Кристен Эшли - Для тебя

Шерил села так, чтобы видеть улицу. Колт сел лицом к двери.

Они молчали, пока Мими не принесла их заказ, после чего ушла.

— Я знаю, ты считаешь меня идиоткой, — обратилась Шерил к Колту. Её губы были крепко сжаты, однако во взгляде, направленном на него, читалась боль.

— Если ты поверила человеку, который хорошо к тебе относился, это не делает тебя идиоткой. Это делает человека, который обманул тебя, козлом, — ответил Колт.

Она отвела от него взгляд и уставилась в окно.

— Федералы говорили с тобой насчёт защиты? — спросил Колт, но Шерил не ответила на его вопрос, и он продолжил: — Денни действует беспорядочно, Шерил, тебе лучше взять сына и исчезнуть на время.

— У меня есть подруга в Огайо, он о ней не знает, — буркнула она, не отрываясь от окна, — я уже позвонила ей.

— Хорошо, — сказал Колт. Он наклонился вперёд, достал бумажник, вытащил из него визитку и подвинул её к Шерил, после чего убрал бумажник и снова откинулся на спинку стула. Шерил смотрела на визитку, но не притронулась к ней.

— Возьми визитку, Шерил, — тихо сказал Колт. Она посмотрела ему в глаза, но не развернулась к нему. — Встретишь другого мужчину, позвони мне. Я проверю его, посмотрю, чист ли он.

Она закатила глаза, но не как Феб, смеясь над несовершенством мира, а с отвращением, прежде чем дважды мотнуть головой и сказать:

— Точно.

— Шерил...

Она повернулась к нему всем телом и обняла себя руками, снова защищаясь, но её голос был полон яда.

— Я знаю, что он сделал. Денни. — Она выплюнула это имя. — Он убил людей. Думаешь, я собираюсь искать другого мужчину? Да ты нахрен свихнулся.

— Знаю, сейчас ты так не думаешь, но наступит время, когда ты изменишь своё мнение.

— Фигня, — прошипела она тихо, но яростно и одновременно испуганно и наклонилась к нему. — Он находился рядом с моим сыном! Я трахалась с убийцей!

Колт тоже наклонился вперёд и сказал так же тихо, только без ярости и ужаса в голосе:

— Нет, ты думала, что трахаешься со мной.

— Мне должно стать легче? — спросила Шерил, подняв брови. Её лицо выражало недоверие. Она решила, что он псих.

— Да. Должно.

— Ты настолько хорош?

Теперь она говорила с сарказмом.

— Никто не жаловался, Шерил, — честно ответил Колт. — Дело в том, что я стараюсь быть хорошим копом, хорошим другом, и он это повторял. Вот что он показал тебе. Он хотел, чтобы ты поверила. Ты поверила, а теперь залижи свои раны, но позволь им вылечиться, и двигайся дальше. А когда придёт время, приходи ко мне, и я обещаю, что сделаю всё, что смогу, чтобы убедиться, что ты выбрала хорошего парня.

— Это что, новая услуга, которую копы оказывают девушкам вроде меня?

— Нет, это то, что я сделаю для тебя, потому что нас обоих обманул больной ублюдок, который бросил тебя в ад и заставил меня и мою женщину прожить в этом аду двадцать два года. Если кто-нибудь узнает, что я предложил тебе такое, не говоря уже о том, чтобы сделать, у меня будут проблемы. Но я всё-таки предлагаю. Можешь выкинуть визитку, мне без разницы. Но если бы меня кто-то обманул, а другой человек предложил помощь, я бы её принял. Полагаю, тебе мало кто предлагал помощь. Райан, я — немного, я прав?

Она отвела глаза. Он был прав.

— Извлеки из этого урок, Шерил, — посоветовал Колт. — Научись видеть доброту, настоящую, когда тебе её предлагают, и научись принимать её.

Шерил закрыла глаза и отвернулась. На её лице отразилась боль, прежде чем она открыла глаза и снова уставилась в окно.

Больше они никак не отреагировала.

Колт сделал глоток из своего стаканчика и обратился к Мими:

— Мимс, заверни ещё парочку брауни и несколько печений. У Шерил есть ребёнок.

— Конечно, Колт, — отозвалась Мими.

Колт повернулся к Шерил и начал вставать:

— Оставляю тебя с твоими мыслями.

Он уже был на ногах, когда она спросила:

— Двадцать два года?

Он взглянул на Шерил, которая продолжала смотреть в окно.

— Да.

Она покачала головой, и её глаза наполнились слезами. Построенная ею стена чёрствости оказалась слишком тонкой, поэтому Денни и проник сквозь неё.

— Ты правда лучший игрок штата? И играл за Пердью? — спросила она, не отводя взгляда от окна.

— Да.

— Почему ты не пошёл в профессиональный футбол?

— Я был хорош для Пердью, но не достаточно хорош для профессионала.

— А ты хотел?

— Нет. Я хотел стать полицейским.

Она запрокинула голову, чтобы посмотреть на него, и он впервые заметил, что она очень красивая. Не потому, что похожа на Феб, а сама по себе.

По её щеке скатилась слеза.

— А я хотела танцевать. Похоже, мы оба получили желаемое, а?

В её словах слышалась горечь, под которой скрывалась тоска.

— Визитка годится ещё кое на что, Шерил, — мягко сказал Колт. — Для мальчишек, которые хотят научиться играть в футбол.

Она закрыла глаза, и по её щекам потекли ещё слёзы.

— У моего друга, Морри, есть сын, Палмер, — продолжил Колт. — Мы часто бросаем мяч и будем рады Итану.

Шерил кивнула, но отвернулась, ничего не сказав.

— Феб захочет с тобой познакомиться, — надавил он.

— Почему? — спросила она, глядя в окно.

— Потому что она женщина, которая была вынуждена вести одинокую жизнь из-за никчёмных парней, но она прошла через это. Она поймёт, что ты чувствуешь, и она выслушает. Или нет, если ты не захочешь говорить. Она хозяйка бара, так что самое меньшее — нальёт тебе выпить.

Шерил подняла руку к своему хвостику и потянула за него.

— Сейчас мне не помешало бы выпить, — тихо сказала она.

— «Джек и Джеки», через два дома, ты его не пропустишь. И добро пожаловать.

Шерил ничего не ответила. Подошла Мими с белым пакетом и сказала Колту:

— Я запишу это на твой счёт.

— Я рассчитаюсь с тобой завтра, — сказал Колт. Мими поставила пакет рядом с нетронутым брауни Шерил и быстро ушла.

— Увидимся, Шерил, — сказал Колт и повернулся к двери.

— Лейтенант Колтон, — окликнула она.

Колт остановился и посмотрел на неё:

— Друзья зовут меня Колт.

Она сглотнула, потом кивнула и прошептала:

— Колт, спасибо, что не оказался козлом.

Он улыбнулся. Не лучший комплимент, который он получал, но от Шерил это, наверное, был один из лучших, что она говорила.

Потом он ушёл.

В десять минут седьмого Колт вошёл в «Джек и Джеки», взглянул на барную стойку, увидел Феб и не получил привычного наклона головы.

Феб повернулась и пошла навстречу к нему в его конец стойки.

— Рис в порядке?

Колт сел на свой стул.

— Отзвонился, жив-здоров и теперь предупреждён насчёт убийцы с топором. Подумывает уехать в отпуск.