Изгнанная с позором - Нита Вольская
— Замёрзла? — снова активизировался Артур.
— Нет. Просто я не каждый день вижу человеческие останки.
Рассмотрела, что лежали они вовсе не на кровати. Это был топчан, — у него не было спинок. И застелен он был старым тюфяком, набитым соломой. Да и шкафы, которых тут было целых три, сколочены грубо — наверное такую мебель используют бедняки этого мира. А может и они не используют. Хотя… это же тюрьма.
Вот письменный стол не вписывался в эту картину: он был большой и резной. Кажется, выполнен из красного дерева. И кресло перед ним подстать.
Это несоответствие порождало вопросы. Как и родовое кольцо, лежащее среди костей. Такие же носят Артур и Вианель.
Стол был завален бумагами, по центру которых лежала раскрытая толстая тетрадь, исписанная неразборчивым почерком. Пыли на ней было не так уж и много, если сравнивать в тем, что от её владельца остались только кости. Но это могло быть причиной того, что в подземелье всегда влажность выше, чем в наземных помещениях.
Всмотрелась в текст, и поняла, что это не почерк неразборчивый, а язык незнакомый. Перевела вопросительный взгляд на Артура. Тот стоял рядом истуканом. Даже не моргал.
Коснулась его руки. Никакой реакции. Легонько потрясла за кисть.
Мужчина моргнул несколько раз, словно прогоняя видение, и свёл брови к переносице.
— Ты понимаешь, что здесь написано? — спросила с надеждой.
— И да, и нет. — отозвался глухо.
— Это как?
— Я понимаю, что это за язык, но не умею на нём читать.
— И что это за язык?
— Это язык, в существование которого я никогда не верил.
— Драконий? — выдвинула пришедшую на ум версию.
Артур едва заметно кивнул, продолжая пялиться в тетрадь.
— А как ты определил, что это он?
— Я видел книгу с похожими письменами. В том хранилище, что обнаружил Виан.
— Получается, что этот Детервин писал выдуманную историю о драконах? Или, что они…
— …действительно существовали. — закончил за меня Артур.
Глава 82. Рецепты ведьм
Несговариваясь принялись рыться в других бумагах, которыми огромный стол был завален. Попадались старинные свитки; чьи-то дневники, написанные на всё том же неизвестном языке, который мы идентифицировали, как драконий; листы с какими-то формулами и расчётами. Но поскольку мы не понимали, что было написано, то ни на сантиметр не приблизились к разгадке: кто этот узник, и чем он тут занимался?
Сколько провозились — не знаю. Изучили почти всё. Осталась лишь небольшая стопка не то дневников, не то книг, закованных в металлический переплёт. Но, удручённые уже имеющимся опытом, больших надежда мы на них не возлагали. К тому же уже начали давать о себе знать потребности организма.
Покосилась на короб, примостившийся в углу за шкафом. Мы с Артуром его идентифицировали как отхожее место.
Мой догадливый лорд всё понял мгновенно.
— Пожалуй я схожу к двери. Проверю, может её уже открыли. И оставлю там записку. На всякий случай.
С этими словами Артур взял чистый лист и перо, и написал несколько строк. Дал надписи высохнуть, и шустро покинул «помещение».
С его уходом в подземелье как будто стало холоднее. И страшнее. Поспешила в угол. Сдвинула крышку с местного унитаза. Отметила, что ничем канализационным из него не несло. Запаха не было вообще. Поняла, что и в уборной, примыкающей к моей спальне, я тоже никогда не чувствовала никаких запахов. Задумалась о строение местной канализационной и вентиляционной систем.
С такими умными мыслями сделала своё мокрое дело, и заскучала. Хоть следом за Артуром иди. И даже собралась, но потом подумала: вдруг он тоже в каком-нибудь углу нужду справляет. И тут я. Конечно, маловероятно, что лорд станет метить углы, но всё же решила подождать. А чтобы время не так долго тянулось, приступила к разбору последней стопки.
Некоторые из тетрадей оказались закрытыми на замысловатые замки. И как я не пыталась их открыть, ничего не вышло. Остальные хранили свою тайну посредством незнакомых букв. Осталась самая нижняя и самая ветхая тетрадь.
Острожно взяла её в руки. Рассмотрела. Она отличалась от всех предыдущих своей неопрятностью: вся обложка была в каких-то пятнах. Да и переплёт совсем простой. И, к счастью, — без запоров.
Сдула с тетради вековую пыль и раскрыла. Пробежала глазами по строчкам.
— Это что за записки сумасшедшего? — озвучила мысли вслух.
— Что-то нашла? — раздалось от лестницы, и я на время забыла про странное чтиво.
Он вернулся! А вместе с ним и — тепло в душе.
Отложила тетрадь и поспешила навстречу Артуру. Мы словно вечность не виделись. Грёб. Обняла его в ответ. Замерла на груди.
— Как там? Есть какие-то новости?
— Всё без изменений. Но это не значит, что нас не ищут.
— Главное, чтобы вообще нашли. Ведь книга, открывающая вход в подземелье, слишком неприметная. — вздохнула.
— Если потребуется, Дарий все стены по камешку переберёт. Не переживай.
А я и не переживала. Рядом с ним даже это заточение вызывало не страх, а лишь сожаление.
— Ты что-то нашла?
— Угу. В одной тетради текст вполне читаемый. Правда, немного странный.
Артур чуть меня отстранил, заглянул в глаза.
— И что там?
— Лучше сам посмотри. — неохотно разомкнула руки и выбралась из его объятий. Но не совсем — Артур быстро поймал меня за руку и переплёл наши пальцы. Пришлось обходиться одной рукой. Указала на «замарашку» — внутри тетрадь была тоже изрядно заляпана.
Артур пробежал глазами по строчкам, пролистнул несколько страниц, и посмотрел на меня вопросительно.
— И что же здесь написано?
Удивилась.
— А ты что, сам прочитать не можешь?
— Нет, Ирина, не могу. Этот язык другой, не драконий, но мне он тоже незнаком.
— Ну как же не знаком? Я ведь на нём спокойно читаю.
— Ты уверена?
Прочитала про себя несколько строк один раз, потом второй, и нахмурилась.
— Я понимаю эти слова, но не до конца понимаю их смысл.
— Это как?
— Ну вот смотри, — повела пальцем под строчкой, — здесь написано: «Смешать фиарию с циароном в пропорции один к одному…» Я не знаю, что такое фиария и циарон…
— Зато я, кажется, знаю. — на лице Артура проступила эмоция, которую мне
