Выбор, который делаем мы (СИ) - Добровольская Галина

— В смысле, — устало вздохнул я. — Насколько я знаю, Вяземский еще на лечении, а второму еще пару лет срок мотать.

— Нет, — схватила меня девушка за руку, из-за чего я ощутил разряд тока. — Она просила меня, повлиять на тебя.

— Просила? — усмехнулся я. — И как же ты должна на меня повлиять и чем это должно выльется для Лены? — сам от себя неожидан, я стал поглаживать внутреннюю часть её ладони.

— Ну, не попросила, а скорее пыталась приказать, — сморщила свой длинноватый носик девушка. — Я должна убедить тебя, что она хорошая и очень раскаивается в своих прежних деяниях.

Пока она это говорила, склонилась ко мне ещё ближе. Цитрусовые нотки её парфюма совсем меня опьянили. Я даже сам не понял, как конкретно это произошло. Но именно я потянул девчонку на себя и впился в её губы, что бы воскресить воспоминания, которые уже неделю мешали мне спать по ночам.

Я порабощал её губы в жестком, властном поцелуе не ослабляя напора. Кристина поначалу напряглась и попыталась отстраниться, но я не дал ей такой возможности, полностью пересадив к себе на колени. А спустя еще пару секунд. Её тело расслабилось, губы разомкнулись, давая мне в плен её упругий язычок.

Руки забрались под мягкий свитер, что был на девушке, и нащупали кружево бюстгальтера, стараясь зарыться, найти вожделённый участок кожи. Её стон, стал сладостным, но в то же время отрезвляющим набатом. Девушка сместилась, надавив мне на бедро, от чего ногу ниже колена прокололо тысячей игл.

Я очень сильно сжал её рёбра до хруста, и только услышав болезненный, не мой стон отстранился. Резко спихивая девчонку со своих каленей. Из-за чего не ожидающая подобного отношения Кристина рухнула на пол.

— Прости. Это недоразумение, — выдохнул я.

— Да пошел ты! Ублюдок, — поднялась она на ноги, — Я помочь хотела! — сказала она, пряча лицо в ладонях.

Внутри всё сжалось, непонятно от чего. Толи от неукротимой злости, толи боли, от осознания факта её помощи. А я ведь чуть не поверил, что у неё есть чувства ко мне, учитывая с какой отдачей, она отвечала на мои прикосновения и поцелуи. А это просто помощь!

— Для подобного есть специальные агентства, что за N-ую сумму помогают снять напряжение. Не думал, что ты подрабатываешь на подобной должности.

- Е@лан, - выкрикнула мне в лицо Кристина.

Я успел заметить влажные от сдерживаемых слёз глаза, прежде чем Рыжик вылетела из комнаты с дикой скорости.

Да, девчонка права. Ещё какой «е@лан»! Что на меня нашло в тот момент? О чём я, чёрт возьми, думал?

— Ты быть уверен, что испытать подобные ощущения? — переспрашивал меня уже который раз Джон, делая мне массаж на мышцы ног.

Если утром, это были мимолётные покалывания. То в тот момент, это можно было сравнить с андской болью. И ни быть уверенным тут не возможно. Единственное, что пока я выяснял отношения с Кристиной, ощущения стихли. И сейчас о них ничего, кроме моей памяти не напоминало.

— Я же говорю, уверен. Знаешь, когда нога сильно затекает, а потом в неё идёт ток крови, вот именно такие ощущения я испытал. И длились они около минуты, пока не затихли.

— А что конкретно послужило этим ощущениям? — сильнее вдавливая пальцы в мои ступни, спросил физиотерапевт.

Я уставился на Джона, как на идиота. Откуда мне знать, что послужило? Просто ощутил, и, слава Богу, что ощутил. А то фиг знает, то чего бы мы с Крис дошли.

— Понятия не имею, — как можно безразличнее пожал я плечами.

А фантазия уже подкидывала цветные картинки. Я даже ощутил цитрусовый привкус у себя на губах.

— Хорошо, чем ты заниматься в этот момент?

Кажется, Джон решил меня довести до крайности.

— Общался с няней своей дочери, — постарался я выглядеть как можно безразличнее.

— Это было приятное общение? — Джон был сама серьёзность.

