Надежда Башлакова - Мифическая Средневековия

Близость с природой научила Маду передвигаться совершенно бесшумно, поэтому женщина по-прежнему не замечала её приближения, пока та не остановилась у неё за спиной. Незнакомка занималась бесполезным, по мнению Мады занятием, собирала какие-то чёрные камни в большую плетеную корзину.

— Простите.

Та испуганно встрепенулась и с опаской посмотрела на незаметно подкравшуюся к ней девушку.

Мада возликовала. Не было никаких сомнений в том, что перед ней стояла, самая что ни на есть обыкновенная человеческая женщина.

— Человек, слава Создателю. — Она вознесла руки к небесам. Истерзанные нервы девушки не выдержал, и она сорвалась. Дрожащая рука прижалась тыльной стороной ладони к бледным губам. Слёзы рекой хлынули из глаз, омывая душевной влагой измождённое лицо, постепенно превращаясь в грязные потоки, смывая грязь и пыль после многочисленных падений.

Женщина, увидев реакцию незнакомки, несколько успокоилась, и в глазах её зажглось любопытство. Взгляд подозрительно скользил по полуобнажённому телу Мады.

— Вы человек, вы мне поможете, — девушка сделала несколько неуверенных шагов, подойдя ближе.

— Кто вы? — Наяра, а это была именно она, всё же отступила насторожено. Годы постоянного ожидания жестокого наказания или даже может быть смерти, не могли затмить годовалое перемирие, тем более что не все были с ним согласны. До сих пор ещё встречались и те, кто открыто или исподтишка выражал протест против мира народов и выступал против запрета расовых дискриминаций. То тут, то там находили кого-нибудь избитого или уже потерявшего жизнь навсегда. Особо опасной эта ситуация была для полукровок и их родителей. Именно этого и опасалась Наяра, ведь её дети были полукровками, а она женой драка. Их образ жизни даже сейчас не очень-то разделялся на жизнь до и после великого сражения. Наяра по-прежнему боялась любых незнакомых людей или драков, а также других живых существ. У них был свой круг общения, и они вместе обучали и переучивали драконов и их отпрысков. Всё же чужаки были опасны, и лучше было их избегать.

— Меня зовут Мада и мне нужна ваша помощь.

— У вас странная одежда. — После непродолжительного молчания ответила Наяра, окидывая любопытный взглядом скупой наряд из зеленных листьев.

— Что вы, это обычная одежда. Удобная, простая и не требующая животных жертв. — В ответ она окинула взглядом одежду собеседницы. — Но, пожалуйста, поймите, вы должны мне помочь. Грядёт катастрофа, грозящая гибелью множеству миров. Мне нужно как можно скорее попасть в… в Медгард, замок Медгард. Так называется это место, — и добавила менее уверено, — кажется.

— Так вы направляетесь к Медену? — Удивлённо протянула Наяра.

— Честно говоря, не совсем, а точнее я с ним даже не знакома. Мне нужны некие Сэргард и Катарина.

— Но боюсь, что я их не знаю. — Покачала головой женщина. — Я не знаю никого с такими именами. Я вообще редко спускаюсь с гор, здесь мой дом.

— Но полагаю, вы знаете, где находится Медгард, а, насколько мне известно, они находятся именно там. Мне нужно срочно попасть туда. Это вопрос жизни и смерти, уж поверьте мне, я говорю не только о своей смерти и даже не о вашей. Я говорю о полном истреблении целых народов и наций, о смертях массового масштаба, о вымирании всех существующих миров.

— Давайте подымимся к нам. — Предложила Наяра. — Скоро вернётся мой муж. Вы с ним всё обсудите, объясните ему сложившуюся ситуацию, и возможно он отвезёт вас в Граден, а то и сам Медгард.

— Отвезёт?

— Да, на драконе. Так вы доберётесь гораздо быстрее, чем пешком.

— На драконе. Ага. — Задумчиво пробормотала Мада. Это было новое для неё слово и её не очень-то интересовало его значение. Здесь в этом чудовищном мире было очень много нового и необычного, но когда она вернётся домой, всё возвратится на круги своя, жизнь вольётся в старое русло, и будет протекать по-прежнему спокойно и не торопливо. Только это и утешало её во всех злоключениях.

— Я согласна, я зайду в ваш дом и подожду вашего мужа. Спасибо.

— Что ж, пошлите. — Наяра поманила незнакомку за собой и, подняв корзину, стала взбираться ещё выше.

— Ах да, чуть не забыла. — Она резко остановилась и повернулась, продолжая держаться за небольшой выступ в скале. Так она и стояла, зависнув в неустойчивом положении при подъёме. Её гибкости и умению могла позавидовать любая воздушная гимнастка. — Мой муж и дети…, — добавила она, — … не совсем обычные люди, поэтому не пугайтесь и не удивляйтесь, когда их увидите. Тем более раз вы не из наших мест, — она ещё раз окинула любопытным взглядом одежду Мады. — Вам это может показаться несколько… необычным. Поэтому я и сочла своим долгом вас предупредить.

— Что вы подразумеваете под словами "не совсем обычные люди"?

— Скоро вы всё увидите сами и поймёте. — Наяра уже снова взбиралась вверх. Вот она уже достигла своей цели и, пройдя между двумя большими валунами по мелкому гравию, повернула направо. — Просто не удивляйтесь и всё.

На этой "оптимистической ноте" разговор был закончен.

— О, Господи, Сэргард, — в ужасе выкрикнула Катарина, сжимая своё распятие, — как ты можешь? Это всего лишь маленькие беззащитные зайчатки.

Она указала на два съёжившихся комочка под кустом, которые вытаращили на них свои круглые испуганные глазёнки.

Прошло всего несколько дней с тех пор, как у Катарины прошла горячка, и она уже почти полностью поправилась, но это была первая ночь её пребывания на улице с самого начала её недомогания.

— Это всего лишь еда Катарина, живая еда и ничего больше.

— Как ты можешь? Они же совсем беспомощные крошки и не могут постоять за себя. Огромный, сильный дядька-волк хочет слопать беззащитных малышей. Стыд тебе и позор. А если бы ты был на их месте.

— Да ну тебя, Катарина, ты всегда умела испортить мне аппетит. И, слава, Ночи, я не на их месте. — Беззлобно сказал человек-оборотень и, развернувшись, пошёл в обратную сторону.

Девушка лукаво подмигнула напуганным зайчатам и украдкой помахала им рукой на прощание, будто они и впрямь могли осознать её жест милосердия.

— Не обижайся, Сэргард. — Она догнала его и примирительно провела ладонью по жёсткой шерсти на спине. — Просто я не могу позволить своему будущему мужу так бессовестно скушать этих милых крошек. Я бы себе этого никогда не простила. — Она и не пыталась скрыть озорной улыбки, увидев удивлённое выражение морды его лица.

Сэргард застыл на месте, бровь мгновенно взметнулась вверх.

— Мужа? Будущего? — Он недоверчиво повернулся. — Значит, ты всё-таки приняла сделанное мной тогда предложение? Ты согласна стать моей женой? — Последний его вопрос был насквозь пропитан надеждой.