С чистого листа. Ведьма общей практики - Елена Филимонова
Два порыва: вернуться назад или устремиться вперед, раздирали на части, тянули каждый в свою сторону. И это доводило до исступления. Я знала одно — времени катастрофически мало.
Томас положил руки мне на плечи.
— Возможно, сейчас тот самый момент, когда надо довериться себе. — Его взгляд встретился с моим.
Возможно. А, возможно, и нет. Если я ошибусь — Арин может погибнуть. Я вновь опустила глаза к раскрытой ладони. Амулет пульсировал и тускло мерцал.
— Нам надо не вперед.
— Значит, обратно в Долину? — Томас почесал подбородок.
— Нет. Но надо ехать назад, — повторила я.
Он не стал спорить.
— Тогда не будем терять время.
* * *
Рука так и чесалась подстегнуть лошадь кнутом. Я не знала, что случилось с Арин, где она сейчас и в каком состоянии. Единственное, в чем я была уверена на сто процентов — она не стала бы звать меня без причины. Амулет, для надежности закрепленный на груди, продолжал мерцать. Но его сигнал был нечетким, то и дело прерывался, и это тормозило нас. Я боялась потерять его и сбиться с пути.
— Ты хорошо держишься, — сказал Томас, когда его Буревестник поравнялся с моей лошадью.
— Я с ума схожу не от неведения. — Голос предательски дрогнул.
— Не сойдешь, — Томас свесился набок и похлопал меня по руке.
Я видела, он был взволнован не меньше, но умудрялся сохранять спокойствие, и его невозмутимость, как щит сдерживала панику, готовую захлестнуть меня с головой. Даже там, в экипаже, мне не было так страшно.
— Ты думаешь, это…
— Не надо, — мягко остановил он. — Мы еще ничего не знаем. — Томас криво улыбнулся. — Помнишь, что говорила Дебора?
— Она постоянно что-то говорит, — отмахнулась я. Слова со свистом вырывались из легких.
— Домыслы — враг спокойствия, — напомнил Томас.
— Значит, ты предлагаешь мне успокоиться? — огрызнулась я. — Сейчас?
— Нет, — он мотнул головой. — Я пытаюсь тебя отвлечь. Видишь, — его взгляд опустился вниз, — уже не трясешься.
Я посмотрела на собственные руки. И, правда.
Кстати, о Деборе. Мне не хотелось подвергать ее риску, но сейчас речь шла даже не о моей безопасности. Я не знала, где находится Арин, что случилось и в каком она состоянии, но главное — не знала, с чем или кем нам придется столкнуться. А раз так — без помощи не обойтись.
Связь между магом и фамильяром позволяла обращаться друг к другу на расстоянии, и я отправила Деборе сигнал.
…Дорога тем временем подвела нас к Кабаньему Оврагу.
— Надеюсь, все твои старые друзья уже спят, — выказал надежду Томас.
Темноту впереди прорезали несколько желтых огоньков.
— Не думаю, что надо ехать в саму деревню, — ответила я. Повернулась к нему и уточнила, — амулет ведет не туда.
Томас посмотрел в сторону.
— Сюда? — уточнил он.
Я повернулась в указанном направлении и увидела исчезающую в темноте тропинку.
— Подожди. Мне надо сконцентрироваться.
Он молчал кивнул. Мы остановили лошадей. Я сжала в ладони амулет, закрыла глаза и обратила все чувства к кусочку дерева в моей руке. Сигнал по-прежнему был нечетким. Ради эксперимента я направила лошадь вперед, к деревне, и через пару десятков метров зов амулета сошел на нет. То же самое произошло, когда я повернула назад. Все это время Томас оставался на месте, терпеливо наблюдая за моими изысканиями.
— Ну, что? — спросил он, когда я поравнялась с ним.
— Полагаю, надо идти по тропе.
— Метод исключения?
Я пожала плечами.
— Других вариантов нет.
— Значит, едем туда.
Томас развернул поводья.
Тропа едва проглядывалась в темноте: узкая, нехоженая, она ловко скрывалась среди буйно разросшейся травы, а когда мы оказались под сенью деревьев, и вовсе почти исчезла. Но, тем не менее, когда-то здесь была полноценная дорога: взгляд то и дело выхватывал из темноты посеревшие обломки каменной кладки.
— Ты тоже это видишь?
Томас кивнул. Ну, конечно, он видел — с его-то навыками!
— Думаешь, она ведет… — я замолчала, решая, стоит ли говорить это вслух, — туда, где жила графиня?
— Не знаю. Все возможно. — Он посмотрел на меня. — Что с амулетом?
— Связь есть. — Большего сказать я пока не могла.
Какое-то время мы ехали в молчании. Нас окружали звуки ночного леса: переговаривались между собой невидимые птицы и хрустели ветки под лапами таких же невидимых животных.
Взволнованная и погруженная в собственные мысли, я пропустила момент, когда все стихло. Но лошадь, чьи органы чувств были в разы острее, насторожилась и зафырчала.
— Что такое, девочка? — спросила я, запустив пальцы в рыжую гриву.
— Тише! — шикнул Томас.
Я замолчала.
— Ты слышишь? — спросил он через несколько секунд.
— Нет.
— Я тоже. Ни птиц, ни животных, — он огляделся.
Только после его слов я поняла, что нас и впрямь окружало полное безмолвие, разбавленное шумным дыханием лошадей.
— Как-то это ненормально.
Вдоль позвоночника змейкой пробежал холодок.
Деревья здесь были голые и, приглядевшись, я обнаружила, что почти все они погибли: засохшие ветки торчали, как изломанные руки мифических чудовищ. По земле стелился туман, воздух был влажен и густ.
— Я поеду вперед. — Томас обогнул мою лошадь. — И не спорь, — добавил, когда мы поравнялись.
* * *
Я не могла отделаться от ощущения, что мы пересекли какую-то невидимую границу и оказались в чужих владениях. Но чьих? Вокруг была все та же тишина — не сонная и умиротворенная, какая обычно бывает по ночам, а другая — зловещая. Меня не отпускало чувство, что за нами наблюдают.
Страшно не было. Во всяком случае, за себя. Все мысли крутились вокруг Арин. Если мы идем верной дорогой и она здесь, в этом месте, то ничто больше не имеет значения. Мы должны помочь ей.
Томас остановился. Вернее, это сделал Буревестник — сперва замер, будто наткнулся на невидимую стену, а потом обеспокоенно взбрыкнул и зафырчал. Томас попытался успокоить его, но тщетно: конь разволновался пуще прежнего.
— Такое с ним впервые, — признался он, обернувшись ко мне. — Этого парня мало что может напугать.
Я поравнялась с ним. Моя кобыла тоже занервничала: сдала назад и попыталась встать на дыбы. К счастью на такой случай имелось свое заклинание. Я наклонилась к теплому лошадиному уху и прошептала несколько слов. Кобыла вздохнула, а затем успокоилась. Не до конца, конечно, но хотя бы перестала паниковать. То же самое я проделала и с Буревестником.
Томас спешился и направился вперед.
— Видишь что-нибудь? — подобрав юбку, я заспешила следом.
Дебри расступились неожиданно. Над тучами поднялась луна, пролила на землю белесый свет, и мы
