Осколки правды - Анастасия Пименова

изменился, но недостаточно. Нужно пробовать другие варианты…

Меня развязали и пересадили в кресло, в котором везли Картера, и тоже куда-то повезли.

Мои глаза то закрывались, то открывались.

– … Сара! – на несколько секунд я увидела, как камера Кристиана вновь стала прозрачной.

Меня завезли внутрь, когда я услышала мат в сторону военных исходящий от мужчины.

Я услышала, как они ушли, а мои глаза вновь закрылись.

– … всё будет хорошо, Сара, – кажется, Кристиан подошел к стене, начав говорить со мной, – мы выберемся отсюда. Я обещаю тебе это. Найдем выход, только держись… Мы выберемся.

Глава 6

Прошла неделя, а у меня до сих пор нет ни единой мысли, как покинуть это место.

Мне кололи ту дрянь, вызывающую галлюцинации, ещё два раза, после каждой дозы организму требовалась два дня на восстановление.

О каком побеге может идти речь, если после этого я даже пластиковую вилку в руках не смогла держать. Вся еда, которая была, падала обратно на тарелку.

После той штуки я спала почти сутки, то приходя в себя, то обратно отключалась.

Кристиана выводили за пределы камеры лишь единожды, а Картера четыре раза, то есть больше всех. Его кровь так и не дала никаких результатов: то есть они не могут объяснить, откуда у него иммунитет к измененным, потому что по всем показателям она совершенно обычная. Также она бесполезна и в других исследованиях, потому что не дает никакой реакции.

Я попыталась встать с постели, чувствуя дрожь в ногах и руках. Не с первого раза, но у меня получилось.

Даже не смотря по сторонам, чувствую на себе взгляды двух человек, которые находятся по разные камеры.

– Если бы я сразу застрелил Фэстэра, то этого всего бы не было, – заметил Картер, когда я подошла к умывальнику, чтобы умыться, и тяжело выдохнула, понимая, что последует за этим.

– Тогда бы мы вообще были мертвы, – отозвался Кристиан.

– Если ты сомневаешься в своих силах и способностях, как и в людях, то не стоит это делать по отношению ко мне, – я услышала, как Картер подошел к стене. Уверена, Кристиан поступил также. Только моя камера отделяет их друг от друга.

– На что ты намекаешь?!

– Я и не намекаю, а прямо говорю, что тебе, Кристиан, стоило пересмотреть свои управленческие навыки, ведь именно из-за твоих двух крыс мы оказались здесь.

– Мои люди хотя бы не действуют у меня за спиной, те, кому я доверяю, – за это время я успела рассказать Кристиану подробности моего пребывания у Картера и то, как именно умер Хит. Картеру это явно не понравилось, что я решила поделиться, он лишь промолчал, но глаза говорили сами за себя.

– Хватит! – перебила я Картера, когда тот уже открыл рот, чтобы ответить Кристиану. – Хватит выводить на агрессию, Картер. То, что мы здесь этого уже никак не исправить, – я отошла от умывальника и на подрагивающих ногах подошла к стене, разделяющей нас, – поэтому прекрати.

– Я уступил тебе уже однажды, милая, и ты видишь, чем это всё обернулось, так что теперь будет по-моему. Даже если тебе не нравится.

Порой мне кажется, что в Картера вселяется тот, который всем и известен. Вернее, в большинстве случаев это именно и он, но бывают моменты, когда мужчина более… человечен. Правда, с момента, как мы оказались здесь, это случается всё реже.

– Не тебе решать, – сказал за спиной Кристиан, которого сейчас не вижу.

На губах Картера расцвела знакомая усмешка.

– Это мы ещё посмотрим, Кристиан.

Иногда мне хочется самой попросить людей, которые за нами наблюдают, чтобы они сделали камеры не прозрачными, и мы перестали слышать друг друга, потому что так споры прекратятся.

– Вы ведёте себя, как малые дети, – взмахнула руками и вернулась обратно к умывальнику, чтобы уже умыться.

– Кстати, Кристиан, куда ты собираешься возвращаться? А то я слышал, как ты напевал эту чудную песню перед сном милой Саре. Про возвращение и обещания.

Я закатила глаза, потому что Картер меня совсем не услышал.

– Не твоё дело.

– Почему же? Просто если ты там что-то придумываешь, то хотя бы логически подумай, – холодная вода быстро прогнала остатки сна, – ладно, что ты сам собираешься неизвестно куда. Но Сара? Ты потащишь её на дно за собой?

– О каком дне ты говоришь? – это уже спросила я, не выдерживая и выключая воду.

– Верно, – Картер хлопнул в ладоши, – мы уже на самом дне! Так повторю свой вопрос. Куда ты собираешься бежать? В лес? К толпе измененных?

– Ты думаешь, что я тебе отвечу? – задал встречный вопрос Кристиан. – Даже если бы нас не прослушивали двадцать четыре на семь, то я бы всё равно тебе ничего не сказал, – да, если у кого-то из нас и есть какие-то идеи насчет побега, то мы банально не можем их обсудить из-за того, что за нами постоянно наблюдают. – Я до сих пор не уверен, что ты не заодно с ними.

– Если бы я был заодно, то сидел бы сейчас здесь, так думаешь?

– То, что ты не в себе, я понял ещё давно, – ответил Кристиан, – так что не удивился бы, – и пожал плечами, а я вернулась на кровать, потому что стоять и ходить несколько тяжело.

– Картер не с ними, – высказалась я, посмотрев на Кристиана.

– Спасибо, Сара, – отозвался Картер.

Каждый из них сейчас разозлен, потому что не владеет ситуацией, поэтому эту злость им нужно выплеснуть.

Наступила тишина, и каждый из них разошелся по дальним углам камер.

То, что нас расположили друг к другу рядом тоже не случайно. Наверняка, они пытаются таким образом узнать подробности и детали, которые правительству могли бы пригодиться. Но в большинстве случаев по ту сторону камер слушают только очередной спор.

Кристиан вернулся и сел на кровать, запуская руку в волосы. Он опять погружается в свои раздумья.

Я поднялась и приблизилась к стене, по которой сползла и приложила руку к тому месту, где находится его голова, желая прикоснуться, но зная, что не выйдет.

– Эй, – позвала тихонько, – уверена, что другие в безопасности, Кристиан. Если бы это было не так, то мистер Фэстэр уже рассказал бы… вернее, захотел надавить на больное, – произнесла тихо, а Кристиан поднял на меня взгляд.

– Знаю, что не стоит зацикливаться на этом, но не могу остановиться анализировать, потому что когда сидишь в четырех стенах, то только это и остаётся.

Кристиан встал и отодвинул кровать в сторону, чтобы также усесться на пол.

Я прислонила лоб к стене,