже с кем-то идет — так я ее понял. Тогда я пошел к Грейнджер, но она тоже оказалась занята. А мелкая Уизли идет с Финниганом. Даже Блэйз, и та мне отказала… А к Пенси я не обращался. Зря я стал геем, все девчонки теперь меня не хотят…

— Просто они знают, что им не обломится, — усмехнулся Гарри. — И что ты решил?

— Что пойду один. Буду изображать из себя одинокого Демона.

— А… — Гарри застенчиво погладил руку Драко чуть выше запястья. — Ты бы не хотел пойти со мной?

— С тобой? — Драко положил скрещенные руки Гарри на грудь и оперся о них подбородком. — Официально?

Как пара?

— Ну да…

— Скандала не боишься, Поттер?

— Да все возможные скандалы уже были! — рассмеялся Гарри. — Ну, так что, пойдешь?

— Надо подумать, — Драко хитро прищурился.

— Ну пожа-а-алуйста!..

— Ладно, пойду. Но… — Драко поднял палец. — Я тоже хочу тебя кое о чем попросить.

— О чем?

С полминуты Драко молчал. Потом произнес:

— Я хочу, чтобы ты съездил со мной в Лондон.

Это было обычное кладбище, скучное, с рядом серых надгробий, среди которых изредка встречалась парочка-другая не похожих на все прочие, но, как многие кладбища, привлекательное в своем спокойствии.