И как ему сказать, до просто «приятное» этому общению далековато. Ведь это были не обычные волнующие ощущения. А дарящие воспоминания по давно ушедшему. Заставляющее меня вернуться в прошлое, как будто и не было этих четырёх лет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Она просто рассказала, как прошла поездка. И всё. — Постарался стряхнуть с себя наваждение.

Джон всё же пытался выспросить подробности. Из-за чего пришлось сослаться на сильную усталость, что бы он оставил меня в покое. Почему-то, физиотерапевт был уверен, что Рыжик сопутствовала моим ощущениям. И на мои всяческие отнекивания, всё же настоял, на моей встрече с психологом.

Перерасти в громкий спор, наш разговор не успел. В дверь моей спальни постучались, и, не дождавшись ответа, в неё метеором влетела Ника. Из-за чего мы, с Джоном переглянувшись, свели все разговоры на нет.

Вероника была одета больше в стиле, который выбирала для себя Аня. Да и конский хвост, который девушка так ненавидела ей совсем не шел. Конечно, я знал, что последние четыре года, скрывая состояние своей супруги, Алекс выдавал Нику за Аню. И на большинстве фотографий, что делала пресса, в компании моего брата, находилась именно младшая сестра. Да и Аню устраивал подобный расклад. Ей приходилось только очень редко выбираться с Сашей на званые вечера. В основном же она приводила в порядок расшатанную психику.

Но был и в этой подмене сестёр другой скрытый смысл. Тот, о котором Аня не знала. Да и из знающих было ограниченное количество человек.

— Ничего, что я без приглашения? А то мне скучно ждать Александра в компании Линн. Она ваще где-то отсутствует, и даже на обыденные вопросы не отвечает. — Лилась из неё рекой информация.

А я и забыл, что Саша просил перед ужином зайти к нему в кабинет. Но и не подозревал. Что туда приглашен еще кто-то. Всё же думал, что брат захочет обсудить ситуации с Леной. Даже не сомневался, в том, что Рыжик ему тоже все рассказала.

Я кивком отпустил Джона, и, дождавшись когда тот удалиться на безопасное расстояние от моей спальни, задал вопрос Нике.

— У нас проблемы?

Буквально минут через пять, мы перебрались с Вероникой в кабинет Алекса, где в полном одиночестве, сидя в кресле напротив огромных панорамных окон с видом на весенний сад, седела блондинка.

Ника даже приуменьшила состояние Линн. Блондинка смотрела в пространство, ни реагируя почти не на что. Даже моё появление на инвалидной коляске ни как не повлияло на американку. Мы так и провели минут пятнадцать, пытаясь втянуть её в разговор, но вот только было всё тщетно. До появления Громова.

Вот кого не ожидал увидеть, и Ника походу тоже. Ведь Игорь должен был еще несколько месяцев находиться в Корее.

— Прими мои соболезнования, Линн. Мне очень жаль, — прямо с порога заявил прибывший.

И эта его фраза послужила детонатором для американки. Линн всхлипнула и разревелась, при этом кинулась на грудь Громова. Тот же принял её с распростёртыми объятьями, и, поглаживая по спине, шептал ей слова утешения.

— А что собственно произошло? — опешившем голосом спросила Ника.

Меня тоже интересовал этот вопрос. Я даже не подозревал, что змеи умеют плакать, особенно ядовитые.

Игорь же тем временем, подхватил рыдающую блондинку на руки, и уселся на диван, устроив ту, у себя на коленях. И всё так же продолжая гладить её, то по голове, то по спине с целью утешить, сказал:

— Сегодня убили Майкла Вигрофа, — ошарашил нас новостями Громов.

От его фразы, Линн еще громче взвыла. Это завывание совпало с появлением хозяина кабинета. Он вошел и без предисловий заговорил:

— Ну, раз все здесь, и пока мне удалось уложить жену спать, мы можем обсудить наши действия.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

По растрепанному виду Александра всем стало ясно, как конкретно он укладывал Аню. Но ему и слова никто не сказал. Намного лучше если она ничего не узнает о происходящем.

Брат же, стараясь казаться спокойным, подошел к бару и налил полный бокал виски, который передал Громову. Громов же в свою очередь постарался влить огненную жидкость в рот, всхлипывающей женщине.