Арон. Бывший для истинной - Ника Горская
Но моя радость от отсутствия нападок со стороны Торин длилась не долго. Через неделю она снова стала цеплять меня по любому поводу.
Но самый пик случился чуть позже.
Я вечером шла в комнату к мужу. Первый раз после того, как сама же отказалась ночевать в его спальне. Решила, что нет смысла и дальше затягивать конфликт, тем более я всё чаще стала ловить на себе его задумчивый взгляд. Даже немного совестно становится. Он относится с пониманием к моим желаниям и просьбам, в то время как я показываю ему свой характер.
Свернув по коридору в нужную мне сторону, я на секунду замираю, когда вижу, как Торин открывает дверь в спальню моего мужа и проходит внутрь.
Задыхаюсь от мгновенно вспыхнувших во мне противоречивых эмоций.
Мне одинаково сильно хочется и пойти дальше, и немедленно развернуться чтобы сбежать.
Но всё же желание взглянуть в глаза этим двоим побеждает.
Продолжаю идти с трудом передвигая ноги.
Я чувствую, как от бешеного волнения у меня сковало всё тело. Не медлю ни секунды, открываю дверь и захожу внутрь.
— Что ты здесь забыла? — спрашиваю у Торин, но при этом окидываю взглядом их двоих стоящих слишком близко друг к другу.
— Ой, Рада, ты меня напугала. Я вот зашла показать Арону свою любимую шкатулку. — поганка приподнимает руки, привлекая к ним моё внимание, в которых держит тёмный коробок. — Тут крышка не закрывается, а шкатулочка мне очень дорога. Мне её папа дарил.
Во всём её виде страдание от потери отца и смирение. Того и гляди вот-вот нимб загорится над головой.
— А другого места и времени для этого не нашлось? — зло интересуюсь я.
— Я так расстроилась поломкой любимой вещи что совершенно не подумала о том, что время уже позднее.
— Торин, я завтра решу эту проблему, не волнуйся. А сейчас, пожалуйста, оставь меня с Радой наедине. — Арон обращается к поганке, но при этом не отводит от меня взгляда.
— Да-да, конечно. Извините меня. — она покорно склоняет голову и тут же выходит за дверь.
Сучка!
Перевожу взгляд на мужа и мне не нравится то, что я вижу в его глазах.
— Рада, тебе не кажется, что в своих подозрениях ты переходишь все границы? М?
— Не кажется.
— Ты запугала девочку. Она с лица меняется и трясётся вся, когда ты появляешься рядом.
— Тогда облегчи нам обеим жизнь — убери её отсюда подальше и не будет никаких подозрений, ни страхов со стороны бедной-несчастной девочки.
— Прекращай вести себя так.
— Как?
— Ты следила за ней только бы в чём-то уличить.
И это не вопрос.
Свожу вместе брови глядя на него с недоверием.
— Ты реально думаешь, что я буду так делать?
— Тогда выходит так что ты заблудилась? — теперь я точно понимаю, что он пытается меня задеть. — Ты игнорируешь меня уже больше двух недель. И я сейчас не только секс имею ввиду.
— Прекращай вести себя как маленький обиженный мальчик. — возвращаю ему его же шпильку.
Возникшее ранее желание возвращаться в его комнату рассыпается в пыль.
— Рада!
— Извини что помешала. Больше не буду.
Разворачиваюсь и быстро покидаю его комнату громко захлопнув за собой дверь.
Делаю всего пару шагов по коридору, как дёргаюсь, потому что сзади раздаётся жутких грохот.
Очень похоже на то, что об дверь спальни Арона что-то разбилось.
Вдребезги.
На секунду замедляюсь, но тут же продолжаю идти.
Захожу в свою комнату и так же с силой громыхаю дверьми.
Сажусь на кровать и буквально пыхчу от злости. Как ни противно признавать, но Торин удалось вбить между мной и Ароном клин из непонимания и обид.
С этого дня мы с ним очень заметно отдалились друг от друга.
Если раньше вести себя внешне холодно была исключительно лишь моя прерогатива, то теперь так же ведёт себя и Арон.
Нет, он не игнорирует меня. Он просто слишком явно отстранился. Что меня ужасно задевает, хоть я и стараюсь не показывать этого.
Стыдно признаться, но наша холодная война длится уже почти месяц. И я ужасно от этого страдаю.
Мне хочется всё исправить, но я не знаю, как это сделать.
Арон постоянно интересуется моим состоянием. Потакает всем моим прихотям.
Стоит мне только чего-то захотеть и в кратчайшие сроки я это получаю. Но вот все мои попытки завести с ним разговор, на какие-то нейтральные темы, каждый раз с треском проваливаются.
Он холодно вежлив со мной. И меня это жутко раздражает.
А самое противное что мне кажется будто с Торин он другой.
Не знаю, как это объяснить. Он не демонстрирует явного расположения к ней, но я всё равно улавливаю что-то.
Но вполне возможно из-за моей подозрительности я вижу то, чего нет.
В какой-то момент я, настроившись что пришла пора закончить нашу битву характеров, решаю сделать первый шаг на пути к перемирию.
Ставлю на поднос небольшой чайник со свежезаваренным чаем, кружку и маленькую вазочку с печеньем.
Да, я хочу поговорить с мужем.
Знаю, что он сейчас в своём кабинете, а чай прекрасный повод зайти к нему.
Берусь за ручки подноса, но меня останавливает раздавшийся сзади голос.
— Ты куда это собралась.
Оставляю поднос и поворачиваюсь к входящей в кухню Торин.
Она неспеша подходит к столу, отодвигает стул и садится.
— Если к Арону, то лучше не надо. — с ухмылкой говорит она, бросая взгляд за мою спину.
Я молчу.
По-хорошему мне лучше вообще её проигнорировать. Не слушать и делать то, что я планировала, но что-то меня останавливает, заставляя стоять на месте.
— Не унижайся, Рада, мой тебе совет. Ты ему больше не нужна.
В меня как будто ударяет молния.
Полным разрядом. Таким, который не оставляет шансов и сжигает всё внутри.
— Закрой свой поганый рот. Ты уже переходишь все границы. — рычу я.
Она смеется от моих слов.
— Границы уже давно пройдены. И не только мной.
Во мне просыпается безумие.
Я в шаге от того, чтобы набросится на неё.
— Арон больше не принадлежит тебе. Разве ты ещё не поняла этого?
Мне становится плохо.
— Ты до сих пор тут только потому, что носишь его ребёнка.
Удар.
Больно…
— Торин, если ты сейчас же не заткнешься я помогу тебе это сделать. — пру на чистом упрямстве в то время, как внутри образуется чёрная дыра.
— Ты выглядишь жалко, правда. Влюблённая дурочка,
