Большие Надежды (СИ) - Варвара Оськина

из зелёного стекла, внутри которого плескалась прозрачная жидкость, что в лучах вновь скользнувшего к ним в ложу света немедленно заискрилась немыслимой радугой. И это вдруг оказалось так невероятно красиво, что Флор замерла, но Алекс истолковал это по-своему.

— Не бойтесь. У меня нет привычки подсыпать яды в бокалы. — Он скривился, а потом задумчиво добавил: — Да и ядов-то нет. Обычно я справляюсь иначе.

— Вам не кажется, что это звучит немного опасно? — хмыкнула Флор, но бокал забрала и принюхалась.

Пахло странно. Чем-то кисло-сладким, с уже знакомым отзвуком карамели. Однако, когда она уже собралась сделать глоток, её руку вдруг остановили. Флор увидела, как так и не снявший отчего-то перчатки Алекс скользнул большим пальцем вдоль её ладони, почти не коснувшись кожи, и вдруг замер. Его пальцы застыли в миллиметре от края узкого рукава, который украшали те же жёсткие кружева, что и ворот.

— Цветы, — пробормотал он, будто говорил сам с собой. — Забавно. Хотя глупо было ожидать чего-то другого…

— Что? — переспросила растерянная Флор, и Алекс поджал губы, словно ему помешали. Какое-то время он ещё разглядывал заинтересовавший его узор, прежде чем поднял взгляд и посмотрел Флор прямо в глаза. А она вдруг поняла, что сейчас захлебнётся в тех странных и новых эмоциях, которые вдруг резанули где-то в груди и рухнули в ноги. Никто и никогда на неё так не смотрел. И никогда и ни на кого так не смотрела она.

— Полагаю, пришёл мой черёд, — донёсся до неё тихий голос, пока она разглядывала глубоко посаженные глаза и впалые щёки, скривившийся в улыбке тонкий рот и, конечно же, ямочку на выдававшемся вперёд подбородке. Алекс был чертовски красив и некрасив одновременно, а ещё почему-то до ужаса знаком.

— О чём вы? — тем не менее спросила Флор, почти заставив себя слушать, что ей говорили.

— Игра. Вы сделали свой ход, теперь я просто обязан совершить свой. Так будет, как минимум, справедливо.

— Не думаю, что я кому-нибудь интересна, — поджала губы Флор и отвернулась.

Меньше всего она хотела окунаться в реальность, но тут Алекс позволил себе нечто немыслимое, коснувшись её подбородка, и она оглянулась.

— Не интересна? Серьёзно? — он хохотнул и покачал головой. Сцепив за спиной руки, он отступил и посмотрел на неё сверху вниз, прежде чем медленно и чётко проговорил: — Вы самое интересное существо, что я встречал.

Флор замерла, а потом вдруг невоспитанно фыркнула.

— Тогда у вас удивительно скучная жизнь.

— А у вас чертовски дерзкий язык.

— Вы уже начали свой анализ или пока просто констатируете факты?

Алекс громко рассмеялся, отчего внутри Флор что-то радостно сжалось, и тряхнул головой. Длинные русые пряди упали ему на лицо, скрыв опасную ухмылку.

— Откуда вы, чёрт возьми, такая взялись? — спросил он, но тут же поднял руку, останавливая уже открывшую рот Флор. — Нет, не говорите. Я сам.

Он опять чуть склонил голову набок, окинул взглядом и заговорил:

— Вы удивительно нахальны, но никогда не переходите границ. Вам знакомо почтение, но, уверен, большая часть людей в этом зале не вызывает у вас того пиетета, который вы обязаны демонстрировать. Я видел вас на официальной части. И, должен сказать, это опасная черта, но мне нравится, с каким смирением вы осознаёте своё положение. Это достойно уважения, потому что в вас достаточно гордости, чтобы держать голову прямо даже сейчас.

— Я просто пока не понимаю, это оскорбление или же комплимент.

Алекс протянул руку и неожиданно коснулся края зелёных кружев на плече Флор.

— Ни то и ни другое. Просто факт. Вы очень умны. Я бы сказал, опасно умны. Особенно для того идиота, который, наглотавшись самодельного пойла из остатков гнилья, с чего-то решил, будто сможет своим пьяным нахальством взять вашу дерзость. Вы предпочитаете растения живым людям, не привязываетесь, не доверяете, но постоянно о чём-то мечтаете. У вас темперамент учёного, хотя вы прекрасно знаете своё место, и в этом ваша основная проблема. Всё внутри вас хочет и требует большего, но упирается в одну банальную и несправедливую вещь. — Алекс замолчал, а потом медленно провёл по руке Флор, и даже сквозь ткань она ощутила это прикосновение. — Будь всё немного иначе, и цвет вашего платья сегодня был бы светлее и ярче, соответствуя вашему статусу и уму. Возможно, как вот эти цветы. Но вы живорождённая, а ещё нагло соврали мне о своём имени.

Он замолчал, а Флор, что до этого слушала его с ехидной улыбкой, вздрогнула и отшатнулась. Бокал полетел вниз, но Алекс, кажется, был к чему-то такому готов, потому что не глядя легко подхватил зелёную склянку и вложил обратно ей в руку.

— Как вы узнали? — спросила она и подняла испуганный взгляд. Алекс пожал плечами.

— Оно просто вам не подходит.

— Так себе объяснение, — проворчала Флор и машинально сделала глоток, стараясь скрыть неловкость. Она была растеряна и, наверное, впервые за этот вечер напугана, не зная, чего ждать от столь необычного, но явно намеренного откровения. Однако в этот миг неведомый напиток слегка обжёг нёбо, и она закашлялась от удивления. — Что это?!

— Вы никогда не пробовали игристой воды?

— С чего бы? Как вы только что любезно напомнили, я живорождённая. Ну а раз так, то моё место под самой крышей, и знаете, обычно туда не доносят подобных изысков.

Алекс недовольно поморщился.

— Я… не подумал. И не хотел вас обидеть, — вздохнул он, а потом легонько подтолкнул её руку. — Попробуйте ещё. На второй раз эта штука кажется намного приятнее.

Флор с подозрением уставилась в свой бокал, не зная, стоит ли рисковать.

— Вы же понимаете, что будет, если меня обнаружат здесь вот с этим… в руках? — Она слегка качнула фужером и подняла взгляд на Алекса, а тот смотрел на неё спокойно и прямо. — Это не шутки. Мне и правда нельзя.

— А если я скажу, что разрешаю?

— Не думаю, что у вас есть подобное право.

— И всё же? — Теперь Алекс смотрел в упор, и Флор не выдержала. Она отвела взгляд и вздохнула.

— Давайте начистоту. Я понятия не имею, кто вы такой: сам Канцлер, Суприм или попросту сумасшедший. А у меня не то положение, чтобы доверять первому встречному, даже если он приводит меня в индивидуальную ложу, ведёт себя столь любезно, а потом пытается напоить. Правда, я благодарна вам за внимание, но, согласитесь, единственное верное для меня решение будет прямо сейчас вежливо попрощаться и тихо уйти.

Она поджала губы, не зная, как ещё объяснить, и оглянулась в поисках, куда бы поставить бокал, но в