Карен Чэнс - В объятиях тени

— Денрожден! — сказала она, сияя от счастья, что смогла найти замену своему уничтоженному подарку. Я энергично замотала головой — я не принимаю даров в виде человеческой жертвы.

— Знаешь, почему мумии не берут отпуск? — послышался голос из-под салфетки. — Они боятся чересчур раскрутиться.

Девица к этому времени немного оклемалась, встала на четвереньки и быстро поползла прочь. Дейно с интересом провожала ее глазами… чем немедленно воспользовался Приткин и нанес грайе такой удар, что она отлетела в сторону и врезалась в динамики. В следующую секунду маг бросил в меня огненный шар, но промахнулся, и шар ударился о деревянные маски. Взметнулись фонтаны огненных искр и щепок, сцена покрылась некрасивыми черными дырками, и вокруг нее заплясали языки пламени. Через секунду огонь охватил пианино.

Не успела я вскрикнуть, как над завесой огня возникла всклокоченная голова Дейно. На грайе не было ни единого ожога, но вид у нее был весьма злобный. В следующую секунду я поняла, в чем заключался один из самых коварных ее приемов. Дейно не стала ни в кого превращаться, не стала заставлять Приткина стрелять в самого себя, она просто обратила на него взгляд своих невидящих глаз, и маг остановился, будто натолкнувшись на прозрачную стену. Опустив пистолет, он с удивлением озирался по сторонам, словно забыл, где он и кто он такой. Когда за его спиной с грохотом упало полыхающее пламенем пианино, он даже не обернулся.

Отпихнув ногой горящие маски, Дейно направилась ко мне. Кто-то из магов послал в нее огненный шар, но грайя одним движением развернула его и отправила назад, сопроводив заклинание непристойным жестом. Подойдя к Приткину, она легонько хлопнула его по плечу, а когда тот обернулся, отвесила сильнейшую затрещину. Находясь рядом с грайей, я увидела, что ее глазницы вовсе не пусты, как мне казалось прежде. В них клубился какой-то темный туман, он был совсем не похож на глаза, и все же создавалось впечатление, что Дейно смотрит.

— Как удобно иметь такие глаза, — сказала я. — Особенно в драке.

— Да, — горделиво отозвалась Дейно. — И не потерять.

Она легкомысленно пожала плечами, потом вдруг чмокнула меня в щеку и, пробормотав «денрожден», побежала к своим сестрам. Маги, которые к этому времени разнесли зомби на куски, отражали атаку вампиров.

Я собралась последовать примеру Марлоу и тихо исчезнуть, когда Приткин внезапно ожил и направил на меня пистолет; в зеленых глазах мага светилась ледяная ярость.

— У меня есть одна весьма полезная особенность, — прошипел он. — Мой разум нельзя заколдовать.

Я решила не тратить время на дискуссию. Вместо этого я подпрыгнула и со всей силы ударила его по колену. В другое время от такого удара он, наверное, просто бы пошатнулся, но сейчас маг был застигнут врасплох, кроме того, от крови пол стал совсем скользким, поэтому Приткин потерял равновесие и растянулся во весь рост, по пути врезавшись в стол и, словно шар для боулинга, разметав несколько стульев. Послышался оглушительный грохот.

Тем временем огонь, охвативший сцену, разгорался все сильнее, и вот уже заполыхала висевшая над сценой шелковая драпировка. Этого оказалось достаточно, чтобы мгновенно рухнуло бамбуковое обрамление; во все стороны, словно гигантские зубочистки, полетели бамбуковые палочки, а я едва успела нырнуть под ближайший уцелевший столик.

Когда я оглянулась, Приткина уже не было. Мне показалось, что где-то возле входа мелькнуло зеленое платье Франсуазы, но затем все заволокло клубами черного дыма. Впрочем, одного своего знакомого я все же разглядела.

— Билли!

Почти прозрачная тень ковбоя маячила возле главного входа. Заметив меня, он заулыбался и ринулся ко мне. Я собиралась спросить его, где он был, но призрак шмыгнул в меня, даже не поздоровавшись; я услышала лишь какое-то нечленораздельное бормотание. Тут я переключилась на битву и забыла о нем.

Отшвырнув в сторону мага, которого держал за шею, Казанова обернулся ко мне и что-то крикнул. Я его не услышала, но догадалась, в чем дело: грайи покинули здание.

Быстро оценив ситуацию, я поняла, что Дейно была не единственная, кто спасал мою жизнь. Энио отбила атаку магов во время драки в казино, Пемфредо защищала меня во время драки на кухне, и вот теперь Дейно появилась в самый разгар битвы, как кролик из шляпы фокусника. Грайи отплатили мне за свое освобождение, и теперь я осталась одна. Казанова что-то кричал, отбиваясь от трех наседавших на него магов. Его было по-прежнему не слышно, но я поняла: «Уходи!»

Я кивнула. Грайи находились на моем попечении, но они могли и подождать. Я не знала, можно ли сейчас перемещаться, а от моего дружка Билли в ту минуту было мало толку. Решив все же рискнуть, я двинулась вперед, но в это время кто-то вцепился мне в ногу железной хваткой. Одной рукой Приткин помогал себе выбраться из-под стола, второй держал меня за ногу. Черт!

— Кэсси! — услышала я знакомый голос и обернулась.

Из-под обломков сцены торчала кудрявая голова Марлоу. А я-то думала, что он давно сбежал! Повсюду полыхал огонь, а у вампиров примерно та же температура возгорания, что и у горючей жидкости. Марлоу отчаянно жестикулировал, прося меня посторониться, и я быстро пригнулась; в следующую секунду невидимая рука подняла Приткина в воздух и отшвырнула далеко в сторону. Марлоу крикнул мне, чтобы я пробиралась к нему, но в это время сверху упала горящая ткань, и вокруг меня заплясал магический огонь. Для человека он так же опасен, как обычный огонь для вампира; я остановилась.

Оглянувшись по сторонам, я увидела, что путь к спасению отрезан. Возле главного входа шла отчаянная драка, задняя комната заканчивалась тупиком, а боковой выход был охвачен огнем — там полыхали остатки шелковой драпировки и бамбуковое обрамление сцены. Оставался лишь один выход.

На этот раз она повиновалась беспрекословно — я сразу ощутила ее мощное присутствие. Задыхаясь от счастья, я выбирала место, в котором хотела бы оказаться. В этот момент Приткин выбрался из-под стола и рванулся ко мне, я дернулась и переместилась не думая. Я хотела лишь одного — найти Майру. Все лучше, чем торчать в адском казино Данте, оправдавшем свое название на все сто.

На этот раз не было жесткого приземления, от которого болели все кости, только огонь начал постепенно меркнуть, пока не исчез совсем… Я находилась на какой-то неосвещенной улице. Когда глаза привыкли к темноте, я увидела большое здание, на нем было написано: «Театр "Лицеум"». Улица была совершенно пустынна, вероятно, стояла глубокая ночь.

— Так и знала, — раздался за спиной голос Майры.