Изгнанная жена дракона. Хозяйка лавки «Сладкие булочки» - Алена Шашкова

упавший платок поднять, заставляя делать это служанку. Встает до рассвета, ложится поздно. И ребенок… Она действительно с ним возится, как будто он ей нужен. Как будто не было ее просьб унести Дэйрона подальше.

И Алтея не спешит работать на “Драконье сердце”, а они не спешат раскрывать себя, усложняя задачу. Хотя все время крутятся рядом.

По косвенным признакам я уже понял, что мэр тоже работал на них и, когда выгнал взашей из города, приставил к нему охрану узнать, к кому он побежит. А он просто уехал! Конечно, мои люди последовали за ним, но пока новостей нет.

– Я выяснил, – говорит Тарден. – Убитые в Пекарском переулке – члены культа. Но, как обычно, они уже ничего не расскажут. А вот тот мужик, что их убил… О нем практически никакой информации. Может ли он быть убийцей Гилберта Франка?

– За ним следили мои люди, – перебиваю его я. – И сегодня его взяли под стражу. Допрошу его сам.

– Может, я тебе помогу? – предлагает Вард.

– Или я? – Тарден тоже тут.

Хорошо, хоть Нортон и Фларен не предлагают свою помощь, а то я бы давно подумал, что они считают меня бесполезным.

– Идите в бездну оба! – взрываюсь я. – У меня сбежала жена, а не отнялись все части тела! Я прекрасно могу справиться с допросом, если вы помните про мой Дар.

– Но если он принадлежит культу…

– Не принадлежит, – твердо говорю я. – Мы бы уже знали об этом. Вы лучше расскажите, что вы выяснили про тех, кто приехал с Его Величеством?

Вот теперь мрачнеют оба дракона. Тарден смотрит на свои сцепленные пальцы, а Роувард только сжимает челюсти.

– Мои люди проверили всех, – говорит Тарден. – Все в свите не первый год и даже не второй. Проверенные, верные и не вызывающие никаких подозрений.

– Я общался со всеми на ужине в честь прибытия Его Величества, – рассуждает Вард. – Там, конечно, зашкаливающее высокомерие, тщеславие и жадность. Но ни у одного не было настроя на государственный переворот.

Ему доверять можно: точнее могу сказать только я после применения своего Дара истины. Но не буду же я ходить по всем и применять силу? Это не самая приятная процедура. А если кто-то еще и из культа, то мой Дар может убить.

– И все же я почти уверен, что это кто-то из приближенных, – говорю я. – Помнишь, Вард, один из тех, что управляли мануфактурой в Хельфьорде, сказал тебе, что они даже там, где нам кажется, что их не может быть.

– А на ужине все присутствовали? – глубоко задумавшись, уточняет Тарден.

– Вроде бы да… – хмурится Вард. – Я не видел, чтобы кто-то отлучался.

– Я… отправлю своего человека опросить прислугу, – говорит Тарден. – Они всегда знают гораздо больше, чем нам кажется. Может, кто-то опоздал, ушел раньше или отлучался…

– Есть еще одна проблема, – начинаю я, а потом задумываюсь, стоит ли говорить об этом друзьям.

Меня прожигают двумя тяжелыми взглядами.

– То, что ты так и не вернул сына? – уточняет Тарден. – Когда мы ехали в королевской процессии, там был весь город. Неужели ты так и не почувствовал Дэйрона? Ты точно уверен, что он здесь?

Уверен. Даже знаю где. Но в том и дело, что если нагряну забрать его, точно не останется никаких шансов размотать клубок. Они снова залягут на дно, а я не выясню правды.

Киваю:

– Да. Дело не в этом, – наконец, решаю рассказать я. – Дело в том, что мы не знаем, чего добивается сейчас культ. До этого их мотивы были понятны: они хотели лишить Нортона наследника и усугубить войну с орками, избавиться от королевского щита в лице Тардена, подчинить дракона Роуварда с помощью менталиста и собрать много артефактов против нас… Но чего они хотят сейчас?

– Это должно быть что-то серьезное: в городе и все ненавистные им драконы, и лояльный к ним монарх, – говорит Тарден.

– И все будут собраны в одном месте и в одно время – в Храме Всеблагого в праздник, – продолжает Вард.

И как-то это связано с той самой пекарской лавкой, где обосновалась моя жена, ведь не зря же мэр так рвался отхватить себе это место. Только что там может быть такое? И на что готовы культисты, чтобы добиться этого?

– И у нас совсем нет времени, чтобы разобраться во всем, ведь до праздника осталось всего два дня… – заканчиваю я.

А это значит, что мне все же придется нанести визит Алтее.

Глава 59

День тянется невыносимо медленно под внутренний звон тревожного колокола. Из головы никак не хочет уходить Рейкен и то, что его арестовали. Ко мне даже Анхель забежал обеспокоенно.

– Да не простые стражники его увозили, – он очередной раз покачал головой. – Военные самого драконьего герцога. Знать, совсем пропал малый. А ведь толковый… Далеко бы пошел.

– Так, может, еще отпустят? – с надеждой произнесла я.

– Ты бы сходила к ним, Летиция, рассказала б, как все на самом деле было, – он посмотрел на меня своими уставшими глазами. – Все ж твоего мальчонку спасал, бедовый…

Я сама об этом только и думала весь день. Да только что меня после этого ждет? Ведь наверняка раскроют меня, как пить дать!

И ведь все из-за меня! Из-за меня и Дэйра Рейкен попал в беду. Он спас нас, а теперь страдает сам.

"Не накручивай себя, – советует Мурик, который незаметно появился рядом. – Может, все не так плохо".

– А может, и хуже, – шепчу я, качая Дэйра на руках, будто это может меня успокоить.

Малыш чувствует мое волнение и начинает капризничать. Качаю его и брожу по пустой лавке туда-сюда, пока он не засыпает. А после этого поднимаюсь и укладываю Дэйрона в кроватку под присмотр Мурика.

Хорошо, что хоть после утреннего наплыва после обеда никого нет. Я даже отпустила Грету и повесила табличку “закрыто”, потому что сил моих больше нет.

Но в этот момент до моего слуха доносится звон колокольчика. Я напрягаюсь. Табличка висит, просто так из покупателей никто не пойдет. Райта и Грета на празднике. А Рейкен… Может ли это быть он?

Топорик, который я упрямо оставляю под своей кроватью, сразу же оказывается в моей руке.

– Посмотри, пожалуйста, – наказываю я Мурику, а сама, покрепче перехватив топор, иду вниз.

На нижней ступеньке замираю, глядя, как совершенно незнакомый мужик по-хозяйски изучает лавку. Он словно приценивается ко всему, что в ней есть.

Пальцы нервно сжимаются на рукоятке топора, но я его увожу за спину, чтобы сразу видно не было, и