Беглянка. Сдавайся лишь любви - Вероника Азара

Больше слуга ничего не сказал. Его светлость хмыкнул - похоже, мальчики осознали свой промах? Правильно. Хотите напиться - для этого клубы есть. Нечего семейный особняк превращать в питейную!

- Скажи, пусть завтрак у меня накроют, потом жду лордов в кабинете.

Камердинер чуть дрогнул губами. Да уж, молодых господ ждёт не очень приятный разговор. Но это и хорошо. Не бывало ещё такого, как в этот раз! Никогда ещё молодые господа не напивались до подобного состояния дома, что их пришлось слугам по покоям разносить. Не дело это. И если его светлость устроит сыновьям выволочку, худого не будет. Это ещё герцогини нет. Уж она с самого утра обоих уже песочила бы!

***

Утром в дверь гостиной раздался стук. И кто бы это мог быть?

Переглянувшись с Роуз, кивнула.

Я только-только закончила завтрак и пыталась перед зеркалом придумать - что сделать такого, чтобы на лице не так красноречиво просматривались следы бессонной ночи и слёз, пролитых за эту ночь. А тут ещё и полутраурный наряд не добавлял ярких красок... Может быть надеть воротничок? Как раз на днях подарила леди Реллиана. Очень красивый, нежный...

От двери в гостиную донёсся тихий разговор.

Гэртон? Что он тут делает? Это же совершенно неприлично!

Роуз вошла в спальню и неуверенно посмотрела на меня, держа руку за спиной.

- Что там? - любопытство оказалось сильнее.

А ведь хотела сделать вид, что не заметила её попытку интриговать...

Роуз хмыкнула и показала руку.

Небольшая коробочка.

Почувствовала - глаза сузились в нехорошем прищуре. Он решил меня купить?

Роуз, поняв - сейчас будет буря, быстро открыла коробочку и я замерла. В ней лежали не драгоценности, а то, что гораздо дороже! Всего один цветок, но какой удивительный! Цветок оранжа. Я читала в пансионе о таких вещах, но не рассчитывала даже увидеть.

Эти цветы созданы одновременно природой и руками мастеров. Сначала надо вырастить растение, много лет дожидаться его цветения, потом вымачивать цветок в особых, тщательно скрываемых, зельях, и тогда цветок становится вечным! Его можно приколоть к платью, можно укрепить в волосах. Он никогда не завянет, его лепестки такие же нежные и мягкие, как у только что сорванного с ветки, даже аромат сохраняется. Он не умирает, а его жизнь словно замирает и радует долгие-долгие годы...

Роуз поставила коробочку передо мной.

Тонкий аромат окружил и заставил губы расплыться в улыбке...

Только утром я доказывала сама себе - не прощу никогда! Пусть даже на колени встанет. Но сейчас сердце затопило такое щемящее чувство! Нежность, смешанная с благодарностью и ещё чем-то таким, от чего в горле запершило.

- Лорд ушёл? - с трудом выговорила сжатым горлом.

- Он просил встречу в зелёной гостиной.

- Воротничок приколи, пожалуйста, - протянула камеристке тонкое кружево.

- Сюда бы брошь.

- Там, у зеркала, посмотри.

Крохотные жемчужины смотрелись на фоне нежного переплетения кружевных цветов замечательно. На сердце стало светло, словно мама обняла и тихо шепнула на ухо:

"Мальчик ошибся, не сердись на него!"

Пригладила выбившийся из причёски волосок, глубоко выдохнула и направилась на встречу.

Лорд Гэртон стоял у окна, задумчиво заложив руки за спину и сцепив пальцы в замок. Едва вошла и закрыла дверь, он резко повернулся и с тревогой всмотрелся в мои глаза.

Несколько широких шагов и моей руки касаются его губы...

- Простите меня за вчерашнее недоразумение. Простите...

Его глубокий голос с лёгкой хрипотцой выдал волнение мужчины.

Мне захотелось вдруг коснуться его тёмных волос. Погладить по голове... А лучше просто коснуться губами склонённого лба.

- Благодарю за удивительный подарок, - проговорила чуть слышно.

- Вы приняли его?

- Да. Я уже не сержусь. Да и вчера, кажется, разозлилась совершенно напрасно.

- Знаете, сегодня батюшка устроил нам с братом хорошую выволочку - вчера мы повели себя не слишком хорошо. А потом задержал меня и сказал одну фразу, которую я теперь забыть не смогу...

Он замолчал вдруг и чуть сжал мои пальцы.

- Что же сказал его светлость? - поторопила я с любопытством.

- Он сказал надо радоваться, когда женщина высказывает своё недовольство сразу, а не плачет украдкой от обиды так, что ты об этом не всегда даже узнаёшь.

Улыбка проступила на губах и я спросила лишь одно:

- Герцогиня?

- О да. Она никогда не ссорится с батюшкой, но иногда видно - его слова или действие задели её. Ему приходится труднее. Мне повезло - вы высказываете своё недовольство сразу...

- О да, - хмыкнула, чувствуя - настроение поднимается, - вам очень повезло... Только я в этом не уверена. Знаете, мои родители вообще не ссорились. А мы пожениться не успели, я уже устроила скандал.

Гэртон хмыкнул в ответ.

- Признаю - скандал был обоснован. Понимаете, всё это время я переживал - как отнесутся к вам в свете. Языки у знатной публики ядовитые. Вот и вскипел - я переживаю, а вы... Вместо того, чтобы сказать, насколько вы прекрасны, я повёл себя как неуверенный в себе мальчишка. Но, увы, наверное, я так и буду себя вести дальше, до тех пор, пока мы не поженимся.

- Значит, ссор будет ещё много, - уже открыто рассмеялась я. - Поженимся мы не скоро.

- Может быть, скромное бракосочетание в храме? - состроил смешную просящую мину лорд.

Смешная гримаса не скрыла напряжения в глазах, смотревших на меня.

На миг задумалась и решилась:

- А неприличным предварять свадьбу кронпринца не будет?

Лорд вскинулся, словно я одарила его всеми благами мира:

- Нет, не будет. Так вы согласны?

- Сразу после храма Оракула. В любой названный вами день. Обещаю.

- И на бал во дворец отправитесь под моим присмотром?

- Вы мой кавалер. Только учтите - танцую я на уровне пансиона. С кавалером в жизни не танцевала и предпочла бы начать где-нибудь в другом месте, а не во дворце.

- У вас есть такая возможность, - Гэртон прижал мою ладошку к губам. - Полутраур отличное оправдание, а мне не придётся отгонять от вас кавалеров!

Мы дружно рассмеялись.

- Рад, что вы помирились, - раздался от двери голос его светлости. - Мне жаль прерывать вашу беседу, но тебя, Гэртон, ждут дела.

Ещё раз коснувшись моей руки губами, жених вышел, обещав вернуться к ужину.

- Я действительно рад, что вы помирились, - тихо проговорил