Бог Волков - Вероника Дуглас

class="p">Он поморщился, как будто я царапнула его когтями по лицу. Я не чувствовала ни малейшей вины.

— Мы не предпринимали никаких новых атак через границу, — сказал он.

Я наклонила голову и бросила на него уничтожающий взгляд.

— Но они будут, не так ли? Я слышала шепот, эхом отдающийся в зале. Ты собираешь своих воинов.

Его секундное колебание сказало мне все, что мне нужно было знать.

— Убирайся, — прорычала я.

Он встал, и то, что я увидела в его глазах, застало меня врасплох. Печаль, вина и мучительный стыд.

— Ты думаешь, мне доставляет удовольствие убивать?

Встав, я направилась к двери.

— Это очевидно. Я видела жажду битвы в твоих глазах.

Я рывком распахнула дверь, к удивлению стражника, стоявшего снаружи.

Кейден сжал кулаки, и вина на его лице сменилась яростью.

— Я не буду извиняться за то, что сделал то, что должен был сделать, чтобы защитить свой народ.

Я указала на выход.

— Значит, у тебя вообще нет души.

Он поколебался, а затем, дрожа от разочарования, выбежал вон. Я захлопнула за ним дверь.

Как только он ушел, я начала расхаживать взад-вперед.

Я должна была выбраться. Он никогда не отпустит меня. Его обещания были ложью. Даже если я исцелю его, он, вероятно, никогда не отпустит меня. Я была бы заключенной до конца своей жизни, и мне пришлось бы безучастно наблюдать, как он убивает тысячи невинных.

К черту это.

Где-то между роскошным залом, танцами и пирами я забыла, что была пленницей злобного военачальника. Ублюдка, который убил членов моей стаи и опустошил мой город.

Как я могла так потеряться? Или я просто была сломлена с самого начала?

Я прислонилась лбом к холодной каменной стене и закрыла глаза. Правда заключалась в том, что выбраться отсюда было уже недостаточно. И никогда не было.

Навязчивые видения разрушенной деревни фейри промелькнули в моем сознании. Сбежать было недостаточно.

Я ударила ладонью по стене.

— Мне нужно помешать ему сделать это снова.

Но что я могла поделать?

Я могла бы попытаться намеренно распространить проклятие, ослабив его, насколько это было возможно. Это был несчастный случай на пилонах, но если бы я действительно постаралась…

Мысль о том, что я намеренно причиню боль Кейдену, заставила мои внутренности сжаться. Я ухватилась за кровать, чтобы сохранить равновесие, когда меня охватило головокружение. Мое сердце заныло, и в этот момент я поняла, что никогда не смогу причинить ему боль, как бы сильно я его ни ненавидела.

Я не такая.

Глубоко внутри Кейдена была крупица добра, человек, который защищал свой народ. Я видела ее. Селена и ее люди рассчитывали на то, что он защитит их. Если я распространю проклятие и ослаблю его, ее деревня и все остальные вдоль границы окажутся в опасности.

Тогда что я могла сделать?

Я закрыла глаза, не в силах представить себе ничего, кроме образа его, стоящего среди смерти и разрушений, со светящимся лунным осколком в руке.

Лунный осколок.

Это было решением всего.

Без него Кейден не смог бы совершать набеги на деревни фейри, и потеря этого не помешала бы ему защищать людей по его сторону барьера. Это не остановило бы войну, но, возможно, восстановило бы баланс. Возможно, это помогло бы остановить цикл насилия и репрессий.

Медленно, как тяжелый воздух надвигающейся бури, воцарялась уверенность.

Я должна была украсть лунный осколок. Проблема была в том, как получить его и сбежать?

Меня начала охватывать паника, но я вцепилась в кровать. Я должна решать это шаг за шагом.

Первое, что нужно было сделать, это выяснить, где находится эта чертова штука. Касс всегда носил его в седельной сумке, но Темный Бог назвал его своей самой ценной собственностью — он, вероятно, хранил бы его в сокровищнице.

Будет ли он держать его при себе? В своей комнате?

Я всегда чувствовала его прохладно-теплое присутствие, когда мы катались верхом, даже когда я была далеко от Кейдена. Почувствовала ли я его в комнате, когда приходила исцелять его?

Я закрыла глаза и напрягла свой разум, пытаясь вспомнить каждое ощущение. Комната всегда была наполнена его силой — глубокой вибрацией землетрясения и шелестом ветра в соснах.

Но было ли что-то еще? Еще одно присутствие, тянущее? Я почти чувствовала, как оно щекочет задворки моих воспоминаний, просто вне досягаемости. Когда я исцелила его, возможно ли, что я начала черпать энергию из лунного осколка, спрятанного поблизости?

Может быть. Я не была уверена, но если бы я смогла попасть в его комнату, то, возможно, смогла бы почувствовать его присутствие. Конечно, это было легче сказать, чем сделать. Входная дверь должно быть закрыта и защищена, но, возможно, с его балкона можно было бы пробраться внутрь.

Я была почти уверена, что он ушел. После того, как он вышел из моей комнаты, я слышала, как он спускался по винтовой лестнице на нижние уровни. Не было никакого способа узнать, как долго его не будет, но я могла, по крайней мере, проверить свой план взлома и проникновения.

Я бросилась к ящику и вытащила маленький ключ, который принес мне Рун. Я открыла окно и высунула голову. Башня изгибилась в сторону, но я все еще могла разглядеть выступ его балкона примерно в сотне футов от меня.

Я смогла бы это сделать. Все, что мне нужно было сделать, это взобраться по склону и не разбиться насмерть.

Я была хороша в скалолазание, и в камне было множество трещин, за которые могли зацепится мои когти. Если бы я когда-нибудь попыталась сбежать через окно, мне пришлось бы спускаться гораздо дольше, так что даже если бы с балкона было невозможно попасть внутрь, это была бы хорошая тренировка. И если бы я смогла войти, только судьбам известно, какую полезную информацию я смогла бы найти.

Я наполовину высунулась из окна и не сводила глаз со скалы впереди.

Все, что мне нужно было делать, — это не смотреть вниз.

Или быть пойманной.

51

Кейден

Проведав маленького волчонка, я спустился во внутренний двор, чтобы встретить Мел и Кассом, которые только что вернулись с обхода границы. Я был уверен, что с Ауреном и фейри больше небезопасно разговаривать на публике, поэтому я повел их обратно в свои покои.

По крайней мере, Аурен скоро уедет. Учитывая растущую угрозу со стороны фейри и убийц, я сказал ему закончить свои дела и откланяться. Он был осложнением, которого я не мог себе позволить и которому не полностью доверял.

Как только мы