Хлоя Нейл - Опустошенная

Келли показала фак изображению на экране, и повернулась ко мне. Я все еще была в грязи и вероятно выглядела не лучшим образом.

— Что узнала у Саймона?

— Орден думает, что замешан Тейт. Исходя из нашего последнего разговора, Тейт считает, что вовлечен Малефиций. Саймон убежден, что Малефиций в безопасности, а Мэллори не может приостановить экзамены, потому что Орден не делает исключений, — я села за стол рядом с Линди. — Другими словами, у меня ничего.

— Нет, — сказала Линдси, коснувшись моей руки. — Ты только так думаешь. Информация есть. Ты просто слишком сосредоточилась на деталях, что не упускаешь из виду ситуацию в целом.

— Значит, давай рассматривать ситуацию в целом, — ответила я.

Катчер как-то воспользовался маркерной доской, для выявления схемы рейвов — вампирских кровавых оргий, которые неожиданно возникали по всему городу. У нас имелась электронная доска, поэтому я взяла стилус и включила лежащий на столе планшет, чтобы писать на нем.

— Ладно, — сказала я, начав схематически изображать, то, что нам было известно, что проецировалась на экране. — Мы увидели проявления трех из четырех элементов. Воду, воздух и землю.

— А значит, вероятно, следующий огонь, — сказала Линдси.

Я добавила «огонь» и обвела его в кружок.

— Тейт говорит, что это происходит из-за смещения равновесия между добром и злом. И их дисбаланс нарушает законы природы.

— Потому что кто-то использует Малефиций? — спросила Келли.

— Так считает Тейт, — я продолжила рисовать. — Добро и зло отделили друг от друга. Зло отправилось в Малефиций. Добро осталось за его пределами.

— А Тейт может использовать Малефиций? — спросила Джульетта.

— Даже не знаю, каким образом, учитывая, где он находиться. Его держат под весьма надежным замком. И Катчер показал мне фотографию его комнаты — она пуста.

— Ладно, — сказала Линдси, — А у нас есть какие-нибудь другие основания, чтобы связать Тейта с ныне действующей магией? Больше ничего странного не происходит?

— Мне сняться кошмары, — с сарказмом ответила я.

Но затем я подумала о них.

— Мерит? — тихо окликнула меня Линдси через минуту.

Сердце бешено забилось, и я посмотрела на нее.

— Пару недель назад мне стали сниться сны об Этане. Только на этой неделе их приснилось несколько.

— В том, что тебе снился Этан, нет ничего плохого, — сказала Джульетта. — Учитывая, что произошло.

Я покачала головой.

— Это не совсем обычные сны. Они значительней, — меня накрыло осознание. — В них всегда присутствует один из элементов. Мне снилась буря, затмение и то, что он превратился в пепел.

— Вода, небо, земля, — чуть побледнев, сказала Джульетта. — Тебе снилось то, что происходит в городе.

Я вспомнила сны, и быстро нацарапала их на временной шкале. Мы посмотрели на экран.

— Тебе это снилось, прежде чем оно произошло, — тихо сказала Линдси. — Но что это означает? Что ты обладаешь экстрасенсорными способностями? То есть, думаю, это возможно. В конце концов, у меня же есть улетные таланты.

Я нахмурилась. Вот и объяснение, да только это не про меня.

Джульетта осторожно повысила голос и задала вопрос.

— А могла ли магия, чья бы она ни была и для какой бы цели ни использовалась, могла ли она повлиять на тебя? Я имею в виду через сны?

Тишина.

— Не хочу показаться жесткой, — сказала Линдси, — но Этан умер. На твоих глазах его пронзил кол, и Этан превратился в пепел. Ты видела, как его прах поместили в хранилище Дома.

Она была права, так что я кивнула.

— Знаю.

— Постойте, — сказала Келли, — Давайте не будем забегать вперед. Итак, мы считаем, что Малефиций связан с элементами. Что он собственно собой представляет?

— Тейт сказал, что это сосуд, в который заключено зло, — сказала я. — Больше я ничего не знаю.

Она нахмурилась.

— Но о чем мы говорим? Об урне? О вазе? Вспомни, ты его нигде не видела? Может во время своего визита в Крили Крик?

Я стала ломать голову, воспроизводя мысленные образы вещей в бывшем кабинете Тейта, но так ничего и не добилась.

Зато я знала того, кто бы мог. Я дотянулась до стационарного телефона в центре стола и набрала номер библиотекаря.

Он ответил, представившись.

— Библиотекарь.

— Это Мерит. Я к тебе с вопросом. Что ты знаешь о Малефицие?

Меня шокировало его молчание, а затем он спросил на удивление сурово:

— Как ты узнала о Малефицие?

Я посмотрела на Келли и, когда та пожала плечами, продолжила.

— От мэра Тейта. Я знаю, что это сосуд, в котором заключено зло и бла-бла-бла. Но ты знаешь о нем что-то еще? Он большой? Маленький? Это ларец? Урна?

— Ни то, ни другое, — сказал он. — Малефиций — это книга. Книга заклинаний, которую мы в настоящее время охраняем.

От внезапного всплеска адреналина у меня задрожали руки.

— Что ты имеешь в виду, говоря «мы»?

— Мы, то есть Дом Кадогана. Его дали на хранение Этану.

— Но все маги считают, что он у Ордена. Катчер упоминал Небраску. Как они могли не знать, что он в Доме Кадогана?

Он фыркнул в знак презрения.

— Если бы у тебя была книга, которая содержала в себе все вселенское зло и в которой объяснялось, как с ним работать, ты бы рассказала магам о ее местонахождении? Ты бы позволила хранить его Ордену, людям, которые попытаются использовать книгу? Они помогли выбрать хранителей, но маги — последние, кто должен владеть ей.

Позиция ясна. Итак, обобщая, у Ордена не было Малефиция. Он в целости и сохранности находился в Доме Кадогана.

По крайней мере, должен был находиться.

Но если в городе сейчас действовала магия, которая размыла границы между добром и злом и которая должна была их воссоединить, может он не был в такой уж безопасности…

— И как его хранители, — тихо заговорила я, — где мы держим Малефиций?

— Ты же знаешь, что мне не следует тебе говорить. Но учитывая, что происходит… — он умолк, и я подумала, что он не расколется. Но затем библиотекарь сказал слова, которые изменили все. — Малефиций держат в хранилище Дома.

В связи с этими новостями, Келли позвала в ОперОтдел Люка с Маликом. К сожалению, Фрэнк преследовал их по пятам. Линдси вновь закрыла дверь в Оперативный Отдел.

— Что происходит, Келли? — спросил Малик.

Она посмотрела на меня.

— Лучше пусть скажет Мерит, — сказала она, и предоставила мне слово.

Когда она кивнула, я заговорила.

— Нам известно, что Дом Кадогана — текущий хранитель Малефиция — книги, в которую заключено зло.

Комната погрузилась в тишину.