Тайна опозоренной жены - Кария Гросс

Адриану, бросаясь следом. Сердце вздрагивало при мысли, а я пыталась угадать.

Толкнув дверь, я увидела, как в комнате собрались все. При виде меня, все тут же повернулись и расступились. Матушка Адриана сидела и в кресле, бледная как смерть. Роза и Анна стояли возле кровати.

— Что там? — прошептала я, боясь увидеть дворецкого, но увидела тетушку Мэйбл.

— Как она здесь очутилась? — удивленно спросила я, понимая, что тетушка очень плохо выглядит. Вот прямо так плохо, как только можно!

Мой взгляд скользнул по ней, а внутри все поджалось.

— Мы поздно вытащили ее из огня, — послышался тихий голос Анны.

— Она приехала нас предупредить… — выдохнула уставшим голосом мать Адриана. Завидев сына, она тут же ожила и бросилась к нему со слезами.

— Эльвина, — послышался слабый голос тетушки. Она открыла глаза на обоженом лице.

— Мы услышали грохот… Потом начался пожар… Вроде бы, все выбежали, а кто мог принялся тушить… Но тетушка Мэйбл решила вернуться…, — едва слышно прошептала Роза. — Она бросилась в огонь, а мы пытались ее остановить…

— Тетушка, — прошептала я, понимая, что тетушка очень плоха. Я тут же бросила взгляд на всех присутствующих. — Почему вы не позвали доктора! Стоите здесь и ждете чего-то вместо того, чтобы позвать доктора!

— Докторов нет… Ни одного в округе… Мы пытались найти хоть лекаря, хоть целителей… — слышала я тихий шелест голоса Розы. — Но очень много жертв. Они все заняты и… Никто не согласился прийти… Я вспомнила про зелья, дала ей несколько, чтобы облегчить боль, а то она ужасно кричала…

Эти слова поскребли душу.

— Эльвина… — прокашлялась тетушка Мэйбл, жестом прося меня склониться к ней. — Я всегда была никчемной… И умираю никчемной… А так хотелось сделать в своей жизни хоть… кхе… что-нибудь значимое… Полезное… Но, видимо, не суждено…

Мне было искренне жаль тетушку Мэйбл. Сейчас, глядя на нее, я понимала, что не держу на нее зла.

— Вы зачем в огонь бросились? — шепотом спросила я, глядя на старушку.

— За мужем, — выдохнула она.

— В смысле? — обалдела я, глядя на ее худую руку, покрытую черной копотью. Она сдвинула ее, а я увидела медальон с портретом.

— Я так разволновалась, что уронила его, когда начался пожар… — прошептала тетушка. — А потом опомнилась и… бросилась за ним…

С портрета на меня смотрел Аскель в роскошном костюме. Стеклышко на портрете лопнуло, но я его узнала.

— Мне кажется, этого того не стоило! — ответила я, видя в каком состоянии находится тетушка.

— Не тебе судить, — прокашлялась она, перебирая цепочку.

— Ну можно было заказать новый портрет! — выдохнула я, видя, как руки жадно сжимают этот.

— Нельзя. Этот портрет он подарил мне на помолвку. А я подарила ему свой. У нас в семье есть такая традиция, — заметила тетушка Мэйбл очень слабым голосом. — Он мало подарков мне дарил. Пожалуй, это был его единственный подарок…

— Не переживайте, вы скоро поправитесь, — закивала я. — Сейчас я съезжу за доктором Морганом. Он вам обязательно поможет… Я могу позвать Аскеля…

— Нет, — испугалась тетушка Мэйбл. — Я не хочу, чтобы он видел меня такой старой… Я же выгляжу ужасно… Нет! Не надо! Я запрещаю! Я старуха… О, боги… Только не надо… Пообещай…

Я выбежала из комнаты, осмотрелась и бросилась вниз по лестнице. В доме отчетливо пахло гарью, а у меня от этого запаха кружилась голова.

Не помня себя, я вылетела на улицу, видя, что улица еще тлеет. Несколько магов тушили огонь, а я осмотрелась по сторонам, кашляя от едкого дыма.

— Давай я притащу доктора! — послышался голос Адриана, а он подхватил меня и мы взмыли вверх, несясь ко дворцу.

— Где доктор? — закричала я, выбираясь из пасти Адриана. — Доктор Морган.

Кот спорил с Аскелем, который убеждал, что все дела его в Столице завершены, и что он сделал все, что мог…

— Вы не видели доктора Моргана? — спросила я, глядя на Аскеля.

Меня что-то подмывало сказать ему про его жену. Хоть тетушка была против, но я понимала, а вдруг это — последний раз, когда он ее видит… И было бы неправильно, не сказать ему.

— Аскель, — прошептала я, видя, как Адриан бросился за доктором Морганом во дворец. — Там твоя жена…

— Моя жена? — удивился Аскель. — Кэтрин?

— Да, — кивнула я, пытаясь найти слова, чтобы сказать ему, что она очень плохо себя чувствует и ужасно состарилась.

— Где она? — дернулся Аскель. — Говори! Где она!

— Нашел! — послышался голос Адриана. Он вел доктора. — Полетели!

Я прыгнула в пасть, а доктор Морган сел рядом

— Никогда не привыкну вот так вот перемещаться, — заметил он. — Я еще высоты боюсь…. Очень…

— А вы думайте, что он по земле бежит, — ответила я, чтобы утешить бледного доктора. — И быстро перебирает лапками…

— Я фше шлышу, — послышался громкий рев Адриана.

— Ну вот и прилетели! — выдохнула я, видя, как доктор осматривается.

— Он бросился бежать в дом, а я увидела, как на улицу приземляется Аскель с сумкой в руках.

Я уже была в коридоре, слыша разговоры слуг. Слуги говорили тихо, а я увидела, как закрывается дверь в комнату тетушки. Роза, Анна и мать Адриана стояли в коридоре.

— Как она? — спросила я полушепотом.

— Очень плохо, — прошептала Роза. И все замолчали.

— Ничего, доктор ей поможет, — кивала я. Мне хотелось в это верить.

— Она здесь? — спросил Аскель, а я поджала губы.

— Ой, не ходите! Там доктор! — прошептала Роза, когда Аскель положил руку на ручку двери.

Мы ждали. Аскель отступил. Мы ждали. Наконец ручка дернулась.

— Сделал все, что мог, но… — заметил доктор Морган. — Увы… Возраст…

Аскель резко дернул дверь и вошел. Он вручил сумку с братом Бенедиктусом мне.

Я зажмурилась. Неприятная ситуация получилась. Правильно, но неприятно.

Неплотно закрытая дверь стала аккуратно приоткрываться, образуя щель, в которую я видела, как Аскель склонился над кроватью, а к нему тянется сморщенная обгоревшая рука.

— Не смотри на меня… — послышался голос тетушки Мэйбл. — Я … я ужасно выгляжу….

— Не говори так, — слышался голос Аскеля. Он прижал ее руку к груди. — Ты все так же красива…

— Ты что? Слепой? Я — старуха, — послышался кашель. — И мне недолго осталось…

— Не надо так говорить, — прошептал Аскель, беря у нее из рук медальон.

— Ты ничуть не изменился, Аскельрад, — вздохнула тетушка Мэйбл. — И я могла бы до сих пор быть молодой и красивой, если бы… у нас тогда все получилось. Но я была ужасно напугана тем, что ты не спешишь консумировать брак. Я была зла на тебя за то, что ты не сводишь глаз с другой. Это так больно смотреть, когда ты