Изгой - Карен Линч

бы ему кому-либо рассказать, что мы там были.

– Что за клятва?

– Вы когда-нибудь слышали о Белой клятве? – Николас с Крисом замотали головами, и я объяснила им суть клятвы. – Реми меня научил.

Они оба посмотрели на меня с небывалым уважением, и Николас спросил:

– Что ты сделала, чтобы напугать его демона?

Джордан усмехнулась.

– Этот мерзавец связал нас троих, поэтому Сара взяла в заложники его демона, пока он не отпустил нас.

Крис повернулся на сиденье.

– Ты взяла в заложники высшего демона? Эту историю я просто обязан услышать.

– Не то чтобы я в самом деле видела демона. Ориас уже держал его в лампе. Я просто взяла ее и немного потрясла. Демоны действительно не любят магию фейри.

– Полагаю, что так и есть. – Николас не сводил глаз с дороги, поэтому мне было сложно сказать, о чем он думает.

– Кстати, как демон вообще поместился в лампу? – спросила Джордан. Я и сама терялась в догадках.

– Для этого требуется заклинание, наложенное очень хитрым и могущественным колдуном, – пояснил Николас.

– Если Мадлен пользуется его чарами, как тогда Дэвид смог заполучить ее фото в Ванкувере? – сказал Крис себе под нос.

– Ориас говорил, что заклинания действуют всего месяц, потому что очень сильны. Возможно, нам удалось засечь ее, когда чары уже рассеялись. – Это также объясняло и то, почему Мадлен продолжала исчезать у нас из-под носа и мы неделями искали ее след.

Крис кивнул.

– Логично. Будем надеяться, он не успеет наложить новые чары, когда мы ее найдем, иначе все будет зря.

– Это не проблема. Я могу видеть сквозь его магию.

Николас посмотрел на меня через плечо.

– Правда?

– Я могу видеть сквозь все чары. Думала, ты знаешь.

Он приподнял бровь.

– Ты забыла поделиться этим кусочком информации со мной.

Упс.

Джордан наклонилась вперед.

– Она прямо сквозь чары увидела дом Ориаса в Нью-Мексико. Мы ни черта не видели и решили, что она вконец свихнулась, когда заявила, что впереди здание.

Николас покачал головой.

– Сара, когда вернемся домой, у нас будет долгий разговор обо всем, что ты забыла упомянуть.

Мы с Джордан переглянулись. Она лукаво усмехнулась и одними губами произнесла «интимная беседа», что заставило нас обеих рассмеяться. Я услышала, как впереди сидящий Крис сказал:

– Не смотри на меня так. Это ты сказал Тристану, что им можно остаться вместе.

Мы все еще смеялись, когда зазвонил мой телефон.

– Скажи мне, что у тебя что-то есть.

– Возможно, ничего интересного, – ответил Дэвид. – Кельван копает глубже.

– А, может быть, то самое. – Я взглянула на своих друзей, которые наблюдали за мной. – Дэвид, могу я включить громкую связь? Нас здесь только четверо.

Он мгновение колебался.

– Эм, ладно. Итак, вот что мы нашли. За последний год Адель дважды летала в Лас-Вегас частным рейсом. В первый раз она провела там три дня, а в другой – пять.

– Может, она просто любит азартные игры, – предположила Джордан.

– Возможно, – согласился он. – Я знаю только то, что она не останавливалась ни в одном из известных отелей, и, сдается мне, не стала бы арендовать самолет, чтобы жить в дешевом мотеле.

– Верно. – Я старалась сдержать свое волнение. – Где, по-твоему, она остановилась?

– Мы думаем, у нее там есть резиденция. Если кто и сможет ее найти, так это Кельван. От него не скроешься, если он напал на след.

Крис заговорил:

– Сколько времени это займет?

– Думаю, у него новый рекорд, – воскликнул Дэвид.

Я едва могла сделать вздох.

– Он что-то нашел?

Следующие десять секунд Дэвид печатал на клавиатуре, прежде чем ответить.

– Адель владеет роскошной квартирой с видом на бульвар Лас-Вегас-Стрип. Она купила ее три года назад под именем Элизабет Каммингс.

– Почему ты думаешь, что это Адель? – спросил Николас.

– Элизабет Каммингс – одна из ее личностей, которую она использовала до того, как придумала нынешнюю. Суккубы вынуждены создавать новую личность каждые несколько десятилетий, особенно такие деловые женщины, как Адель. В сороковых годах ее звали Элизабет Каммингс.

– Как, черт возьми, вы это выяснили? – встрял Крис. – Даже у нас нет данных такой давности.

Дэвид хихикнул.

– У вас нет, но у демонов свои архивы.

– Вы, ребята, иногда пугаете, вы это знаете? – сказала я. – Серьезно, я очень рада, что вы на моей стороне.

Я знала, что Дэвид улыбается, когда он ответил:

– Мы решили, что гораздо веселее использовать наши способности на благо, а не во вред.

Джордан практически подпрыгивала на своем сиденье.

– Значит, мы едем в Вегас?

Николас с Крисом переглянулись, и между ними произошел какой-то безмолвный разговор. Крис пожал плечами, и Николас вздохнул. Он настроил зеркало заднего вида, чтобы видеть меня.

– Сара, если бы я попросил тебя остаться в доме фейри, пока мы все проверим, ты бы послушалась?

Он ведь это не всерьез!

– А ты как думаешь?

Он нахмурился, и я улыбнулась в ответ. По крайней мере, тут я была честна.

– Крис, позвони и запроси самолет из ЛА, – приказал Николас не слишком радостным голосом.

– Мы на машине доедем быстрее.

Теперь, когда мы вышли на след Мадлен, я не могла просто сидеть и ждать.

– Я ни за что не возьму тебя в Лас-Вегас без пути отступления, – сказал Николас тоном, не терпящим возражений. Но он не бил себя в грудь и не приказывал оставаться дома, что уже было прогрессом.

Из динамика телефона раздался голос Дэвида:

– Раз с этим мы разобрались, я пойду. Пришлю тебе адрес.

– Спасибо, Дэвид. Ты лучший.

– Знаю, я часто это слышу, – пошутил он, прежде чем попрощался и повесил трубку.

Через четыре часа мы прилетели в Лас-Вегас, и у меня открылся рот от удивления, когда я впервые увидела море огней под нами.

– Так ярко.

Николас наклонился вперед, чтобы взглянуть в иллюминатор через мое плечо, и от его близости у меня по коже побежали мурашки. С прошлой ночи в беседке меня не покидали бабочки в животе. Хватало одного малейшего прикосновения, чтобы они снова начинали порхать.

– И опасно, – добавил он низким голосом, его теплое дыхание ласкало мою щеку. – Я, вероятно, выжил из ума, раз согласился взять тебя с собой.

Я повернулась и встретилась с его глазами в нескольких сантиметрах от моих. Поддавшись порыву, быстро поцеловала его в губы.

– Спасибо, что не заставил меня остаться.

Его глаза приобрели тот дымчато-серый оттенок, от которого плавились мои внутренности. По крайней мере, не только на меня влияла наша близость.

– Так, голубки, никаких поцелуев в самолете, – подала голос Джордан с сиденья через проход. – У нас есть работенка, а вы двое глаз друг от друга оторвать