Анастасия Вернер - Артефаки. Часть 1

-- Потому что я повышаю его рейтинг?

-- В том числе. Но ты не думай о нём так плохо, он отличный руководитель, и все стажёры всегда были от него в восторге.

Я скептически задрала бровь.

-- Раз у меня такие высокие показатели, возьмите меня к себе. Вам же лучше будет.

-- Эван мой друг, и когда он попросит тебя не забирать, я ему не откажу.

Мне оставалось только тяжело вздохнуть.

-- Ладно, как хотите. Вы многое потеряли, так и знайте, -- пошутила я. Потом помолчала мгновение, глядя, как на меня смотрят с некоторым снисхождением, а быть может, даже сочувствием. И вздохнула. -- А что мне делать дальше?

-- Дальше? -- Хуан Хи-хи немного удивился, словно никакого "дальше" быть не могло. -- Возьми справку, что ты стажёр "Берлингера". Твои данные сохранились, я думаю. Тебе нужно вновь сделать пропуск, чтобы мы каждый раз не заказывали тебе одноразовый.

-- Это я, что ли, должна этим заниматься? -- разом поникла.

-- До этого мы оформляли потоково на тридцать человек. А сейчас ты одна. Так что да. -- Хуан Хи-хи теперь уже с отчётливым сочувствием потрепал меня по плечу, ненавязчиво сталкивая со стола в сторону выхода. -- Иди в секретариат, а то у них скоро обед.

-- Ладно, спасибо за помощь, -- уныло отозвалась я.

-- Всё будет хорошо, -- обнадёжил он меня. Стало ещё тоскливее, ведь произнесено это было таким тоном, каким когда-то меня поддерживал Карим.

Я спустилась на четырнадцатый этаж и через отдел информации направилась в секретариат. Там сидели несколько довольно крупных женщин, но при этом выглядели они очень даже презентабельно. С красиво уложенными и завитыми причёсками, в строгих костюмах, подчёркивающих пышные формы, но не выделяющих их. У всех были строгие, низкие голоса, которыми можно было перекричать любые метал-группы.

-- У нас технические неполадки, -- прибила одна из них известием.

-- Что?! -- уже чуть не плача взвыла я. -- Да вы издеваетесь?!

-- Девушка, не надо тут орать. Мы все сами в запарке!

Они действительно носились между столами, эффектно задевая их широкими попами.

-- Мы можем дать вам флэшку с образцом справки, распечатайте на другом принтере, -- сказала мне одна из них.

-- Давайте. -- Чувствуя себя эмоционально выжатой, я бессильно подняла вялую руку и приняла чёрненький носитель с информацией.

Ближайший принтер нашёлся в архиве. Именно сюда мы приходили, когда на первой неделе Эван дал нам задание все дела отсюда перевести в электронный вид. Я подошла к белой громадной машине, вставила флэшку в специальный разъём и начала тыкать в кнопки на сенсорном экране.

-- Берлингер! -- раздалось где-то рядом со мной. Голос был смутно знаком.

Я стояла раком в раскоряку, так что пришлось выпрямиться, сдуть упавшую на глаза прядь и посмотреть на Ника Юргеса. А он тут что забыл?

Блондин не утратил надменности во взгляде, насмешки там тоже было хоть отбавляй. Он фальшиво улыбался. В руках у него были какие-то папки.

-- Привет, -- поздоровалась показательно недружелюбно.

Ник сделал вид, что моего тона не заметил. Он вальяжно подошёл ближе и облокотился на принтер, который с виду был похож на стиральную машину.

-- Слышал про твою ситуацию, -- поделился он, в упор глядя на меня.

От этого взгляда стало не по себе.

-- Здорово.

-- Что думаешь делать? -- Он задал вопрос таким тоном, будто мы дружили с детства.

-- В каком смысле?

-- Ну, ты к Эвану хочешь вернуться?

-- А что?

Парень пожал плечами, словно всё это было чистой импровизацией, и он вовсе не планировал говорить следующих слов:

-- Эван -- руководитель явно не для тебя.

Я раздражённо ткнула в кнопку "печатать" и скрестила руки на груди.

-- Поясни.

Ник сделал это с особым удовольствием:

-- Ты не ценишь его усилий. Он вытаскивает вас на заключение сделок, а вы либо опаздываете, либо развлекаетесь, либо вообще крысячите.

"Ты" внезапно стало "вы". Я оценила.

-- Тебе не приходилось с ним работать, так что ты понятия не имеешь, какой он руководитель.

Ник нагнулся ближе и прошептал:

-- Мне интересно, насколько ТЫ хорошо знаешь, какой он руководитель?

-- Слушай, Юргес, хватит делать вид, что ты тут умнее всех, -- раздражённо сказала я, хватая вылезший из принтера листочек. -- Такие намёки тебя не красят. Ты выглядишь, как сплетница на пижамной вечеринке.

Ник недовольно поджал губы.

-- Дэппер слишком волновался из-за твоего ухода.

-- Может, он знал, что я не виновата? -- иронично уточнила.

-- Или вас связывают более тесные отношения.

Я зло вытащила флэшку и в два шага приблизилась к парню. Тот немного напрягся, прижав к себе папки с листами. Мне пришлось приподнять голову, чтобы заглянуть ему в глаза.

-- Если хочешь мне что-то сказать, говори сейчас.

-- Предлагаю тебе по-хорошему перейти к другому руководителю.

Честно сказать, этим заявлением он меня огорошил.

-- К кому же?

-- Например, к Дастину Уокеру.

-- Это же твой руководитель, -- моргнула я.

Ник склонился и выдохнул мне нос:

-- Поменяемся.

Я отшатнулась и ошарашено посмотрела на блондина. Он ухмылялся, но взгляд был предельно серьёзен. Он не шутил.

И хотя ещё четверть часа назад я сама искала себе другого куратора, во мне всколыхнулась ярость. Оставить Эвана, чтобы на моё место к нему пришёл этот... этот... просто слов нет! Да я ни за что не позволю спихнуть себя этой выскочке! Что он о себе возомнил? Эван достоин любого стажёра, но только не этого!

-- Послушай, мелюзга. Против меня выступали люди намного влиятельнее, чем ты. Если тебе кажется, что ты тут самый умный, то ты ошибаешься. Лучше закрой рот и не травмируй своими завываниями чужую психику.

Я развернулась, не удостаивая себя чести лицезреть это отвратительное лицо, и пошла обратно в секретариат. Ник Юргес насмешливо бросил мне вслед:

-- Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому!

Глава 3

Я была на грани психоза. Не из-за угрозы Ника Юргеса, а из-за того, что технические неполадки отразились и на машине, проставляющей печати. И всё бы ничего, если бы она не была такой громоздкой, и её невозможно было перетащить в другое помещение, где был нормальный кабель, или проводка, или компьютер, или что у них там полетело?!

Меня послали в департамент по делам артефактики, который находился на жёлтой ветке, в мэррогеддоне!

Я была настолько зла, что даже забыла, что теперь у меня есть деньги, и можно купить проездной билет! По привычке проскочила через турникеты, и только когда зашла в вагон, опомнилась. Понимая, что с таким настроением скоро психану и откажусь к чёрту от "Берлингера", я вышла на розовой ветке, решив, что сейчас самое время сделать что-нибудь для себя.