Мой напарник - хакер - Галина Васильевна Герасимова

отливала глубокой синевой, по которой, словно небрежными росчерками кисти, разлеталось отражение звездного неба и фонарей. В воздухе витал аромат жасмина, белое покрывало выстелили на набережной лепестки яблонь, а звонкая мелодия «Парижа в Августе» заставляла сердце сжиматься в предвкушении романтики.

Адриан улыбнулся и теснее прижал к себе Леди. Он был невероятно, абсолютно счастлив и ему казалось: стоит только разжать объятия, и всё вокруг растворится как прекрасный сон.

Но его напарница никуда не собиралась исчезать.

– Как красиво! – девушка откинула голову ему на плечо, любуясь с моста открывающимся видом. Они сидели на парапете, и поначалу было страшно, но после Адриан понял – его Леди поймает его, если он упадет. Так что легкий страх высоты только обострял чувства, заставляя их быть еще ближе друг к другу.

– Это ты красивая, – выдохнул Адриан, любуясь отсвечивающей в лунном свете кожей подруги. Её лицо словно выточили из фарфора. Кожа казалась такой же нежной, как опадающие лепестки, и Адриану приходилось сдерживать себя, чтобы не покрывать её поцелуями ежесекундно. Впрочем, нельзя сказать, чтобы он сильно себе в этом отказывал. Поймав сладкие губы, Кот увлёк Леди в долгий и нежный поцелуй.

– И что ты делаешь? – насмешливо поинтересовалась она, когда парень беззастенчиво перетащил её к себе на колени, заставляя обхватить ногами за талию. В другое время он бы смутился – его желание было слишком очевидно, и Леди не могла его не почувствовать. Но сейчас он хотел, чтобы она понимала, как сильно он в неё влюблён.

– Соблазняю тебя, – произнес он ей в губы, зарываясь пальцами в короткие волосы.

Ледибаг хихикнула, останавливая у груди излишне своевольные ладони.

– Мы в общественном месте, Котик, – напомнила она, хотя позы не поменяла, тем самым давая понять – определенные вольности ему всё-таки разрешены. – Ты действительно хочешь заняться этим здесь?

Он всё-таки покраснел. И как она умудрялась каждый раз вгонять его в краску? Словно знала, что Адриан вовсе не коварный сердцеед, коим он старался перед ней показаться, а ни с кем раньше не встречающийся мальчишка.

– Тогда пойдем ко мне! – выпалил Адриан прежде, чем успел подумать, что предложил. У Леди тоже округлились глаза, и в его душе вспыхнуло ликование. Ха! Она просто пыталась взять его на слабо. Но ведь и он не так прост! – Или ты струсила? – неожиданно мягким тоном добавил он, наклоняясь к ней и ловя губами маленькое ушко. Прикусил его и шепотом добавил: – Может, ты еще девственница?

К его удивлению, Ледибаг смутилась и отвела взгляд, и от этого милого жеста желание в Адриане вспыхнуло в сто раз сильнее, чем от её объятий.

– Ты, правда, девственница? – глупо хлопая глазами, повторил он, потому что не мог представить, как у такой прекрасной, совершенной девушки до сих пор не было парня!

– Это проблема? – она спросила это каким-то потерянным тоном, и Адриан крепко обнял её, осыпая поцелуями.

– Нет, конечно же, нет! – его затрясло от волнения. Ему открылась другая сторона Ледибаг: такая милая и стеснительная, она нравилась ему ничем не меньше решительной героини Парижа. Она была…

Словно Жучок.

Адриана прошиб холодный пот, и он слегка отстранился, глядя в глаза своей любимой. У них были очень похожие глаза: одинаково синие, ясные, честные. Неужели Ледибаг стала нравиться ему именно из-за того, что так похожа на его подругу по переписке? Или Маринетт стала привлекательнее в его глазах из-за схожести с героиней Парижа?

Адриан запутался. Это было так неправильно, думать о другой девушке, когда в его руках таяла его любимая, но Агрест ничего не мог с этим поделать. Стоило ему посмотреть на его Леди, как казалось, что без маски он увидит Маринетт. Недостижимая мечта манила так сильно, что сводила с ума!

– Пойдем, – услышал он шепот, и тихий голос Ледибаг вывел его из задумчивости. Адриану показалось, что он послышался, но девушка опустила голову, скрывая заалевшие щеки, и твердо повторила: – Я согласна. Пойдем к тебе.

***

Он плохо помнил, как домчал их до дома. Руки тряслись так, что он едва не выронил ключи, когда включал зажигание, а сама дорога показалась бесконечно долгой и в то же время безумно короткой. Они оставили мотоцикл в гараже, пробрались мимо охраны, и у самых дверей Адриан прижал девушку к стене:

– Ты точно уверена? – в десятый раз за ночь переспросил он, и Ледибаг впилась ему в губы долгим поцелуем, от которого у парня просто снесло крышу. Подхватив свою Леди на руки, не переставая целовать, он буквально взлетел по лестнице в свою комнату и ногой открыл дверь. Диванчик оказался ближе кровати, и влюбленные со смехом повалились на него, ни на секунду не прекращая ласк. Но прежде чем Адриан успел подумать, как же он будет снимать её облегающий костюм, в комнате зажегся яркий свет, и Хлоя сонным голосом спросила:

– Адриан, ты уже вернулся?

***

Полумрак комнаты сменился яркой вспышкой света, и смех застыл на губах Маринетт. «Застукали!» – возникла первая мысль, и девушка тут же вспомнила о строгом отце Адриана, представляя грядущие разборки. Но когда вместо укоризненного тона месье Агреста раздался сонный голос Хлои Буржуа, в ней всколыхнулась волна непонимания.

Маринетт села на диванчике, отодвигая Адриана, у которого на лице застыло выражение откровенной досады, и посмотрела на Хлою. В глубине души Маринетт молилась, чтобы Буржуа просто заскочила к Адриану на минутку: поболтать, выпить чашечку кофе или поиграть в видеоигры. Вот только такой вариант событий был слишком маловероятен. Сложно не догадаться, в какие «игры» предпочитали играть эти двое: Хлоя лежала на огромной кровати в коротенькой пижаме, не скрывающей многочисленные засосы по всему телу.

– Ледибаг? – одними губами прошептала она, приподнимаясь на локтях и удивлённо глядя на Маринетт. Рот Хлои приоткрылся от удивления, а в её голубых глазах было столько недоумения, что Маринетт могла рассмеяться, не будь ей так больно.

– Всё не так, как ты думаешь, – быстро проговорил Адриан, но Маринетт его не услышала. Она вообще больше ничего не слышала: от пустоты, что затопила её сознание. Она не знала, что бывает так тяжело. Что в груди вместо сердца образуется огромная дыра и расползается, поглощая всё без остатка.

Как в замедленной съемке, Маринетт отмечала мелкие детали, которых не должно было быть в комнате парня. Яркий жёлтый бюстгальтер на