Аурелика не звезда гарема, или как я ошиблась в истории - Людмила Вовченко

и выражением «я спасу тебя, но сам пострадаю».

2. Кайар, загадочный в маске, с пальцами, тронувшими её перчатку, и голосом, который преследует её с первого сна.

3. Третий — незнакомец, с волосами цвета меди и взглядом будто из её любимой сцены, где Анжелику целуют на фоне пожара.

— Это всё? — прошептала она. — Это мои варианты? Один молчит, другой маскируется, третий… подозрительно знаком.

И тогда, как водится, ударил шар в чашу вечности. Первый раз.

Она почувствовала, как реальность чуть дрогнула.

И поняла — выбора нет. Или есть. Но неправильный может всё закончить.

— Кто из них солгал? Кто любит? Кто… помнит меня?

Второй удар.

— Кто из них убьёт меня, если я ошибусь?

Глава 9

Глава 9.

Претенденты, предсказания и пирожки судьбы

Третий удар шара в чашу вечности был особенно драматичным. Он отдался эхом в костях, в ушах и в районе желудка, напоминая Аурелике, что на завтрак был только один слегка паникующий мандарин.

Три мужчины стояли перед ней.

Тори, Страж. Кайар, Маска. И тот третий, чей взгляд… был слишком тёплым. Слишком знакомым. Словно он знал не её — а ту, другой цикл, другое имя.

— Госпожа Аурелика, — начал голос Глашатая, — настал момент, когда Протокол требует выбора претендентов.

— А можно не выбирать? — пискнула она.

— Это будет расценено как отказ. И…

— Да-да, Тень, проклятия, хаос. Уже слышала. Отличная система мотивации.

Жофрея появилась рядом, как призрак из дорогого парфюмерного дома:

— Совет напоминает: Выбор не финален. Он лишь определяет тех, кому разрешено участвовать в дальнейшем.

— То есть… это кастинг?

— Это ритуальный отбор души через эмоции. Или кастинг. Ваша воля.

* * *

Аурелика подошла к каждому. Сначала — к Тори. Он опустил голову, будто готов был защищать её даже от несварения.

— Вы будете молчать, если я выберу вас?

Он кивнул. Потом сказал:

— Если вы выберете меня — я не дам вам погибнуть. Даже если вы сами того захотите.

— Утешает. И пугает.

Дальше — Кайар. Его маска сдвинулась, обнажив половину лица. На щеке — шрам. Очень романтичный, если бы не вибрации потенциальной беды.

— Ты уже выбрала. Просто ещё не помнишь, — сказал он.

— А может, я просто страдаю от читательского флешбека, — ответила Аурелика.

Наконец — третий. Он не сказал ни слова. Просто взял её руку — и поцеловал. Легко. Почтительно. И… со странным ощущением, будто она падает в сцену из любимого тома «Анжелики и пиратов».

— Я… вас знаю?

Он только кивнул.

Она обернулась к Совету:

— Я выбрала.

Глашатай вытянулся:

— Протокол Сближения активирован. Следующий этап — Испытание Связи. Завтра на рассвете. Место — Двор Печальных Врат.

— Почему всё в этом мире называется так драматично?

— У нас чувство стиля.

* * *

Вечером Аурелика сбежала с бала.

Да-да, сбежала. В полной мере по заветам героинь своего жанра: спустившись по ткани с балкона, подхватив кота и шепнув Жофрее:

— Если меня спросят — скажи, что я пошла искать себя. Или пирожки. Или себя в пирожках.

— Поняла. Кодовое слово?

— «Розмарин». Или «чек на ипотеку». Что найдётся первым.

* * *

Она оказалась в старом квартале, среди уличных торговцев, магов без лицензии и странных запахов.

— Это и есть та самая романтика Востока? — пробормотала она, обходя лавку с надписью: «Порталы, проклятия, пончики — три по цене двух».

Кот мурлыкнул: — Тут безопасно. Более-менее. Если не трогать грибы.

Она села у костра с женщиной в пёстром шарфе. Та посмотрела на неё так, как только провидицы и бухгалтера могут смотреть на клиентов.

— Ты — между. Тебя рвёт. Сила ещё спит. Мужчины вокруг — маски. Но кое-кто уже помнит тебя целиком.

— И что мне делать?

— Жить. Пока можешь. И носи это, — она кинула ей кольцо, похожее на то, что Анжелика носила в сцене перед казнью.

— Против проклятий?

— Против глупости. Хотя и от проклятий тоже.

* * *

Возвращаясь тайком, Аурелика наткнулась на кого-то в капюшоне, стоящего у ворот её покоев.

— Ты не должна была выходить одна, — прошептал он.

— Я не должна была вообще сюда попадать. И вообще — кто ты? Сторож морали?

Он медленно снял капюшон.

И она поняла — это был он. Не тот из бала. И не тот из зеркала. А тот… которого она забыла. Но чьё имя было у неё в памяти, как эхо.

— Моя Лика, — сказал он. — В этот раз я не опоздаю.

Глава 10

Глава 10.

Двор Печальных Врат и три шага до катастрофы

Рассвет над Двором Печальных Врат был, как сама судьба Аурелики: драматичный, туманный и с подозрительно скользким покрытием под ногами.

— Кто, скажите мне, называет такое место для романтического ритуала «Двор Печальных Врат»⁈ — ворчала она, затягивая пояс на мантии.

— Это древнее название, — пояснила Жофрея. — Врата символизируют выбор. А печаль — последствия.

— Звучит вдохновляюще. Почти как «налоговая инспекция». Только без кофе.

Кот Мяу’Хур зевнул: — Двор неплохой. Если не считать шепчущих теней, трещин в реальности и той статуи, что моргает, когда не смотришь.

— Отлично. Всё как в романах: шёпот, маски, мистика, нервный тик.

* * *

Протокол Сближения начинался просто:

Три претендента встали в круг. Аурелика — в центре. Рядом — артефакт: Чаша Истока, в которую каждый должен капнуть каплю крови.

— Это символ связи, — объяснила Верховная Леди. — Если связь истинна — вода останется чистой. Если нет — потемнеет. Если связь проклята…

— Не договаривайте. Пусть останется место для сюрпризов.

* * *

Первым подошёл Тори. Он разрезал ладонь, капля упала в воду — и вспыхнула мягким светом.

— Ваши судьбы пересекались. Но боль его сердца может сжечь мост.

— Очень обнадёживает. У кого-нибудь есть нормальные мосты?

Кайар был вторым. Кровь коснулась воды — и на поверхности появился символ маски.

— Ты помнишь его душу. Но не знаешь, кто он был на самом деле.

— Ну, конечно. Классика. Личности под маской, и я — как слепой читатель без оглавления.

Третий……а вот третий капать не стал.

Он подошёл и… выпил из чаши.

— Что вы делаете⁈ — воскликнула