Арон. Бывший для истинной - Ника Горская
Отключаю освещение и тоже ложусь.
— Спокойной ночи. — на грани слышимости говорит Рада.
Хочется усмехнуться, но я этого не делаю. Мои мысли по поводу спокойствия этой ночи останутся со мной.
— Сладких снов, Пламя.
Рада засыпает практически сразу, а я долго лежу без сна, думая о том куда катится моя жизнь и как я мог так глупо упустить управление ею.
Через час моих безрезультатных попыток уснуть я попадаю в свой персональный ад…
Рада во сне отпускает контроль. Она постепенно сокращает дистанцию между нами, до тех пор пока не прижимается к моему боку всем своим телом.
Я бесстыдно пользуюсь моментом и обнимаю её.
Зарываюсь носом в рыжие волосы и дышу ею…
Тело пробивает электрическим разрядом. Меня внутренне трясёт на полную.
Я одновременно в раю и в преисподней.
Замираю в моменте…
Сильнее прижимаю её к себе и прикрываю глаза снова пытаясь уснуть.
Но Рада жестока по отношению ко мне даже во сне…
Мир вокруг начинает раскачиваться, сужаясь в одну точку, когда она закидывает на меня ногу. Я бедром ощущаю её горячую промежность…
Но ей мало клокочущей в моей душе агонии…
Девочка начинает тереться об меня…
Сцепляю зубы так сильно что, кажется, вот-вот раскрошу их.
Её тихий стон препарирует меня…
Что же ты со мной делаешь, девочка моя…
— Арон… — всё так же во сне шепчет она.
Интересно, были уже случаи смерти от сексуального перевозбуждения или я буду первым?
Все мои рецепторы сейчас нацелены на Раду. Я физически ощущаю её сонную взволнованность. Дышит прерывисто.
Стонет… как же сладко она стонет…
Выгибается, теснее прижимаясь к моему бедру.
Моя девочка в поиске удовольствия.
Кто я такой чтобы это игнорировать?
Всё для тебя, моя королева…
Осторожно переворачиваю её на спину. Пользуюсь моментом, прижимаюсь своими губами к её.
Провожу по ним языком…
Торможу себя.
Подтягиваю вверх пижаму, оголяя Раду до талии. В комнате темно, но я всё равно вижу, что на ней нет белья.
Сердце сбоит, на максималке ударяясь о рёбра.
Опускаю руку на её талию и медленно веду ниже. Замираю, накрывая ладонью круглый живот.
Прости меня, Пламя… Знаю, что ты против этого. Не позволяешь мне прикоснуться к нашему малышу, но удержаться нет никаких сил.
Через несколько секунд опускаю руку ещё ниже, просовывая ладонь между её ног.
С трудом себя контролирую, когда пальцами касаюсь неимоверно мокрых складок. Ныряю одним в жаркую глубину, отыскивая клитор. Кружу по нему, массирую. Рада реагирует мгновенно. Дергается, вертит головой будто отрицает происходящее.
Самому хочется в голос застонать…
Или потерять сознание, к чему я кажется уже довольно близок…
— Арон?
Рада замирает, давая мне понять, что больше не спит.
— Тихо, не думай ни о чём. — тут же говорю я. — Просто расслабься.
Раздумывает какое-то время. Мне уже кажется, что оттолкнёт, но она принимает…
Раздвигает ноги открывая мне больший доступ.
Усиливаю напор на клитор, понимая, что ей это сейчас нужно. Движение пальцев теряют осторожность, становясь порывистыми. Я уверенно веду её к удовольствию…
— Арон. — её стон на пике словно контрольный выстрел, прямо в мою голову.
Рада содрогается с моим именем на губах…
Когда успокаивается, целую её в висок и отодвигаюсь в сторону.
Оба молчим.
Я сам не знаю хочу ли я от неё сейчас что-то услышать или нет…
Но всё равно душу рвёт разочарование, когда она отворачивается от меня и через некоторое время засыпает…
Рада
Две недели спустя…
Опускаю руку на живот и медленно поглаживаю его. Малыш у нас довольно спокойный. Ведёт себя очень сдержанно, но на мои прикосновения всегда реагирует, пиная меня.
Улыбаюсь.
Интересно, а на прикосновения своего отца он тоже будет реагировать так?
Вздыхаю…
Наши отношения с Ароном будто замерли в одной точке. И это так странно…
Я безумно его люблю.
И, кажется, с каждым днём мои чувства к нему лишь усиливаются, оттого что он дал мне время осознать.
Я не знаю можно ли утверждать, что я простила его. Но я больше не испытываю адскую боль прокручивая будто на повторе воспоминания того ужасного периода нашей жизни…
Я задвинула их в самую глубь своего сознания, потому что поняла, что без него я больше не могу представить своё будущее…
Первое время я пыталась представить свою жизнь, в которой я ушла от него, не найдя в себе силы простить…
Было больно… очень…
И тогда я решила, что мне просто нужно время. Но с каждым днём меня всё сильнее стало тянуть к мужу. Не только душой, но и телом…
Память тут же возвращает меня в ночь, которую мы провели в доме матери Арона. Наверное, именно на утро после неё я поняла, что бегу не от него, а сама от себя.
Какой в этом смысл?
Ведь я и так уже знаю, что по собственной воле не смогу расстаться с ним.
А тогда зачем всё это?
Но я была бы не я если бы сразу призналась себе в своей личной капитуляции.
Мне для этого ещё две недели понадобилось.
И вот сейчас смотрю в окно наблюдая как Арон выходит из автомобиля и идёт в сторону дома, и думаю о том, что время пришло… я готова…
Я знаю, что наши отношения уже никогда не будут прежними.
Они будут лучше!
Для любящего человека нет ничего невозможного.
Я это теперь точно знаю.
— Привет. — здоровается со мной Арон, как только входит в гостиную — Как ты?
Смотрю в любимые глаза и вижу в них себя…
Я не знаю, что нас с ним ждёт впереди. Возможно, мы совершим ещё кучу ошибок. Я просто хочу быть счастлива сейчас…
Арон улыбается, глядя на меня, а у меня к горлу ком подкатывает…
Он тут же считывает моё настроение.
— Что-то случилось? — напрягается.
— Арон… — замолкаю не в силах продолжить.
— Ты меня пугаешь, малыш.
Делаю первый шаг к нему, сокращая расстояние. В глазах моего любимого дракона удивление.
Ну да, это впервые после…
Шаг…
И, кажется, я слышу как разбиваются вдребезги невидимые стены, которые я сама возвела между нами.
Ещё шаг…
И меня окатывает чувством безграничного счастья.
Всё у нас получится!
— Рада? — не выдерживает.
— Я люблю тебя. — говорю на надрыве, сбрасывая наконец-таки оковы со своих чувств к этому мужчине.
Он будто до конца не веря в то что всё происходит на самом деле, подходит ко мне, обхватывает ладонями моё лицо и некоторое время вглядывается в мои глаза отыскивая в них истину.
— Девочка моя любимая.
