Особо опасная студентка - Пальмира Керлис

Задержаться на секунду, податься к нему — чуть быстрее, чем положено по танцу. Плавное скольжение, наклон, шаг. Еще один, разворот. Не думать ни о чем. Улыбаться без притворства, просто потому что хорошо.

Шаг, другой, переставить ногу, повернуться. Голова запрокинута, вверху — темнеющее небо. Крошево звезд, перемешанное с разноцветными отблесками окружающих огней. Казалось, зал пронзен молниями. Осязаемыми, щекотными. Многочисленные взгляды вокруг. От любопытных до шокированных. Не до них…

Два шага — разворот, шаг-полушаг-шаг — и снова друг к другу. Все настолько стремительно, что делается на автомате. Просчитывать некогда, можно лишь довериться памяти тела. Плавная поступь, дистанция. Легкие, едва заметные прикосновения. После — соединенные наконец ладони. Тепло кожи, следование в такт музыке рука об руку. Вращение — ускоряющееся, мелькание лиц. Остановка, откинуться на спину, ощутив надежную поддержку. Перевернутый на мгновение мир, возвращение в исходную позицию. Сложный элемент. А Киллиан танцевать умеет! Кто бы мог предположить… Не ожидала.

Он притянул меня к себе, наклонился и того ближе. До касания губами губ — какой-то сантиметр. Отстраняться жалко, но музыка затихает, знаменуя завершение танца. Начинался следующий, уже не парный — не продолжишь. Мои пальцы, стиснутые на сгибе локтя Киллиана, не готовы были разжаться, а ему явно не хотелось их убирать, так мы и пошли прочь с танцпола.

Чужие глаза сверлили неистово, отовсюду неотрывное внимание. Лиза ошарашенно моргала, повиснув на не менее растерянном Зюзере. У Мойры, Диты и их ехидной подружки закончились слова и междометия для перешептываний, да и сложно это делать с раскрытым ртом. Из-за своего столика выглядывала раскрасневшаяся Мэй с благожелательной улыбкой. На лице оккупировавшего сцену ректора отражалось нечто вроде «ну и ну», у встреченных по пути Шейна с Норой физиономии были скорее испуганные. Я им подмигнула — мол, расслабьтесь, могло быть и хуже. Для вас.

— Тут нам спокойствия не видать, — констатировал Киллиан, когда мы дошли до скамеек, а сворачивающих шеи наблюдателей не убавилось. — Как насчет того, чтобы перейти на соседний бал?

Я согласно кивнула. Отличная идея! Там до легионера с неизвестной особой мало кому будет дело. А обсудить нам есть что…

Мы направились в обход. Пересекли сад, минуя клумбы, фонтаны, статуи и переполненные беседки. За зарослями кустов был поросший тиной пруд, рядом — цветочные часы, показывающие половину девятого. Скоро первый салют. Второй по расписанию — в одиннадцать, финальный — в полночь, потом — шоу с магическими спецэффектами. Под него-то мне и надо подгадать ритуал!

Проход через очередные кусты вывел к площадке, полной островков с накрытыми столами и аппетитных ароматов. Гости здесь были старше, атмосфера — строже. На мраморном танцполе мерно скользили дамы с кавалерами, не позволяя себе лишнего куража. Под стеклом крыши светили однотонные фонарики, дополняя сияние звезд, которое разгоралось в небе ярче и ярче. Киллиан потянул меня за густо оплетенную лозой деревянную решетку — в приватную беседку. Здесь был стол с яствами, диванчики и восхитительный вид на многоступенчатую клумбу, пахнущую ванилью. О, я знаю, что это за кремово-желтые цветы…

Прежде чем сесть, я взяла со стола песочную печеньку, прицельно бросила в окно. Отправленный следом импульс заставил ее разлететься над клумбой дождем крошек. Бутоны раскрыли пышные лепестки, блеснув «язычками» из сердцевин. Стебли удлинились, превратившись в ножки, цветы запрыгали на них, ловя и засасывая падающие кусочки. Едва печеньковый дождь иссяк, раздалось жадное урчание, и в нашу сторону повернулось с десяток бутонов, требовательно шевеля листьями.

— Что ты натворила, — усмехнулся Киллиан, — они же теперь не отстанут.

— Ха! Смотри.

Выставив ладони, я послала в клумбу природной магией вежливый, но строгий сигнал «хватит». Цветы изобразили благодарный поклон за полученное угощение и послушно утрамбовались в землю.

— Впечатляет, — присвистнул он. — Тебе и Эйту доверить можно.

— Кстати, где она?

— У приехавшего на праздник гардского заклинателя растений развлекается глубже в саду. Утром обещали вернуть в целости и сохранности.

— Значит, ты на балу давно, — отметила я, — и собственная вип-беседка имеется…

— Плюсы некоторого статуса, — сказал Киллиан без какого-либо хвастовства, лишь констатируя факт.

Сел ко мне на диван и разлил по бокалам эсмирский компот, успешно притворяющийся на балу вином.

— Где ты научился так танцевать?

— Еще на Винаре. А ты?

— В школе. — Истинная правда! — Моя мать считала, что это обязательные навыки для каждой девочки.

— А мне там просто заняться было особо нечем, — признался он. Отпил из бокала и задал куда более интересный вопрос: — Ты подозреваешь в похищении Лайи Иствер кого-то конкретного?

— Увы… Ясно, что тайное сообщество подставляет тот, кому про них известно. Он в нем не состоит, иначе не ставил бы себя под удар. Поэтому никого оттуда я в качестве маньяка не рассматриваю. Кандидатов бесчисленное множество, народа в Междумирье живет полно.

— Продавца пирожков я бы не подозревал. Похититель должен иметь отношение к университету или обладать расширенными допусками, чтобы у него была возможность вычислить шайку, занятую нелегальным ритуалом. Это кто-то умный, хитрый и опытный. Он использовал на Лайе темное ментальное внушение.

Мне раскрыли секретную деталь дела… Польщена!

— Круг подозреваемых не сильно сужается, — развела я руками. — В университете практически все маги, и способных освоить запретные чары немало. Студенты-самородки, преподаватели, деканы, ректор…

В голове что-то щелкнуло, сознание услужливо подкинуло воспоминание.

— Ректор! — Я зацепилась за возникшую мысль. — Когда я была в доме Арона Кавура, спускалась в его престранный подвал. Он менталист, а внизу у него то ли лаборатория, то ли библиотека. Сотни книг затейливого содержания — сделки с высшими демонами, экспериментальные ритуалы в глубинных слоях бездны и методика присутствия в ней без вреда для мага. Диван не иначе как темной материей местами испепелен, на полу подтертые оккультные символы.

— Не его оно, — уверенно заявил Киллиан. — Хоть выглядит и подозрительно.

— По-моему, тянет на доказательства. Тематика — та самая!

— Поверь, нет. Это не наша история.

— Пожалуй, ты прав, — рассудила я, поумерив рвение. — Пыли в подвале тонна. Давно им не пользовались, а с пропажи Лайи две недели прошло.

Дом перешел к Арону от Лукаша, а тому логично было забуриться в темные исследования — для тех же накопителей. Видимо, преемник побоялся трогать что-либо в подвале.

— Кто бы это ни был, от правосудия он не уйдет, — сурово произнес Киллиан, будто пообещав. — Уже