Игра желаний: Преданность - Хейзел Райли

проблема, он своей рукой отводит в сторону ветку дерева. Она была как раз на уровне моего лица, и если бы я продолжила идти, она бы прилетела мне прямо в лоб.

Он не двигается, выжидая. — Иди, — подгоняет он.

Я тихо благодарю его и иду дальше.

У входа двое дежурных вышибал вежливо приветствуют меня, и тот, что слева, придерживает дверь.

Оказавшись внутри, Тимос становится еще молчаливее, чем обычно — он слишком занят изучением обстановки.

Это приватная зона заведения, а также комната, где проходят мои личные игры. Входной билет стоит тридцать тысяч долларов, но если выиграешь — унесешь домой вдвое больше.

Здесь нет ничего лишнего, только самое необходимое. Белое кожаное кресло у стены и фальшивые греческие колонны, украшенные вьющимся плющом и розовыми пластиковыми цветочками, которые светятся. По бокам комнаты стоят два дивана под стать креслу и небольшой барный уголок — на этом всё.

— Что это за место?

— Зал для моих игр, — отвечаю я. Снимаю атласный халат и бросаю его на диван. — По правилам, я должна заставить признать…

Тимос меня не слушает. Его карие глаза несколько раз сканируют мою фигуру с головы до ног. Он прищуривается, будто его что-то ослепило. На мне платье, расшитое стразами Swarovski, и оно действительно может немного сиять.

Тимос подносит ладонь ко лбу, над глазами, будто защищаясь от солнца. — Боже правый, ты просто слепящий диско-шар.

Иногда он отбрасывает образ угрюмого типа, чтобы отпустить шуточку, и мне начинает казаться, что, может, он не такой уж козел, каким хочет казаться.

Я игнорирую его подколку. — Располагайся где хочешь. Если только не предпочтешь прогуляться по клубу, пока я готовлюсь.

— И речи быть не может. Убийца может быть здесь. — Он опускается на диван, при этом спина его остается идеально прямой.

— Уверен? — Я провожу руками по волосам, которые рассыпаются по спине длинными свободными волнами. — Мои танцовщицы очень красивы. Ты мог бы…

— Мне не интересно.

— Танцов…

— Танцоры тем более, — опережает он меня с досадой. — Мне нравятся женщины.

— Тогда почему бы тебе не пойти…

— Афродита. — Опять эта волынка. Видать, придется привыкать. — Я здесь, чтобы работать, как и ты. Хватит тратить время впустую.

Я понимаю, что по сути он прав, но почему он не может выражаться вежливо, не ведя себя как законченный подонок? Я шепчу «пошел к черту» одними губами и направляюсь к двери.

— Это уже второй раз за сегодня, когда ты бормочешь оскорбления под нос. И второй раз, когда я делаю вид, что ничего не слышу, и не делаю тебе замечаний. — Голос Тимоса у меня за спиной остер как бритва; я замираю на месте, сжав пальцами дверную ручку. — Если хочешь мне что-то сказать, делай это хотя бы вслух. Я бы это оценил.

Я считаю до десяти — ровно столько нужно, чтобы выкинуть его из головы и войти в образ, который я играю в своем клубе. Я натягиваю на лицо широкую улыбку и распахиваю дверь.

Здесь, снаружи, уже стоит очередь. Пьяные мужчины и женщины ждут возможности купить входной билет и получить пять минут наедине со мной.

Не хватает лишь одного человека, чтобы мы могли начать.

И этот человек как раз пробирается сквозь толпу с цветным коктейлем в руке. Он допивает его одним глотком, оставляет бокал на барной стойке и ускоряет шаг.

В нескольких метрах от очереди он машет рукой в воздухе, будто я могла его не заметить в этом фуксиевом костюме. Пиджак распахнут прямо на голое худощавое тело.

— Купидон здесь, леди и джентльмены! — кричит он, обращаясь к толпе разгоряченных клиентов.

Купидон — латинское имя Эроса.

Эрос — мой лучший друг. Парню двадцать шесть лет, он невысокого роста, с очень светлыми волосами и лицом пятнадцатилетнего подростка. Дерзкий и чересчур прямой, он один из тех людей, кому я доверяю больше всего на свете.

Помимо этого, он еще и сотрудник моих родителей. Из тех особенных сотрудников, что отказались от имен, данных при рождении, и решили стать частью грандиозного шоу, которое Кронос Лайвли ставит на этом острове.

Эрос должен был стать частью семьи. Его тоже нашли в приюте и подвергли испытанию в Лабиринте Минотавра — игре, которая помогает родителям понять, того ли ребенка они усыновляют.

Он вошел в лабиринт и дошел лишь до половины, после чего сбежал обратно, отказавшись от игры. Мой отец всё равно был впечатлен и предложил ему работу на Олимпе. Так происходит с теми, кто не прошел испытание лабиринтом, но всё же продемонстрировал зачатки интеллекта. И, прежде всего, с теми, кто выжил.

Я, Гермес и Эрос провели вместе много летних сезонов и пережили немало пьянок в этом клубе. Эрос — второй кровный брат, которого у меня не было, и я уверена, что для Герма он значит то же самое.

Эрос обнимает меня за плечи и целует в лоб, с силой вжимая губы в мою кожу — просто чтобы позлить.

— А вот и они, сегодняшние неудачники, — бормочет он, изучая людей в очереди у входа в приватную зону.

Его глаза блестят. Я всегда думала, что именно таким сыном мой отец гордился бы больше всего. Эрос живет ради того, чтобы видеть, как люди унижаются, и еще больше он обожает смеяться им в лицо, когда это происходит.

— Скольких примешь сегодня? — продолжает он.

— Минимум, установленный отцом. Пятерых. Я хочу сегодня развлечься и потанцевать в зале.

Он задумчиво кивает. — Я постараюсь выбрать самых худших, так будет веселее. — Его рука непроизвольно тянется к подкладке пиджака, где в потайном кармане спрятан нож.

— Дай мне пару минут, выпью разогревочный коктейль и вернусь, — предупреждаю я его.

Он рассеянно кивает, слишком занятый тем, что кружит вокруг клиентов, словно лев, изучающий добычу.

Я спешу к барной стойке, и, несмотря на толпу людей, ждущих свои заказы, Имерос, бармен «Сада наслаждений», мгновенно замечает меня и жестом велит всем расступиться.

В греческой мифологии Афродита была не единственной богиней, связанной с любовью. Имерос входит в младшую группу божеств, называемых «Эротами», и он воплощает безумное сексуальное желание, сопутствующее любви.

— Добрый вечер, шефиня, — приветствует Имерос, ослепительно улыбаясь. Его темная кожа лоснится от масла, а черные глаза подведены ярко-синим кайалом. — Как всё прошло? Где тот таинственный тип, с которым ты сегодня приехала, если верить слухам?

Он начинает готовить мой напиток, даже не глядя на то, что делает — настолько привык к моему обычному заказу: смесь персиковой водки и малинового сока. Это мой фаворит и мой персональный коктейль. Он носит