Заключённыий волк - Каролайн Пекхам

не вспомнить, как он меня поцеловал. Не то чтобы он намекал мне на то, что собирается сделать это снова.

Он протянул руку и откинул мои волосы назад за плечо, а затем наклонился и грубым голосом сказал мне на ухо.

— Спорим, ты не станешь петь перед всеми в Столовой.

Я прыснула со смеху и повернула голову, чтобы посмотреть на него. Пространства между нами почти не существовало, а по моей коже пробегали электрические разряды.

— Я не могу удерживать ритм, — предупредила я его.

— Еще лучше. И никакого жульничества, — добавил он. — Я хочу, чтобы ты выступила как следует.

Я ухмыльнулся и вздернула подбородок в ответ на вызов.

— Ладно, Львенок, посмотрим, что я смогу сделать.

Я прошмыгнула мимо него и вышла из камеры как раз в тот момент, когда прозвенел колокол, возвещающий о завтраке.

Роари пристроился рядом со мной, и мы направились к лестнице.

От гулких шагов металлические ступени за спиной зазвенели, и я поняла, что Пудинг следует за нами.

— Доброе утро, Пудинг, — сказала я, повернув голову, чтобы посмотреть на своего громоздкого друга.

— Никакого пудинга на завтрак, — пробормотал он, опуская брови.

— Это точно, — согласилась я, обменявшись ухмылкой с Роари. — Но тем не менее приятно набить брюхо, верно?

— Нет пудинга — нет горшочка, — проворчал он, отвернувшись от нас и закончив разговор.

Если честно, овсянка, которую мы получали на завтрак, была не слишком привлекательной, но я уже начала к ней привыкать. Обычно к ней прилагались маленькие баночки с медом, чтобы подсластить ее, что делало ее немного лучше.

Когда мы спустились по лестнице, я заметила, что Гастингс дежурит, и ускользнула от Роари, направившись к нему.

— Buongiorno, ragazzo del coro, — промурлыкала я, покачивая бедрами, становясь напротив него. Доброе утро, маленький хорист.

— Почему мне всегда кажется, что ты дразнишь меня, когда говоришь на фаэтанском? — спросил он, его губы подергивались в полуулыбке.

— Это ласковое обращение, — пообещала я, рисуя крест на своем сердце. — Ты проведешь нас сегодня на завтрак?

— Э-э, ага, я как раз собираюсь на завтрак.

— Отлично, — я протянула руку и аккуратно ухватилась за его предплечье, чтобы он пошел со мной.

— Это не совсем уместно для…

— Когда ты успеваешь поесть? — спросила я, глядя на него с невинным выражением лица. — Вам, должно быть, требуется много выносливости… для такой работы.

Слабый румянец залил его щеки, и он прочистил горло, когда мы начали подниматься по лестнице в столовую.

— Ну, я встаю рано, так что…

— Держу пари, у вас еда намного вкуснее, чем у нас, не так ли? — поддразнила я.

— У нас немного больше выбора, — признал он. — Я люблю есть фрукты с овсянкой.

Я застонала от желания, прислонившись к нему еще ближе, когда мы продолжали подниматься по лестнице.

— Чего бы я только не отдала, чтобы получить яблоко с завтраком.

— Ну, я не преступник, — ответил он с улыбкой, когда мы добрались до Столовой.

— Ага. Думаю, это то, что я получаю за то, что плохо себя веду, — я надулась на него, когда его взгляд скользнул по мне, затем отпустила свою руку и резко вздохнула.

Не дожидаясь ответа, я повернулась и ушла от него, взяв со стойки свою миску с овсянкой и опустившись в центре привычного для моей стаи стола.

Я принялась завтракать в одиночестве, ожидая прибытия членов других камер и появления моей стаи.

Гастингс медленно оглядел комнату, прежде чем направиться на кухню, и мои губы дрогнули от удовольствия.

Первым из блока Б появился Син. Он прихватил себе три миски овсянки и шесть баночек меда, и никто не посмел сделать ему замечание, когда он прошел через всю комнату и опустился за стол, который присвоил себе.

Он начал есть как одержимый, и я невольно улыбнулась, наблюдая за ним. Он снова завязал комбинезон на талии, так что мне были хорошо видны его огромные руки, темная кожа, покрытая татуировками, которых было не сосчитать. Может, он и сам выбрал себе такое имя, но было в нем что-то такое, что идеально подчеркивало его. И не только потому, что он был Инкубом. Все в нем казалось созданным для того, чтобы заманить меня. Он был воплощением соблазна, от его мощного телосложения до опасной улыбки, играющей на его губах, и лукавого блеска в глазах. Даже страх, который он внушал окружавшим его фейри, заставлял мою кожу трепетать от возбуждения. Что-то в нем кричало о свободе, хотя он был заперт, как и все мы.

Гастингс снова появился из кухни и непринужденно пошел вдоль комнаты. Дойдя до моего стола, он повернулся и пошел вдоль него, пока не дошел до меня, после чего склонился и положил яблоко рядом с моей миской.

Син поднял голову как раз в тот момент, когда охранник снова ушел, и его улыбка была такой горячей, что я почувствовала ее до самого своего ядра.

— Я думал, что именно я должен воплощать желания каждого? — поддразнил он, когда я с ухмылкой на лице откусила от подарка.

— Так и есть, — заверила я его, скользя взглядом по его мускулистому телу, как раз когда появилась моя стая.

Они столпились вокруг меня, закрывая мне вид на Инкуба, и я приветствовала их и улыбалась, когда они проводили ладонями по моим рукам и спине, а я продолжала есть свое яблоко.

Зал заполнился вокруг меня, и я подождала, пока все столы не будут заняты, прежде чем внезапно подняться на ноги.

Моя стая в замешательстве огляделась вокруг, когда я запрыгнула на стол, и я выдержала несколько секунд, пока заключенные по всему залу поворачивались и смотрели в мою сторону, задаваясь вопросом, что я делаю.

Я поймала взгляд Роари и подмигнула ему, после чего обхватила рот руками и начала петь песню It's Raining Men группы The Weather Girls во всю мощь своих легких.

После нескольких секунд потрясенного молчания все члены моей стаи вскочили на ноги и присоединились, танцуя вокруг стола и завывая во время выступления.

Я полностью отдалась песне, прикрыв глаза, и неожиданно сильные руки сомкнулись вокруг моей талии.

Я оглянулась через плечо и увидела, что Син ухмыляется мне, он тоже пел, притягивая мое тело к своему, пока мы танцевали, так что моя задница вжалась в его промежность.

Я смеялась, продолжая петь, и охранники начали нервничать, занимая свои позиции по комнате.

Сонни очень обрадовался, когда зазвучал припев, и схватил кувшин с водой со стойки, прежде чем вскочить рядом со мной и облить нас обоих, чтобы убедиться, что мы действительно