К. Уилсон - Пурпурные крылья

— Он… Его можно было бы принять за твоего отца, настолько сильно вы оба похожи.

— Таня…

— Его взгляд — он был полон ярости.

— Таня, переведи дух. Дыши! — Алек почувствовал, как подогнулись у нее колени и схватил ее за руки, чтобы не дать упасть. — Любимая…

Она сделала глубокий вдох и, почувствовав, как к ней возвращаются силы, обрела равновесие в его руках.

— Я в порядке.

Стоя на крыше, они наблюдали за вбегающими и выбегающими из здания полицейскими и медиками. Вскоре они увидели, как из здания выносят на носилках Дорис.

— Нам нужно уходить. С минуты на минуту они примутся проверять крыши. Твоя…

— Не прибегай к помощи своих крыльев, если это причиняет тебе боль.

— Мне необходимо забрать нас отсюда.

— Но тебе будет больно.

— Полицейские уже приближаются.

— Ты истечешь кровью.

— У нас нет времени на споры. Нам нужно добраться до машины, чтобы попасть в Куинс.

— На сегодня я уже достаточно видела крови, и у меня нет желания видеть еще и твою.

— Твоя сестра сегодняшним вечером подверглась нападению.

— В какой она больнице?

— В Ямайском госпитале Куинса. Подержи мой плащ.

Взяв у него плащ, она бережно его свернула в несколько раз. Алек снял рубашку и тоже отдал ей. Кровь брызнула струей, когда тонкая паутина крыльев, напоминающих по форме крылья летучих мышей, появилась из его спины. Таня видела, как на его лице мелко подрагивает мускул; она понимала, что в данный момент он испытывает сильнейшую боль. Когда крылья полностью раскрылись, она прильнула к Алеку.

— Спасибо.

Он кивнул. Девушка устроилась у него на закорках, и они взмыли в небеса, полетев в сторону Центрального Парка.

Приняв достаточно презентабельный вид для появления в общественном месте, они спустились с крыши Ямайского госпиталя и направились внутрь. Таня не думала о своем самочувствие или о взвинченном состоянии, в котором она находилась. Девушка была голодна, но еда — это последнее, в чем она нуждалась. Она боялась, что с приходом ночи все станет намного хуже.

— Таня?

Все собиралось ухудшиться уже прямо сейчас.

Обернувшись, они увидели ее мать и сестру Лейлу, в зоне ожидания госпиталя.

— Привет, мам. — Таня поцеловала Джоан в щеку, а затем поцеловала сестру. — Что случилось с Жаклин?

— Не знаю. Врач, который ее осматривал, сказал, что она была укушена пауком в шею.

— Пауком? Ну, что ж, раз он так сказал, значит, так оно и есть, — ответила она, надеясь, что мать согласиться с этой версией.

— Я видела следы укусов. На мой взгляд, не похоже, чтобы ее укусил паук.

— Где Норман?

— Он опять застрял на работе, — произнесла мать, неодобрительно покачав головой. Танин отчим частенько застревал на работе, он трудился в Управлении транспортных перевозок метрополитена в должности клерка.

— Что с малышом?

— Слава Богу, с ребенком все хорошо, — ответила Джоан.

Джоан и Лейла посмотрели на мужчину, стоящего позади Тани.

— Ой, простите. Алек, это — моя мать и сестра Лейла.

Они обменялись рукопожатиями.

Таня заметила, как мать оценивающе осмотрела Алека.

— Так вы и есть тот самый мужчина, который спас жизнь моей дочери?

— Да.

— И это вы не доставили ее в больницу?

— У меня на это не было времени, миссис Уильямс. К тому же, ваша дочь перед вами, жива и здорова. В данный момент, нам должно больше беспокоиться о Жаклин.

Таня посмотрела в лицо матери, зная наверняка о чем та думает. Ни один мужик не имеет права указывать мне, о чем беспокоиться, а о чем нет. Алек был ошеломляюще прямолинеен.

— Ты и есть Алек, Танин парень? Ой, как интересно! Таня, он такой красавец и на этот раз, он — белый.

Тане хотелось стукнуть свою недалекую сестрицу. У нее был удивительный талант: в неподходящий момент открывать рот и нести всякую чушь. Так она назначала свидания мужчинам из разных слоев общества и рас. Ведь это Америка, не правда ли?

Алек повернулся к Тане, изумленно изогнув бровь и улыбаясь:

— На этот раз?

— Долгая история, — ответила она.

— Мне бы хотелось ее как-нибудь услышать.

— Спасибо, Лейла, за твое, столь тонко подмеченное наблюдение. А сейчас, я собираюсь найти врача.

Три пары глаз смотрели ей вслед, пока она не скрылась за углом.

— Вам нравится моя сестра, не так ли? — спросила Лейла.

— Очень, — ответил Алек.

Впоследствии Алек был подвергнут расспросам со стороны Таниной матери и сестры, и наслаждался каждой минутой этой беседы до тех пор, пока Таня не вернулась с врачом.

Обе женщины встали со своих мест, чтобы поприветствовать его.

— Здравствуйте, я доктор Сингх, а вы члены семьи миссис Тонг?

Они кивнули, молча ответив на его вопрос, обеспокоенные состоянием Жаклин и ее малыша.

— У нее была небольшая кровопотеря, не достаточная, чтобы вызвать анемию. Малыш в порядке. Мне бы хотелось госпитализировать миссис Тонг на день или два, чтобы понаблюдать за ее состоянием. Вы не против?

— Спасибо, доктор. Нам можно повидать ее сейчас?

— Можно, но у меня просьба: по одному человеку за раз.

Джоан пошла первой.

Алек подошел к врачу.

— Доктор, не будете ли вы так любезны и не уделите мне минуту, чтобы переговорить наедине?

— Вы член семьи?

— Друг семьи.

Врач склонил голову и мужчины отошли от женщин к входу в отделение предврачебной помощи, где производилось установление очередности по оказанию медицинской помощи.

— Что скажешь, Халим?

— Я сомневаюсь, чтобы она или ее ребенок приобрели вирус. Укус был поверхностным. Ты вовремя туда добрался. Я распорядился, чтобы с места укуса был взят образец кожи и отправлен в токсикологию. Образец исчезнет из лаборатории таинственным образом.

— Спасибо, Халим.

Врач похлопал Алека по руке и ушел.

Из отделения предврачебной помощи вышла Джоан.

— Таня, она зовет тебя.

Направляясь к сестре, Таня остановилась в дверях и, оглянувшись, посмотрела на Алека.

В отделение, сестра лежала за перегородкой, которая отгораживала ее от других пациентов. Подойдя к кровати Жаклин, Таня улыбнулась пациентке.

— Как ты себя чувствуешь?

Для Тани не явилось сюрпризом — страдальчески искаженное лицо Жаклин и полные слез глаза.

— Я не знаю, что произошло. Я имею в виду, что знаю, но просто не могу этого объяснить. — Она суетливо и чрезмерно жестикулировала. — Я довольно резка, даже слишком, вот почему я не в состоянии…

Таня прервала ее сбивчивую речь: