Наваждение генерала драконов - Мария Павловна Лунёва

хорошо знает. Ну что ему стоит коснуться ее руки?! Заглянуть в ее глаза!

– А с лилиями вообще интересная история приключилась, – между тем прощебетала девушка, не поднимая взгляда. – Когда работы были завершены, то местный лерд решил, что как-то маловато красоты заморской. Покумекал и связался с ведьминским родом, что живет на другом континенте. Те его выслушали и подарили птиц. И не простых, а редких, с шикарными хвостами. Раздобрились они, хорошо снарядили обозы. Вот и подкармливали голосистых пернатых кормом, который с ними и прибыл. Раскидывали по берегу его. А через какое-то время появились цветы, но они отличались от тех, что росли на их родине. Наши ярче и больше. Видимо, много здесь магии осталось после строительства водоемов, вот ее лилии и впитали. А птицы улетели. Несколько лет здесь пробыли и махнули домой.

– Да, – Хэйл кивнул, – слышал я об этом в детстве. Тебе бы в академию, Надия.

– Тетя запретила, – печально выдохнула она. – Удел приличной драконессы – брак, муж и дети.

– Ну тогда ваша тетя вовсе не приличная, – хмыкнул Ульви, – не заметил я у нее ни мужа, ни детей.

Надия тихо засмеялась. Ее лицо преобразилось, став таким хитрюще-проказливым.

– А отец мой? С ним говорила? – Хэйл тоже усмехнулся, оценив колкость брата.

– Не спрашивала, – ее плечи опустились, – мы совсем редко приезжать стали. А он занят. Я и письмо думала писать, но если тетя перехватит его – голосить начнет. Она хочет как лучше, пытается дать то, чего не получила сама. Но характер…

– Да, я ее никогда дольше пяти минут вынести не мог, – признался мой генерал. – И все же зря ты молчишь. Отец к тебе очень хорошо относится, тепло. Попроси, пока вы здесь.

– А платить? Там ведь дорого! – Надия подняла на него взгляд.

– Заплатит. – Хэйл повел плечами. – Куда ему еще деньги девать?! Ну, даже если и нет, то это сделаю я. От него только письмо для поступления, как от опекуна.

Она просияла, а я открыла для себя еще одну черту характера своего серебряного дракона – щедрость! Ведь было понятно, что он не шутит. Поможет. И Надия, судя по тому, как сейчас сверкали ее чистые светлые глаза, знала об этом. И верила ему…

…А между тем ландо выкатилось на широкий песчаный берег. Да, пруды впечатляли. Я ожидала, что это будет небольшая лужица, а тут… И берега противоположного четко не видать.

В душе кольнул страх. Вода! Сколько ее здесь!

– Если не хочешь, Айла, то не стоит оно того. – Рука Хэйла прошлась по моей спине успокаивающе.

– Стоит! – проворчала я. – Я хочу увидеть эти лилии.

– Ты никогда не умела отступать, – выдохнул Ульви, на его лбу залегла складка. Он хмурился.

– Нет, и ты об этом знаешь.

Брат только покачал головой, но продолжать разговор не стал.

Хэйл спрыгнул с ландо и помог мне спуститься на землю, после, даже не взглянув на Ульви, повел меня к небольшому домику лесника. У берега стояли крепкие двухместные лодки. Я с тревогой взглянула на них. Страх недовольно заворочался в душе.

– Это ведь правда безопасно? – малодушно пробормотала я, оглядывая перевернутое суденышко с облупленным днищем.

– Конечно, Айла, я же буду с тобой, – подбодрил меня генерал.

Кивнув, я сглотнула. Страх никуда не исчез, просто отступил, но, чувствую, ненадолго. Оставив меня на песчаном бережку, Хэйл отворил дверь и скрылся в ветхом домике. Его место рядом со мной тут же занял брат. Недовольно покосившись на водную гладь, Ульви сложил руки на груди.

– Здесь красиво, – тихо шепнула я.

– Да, – кивнул он.

– А ты злюка! – припомнила я ему то, как он вел себя за завтраком.

– Просто мне не нравится, когда тебя оскорбляют. – Он прекрасно понял, о чем я. – Ты моя сестра, Айла, и я никому не позволю мешать тебя с грязью.

– Ты сейчас мешаешь, Ульви! Нельзя судить о человеке, глядя на его даже некровного родственника. – Я обернулась на Надию, которая мялась у ландо, оставшись одна. – Просто взгляни на нее, пожалуйста. И не обижай.

– Если я это сделаю, ты успокоишься и перестанешь искать мне пару? – Брат бросил взгляд на девушку и, улыбнувшись, махнул, подзывая к нам.

– Ну…

– Пятое желание, Айла! Я гуляю с Надией, собираю ей эти лилии, разговариваю и веду себя максимально расположенно, а ты от меня отстанешь после этого. Ну и отдашь книгу.

– Как я узнаю, что ты сделал все, как обещал?

– А я разве когда тебя обманывал? – Он все так же улыбался, глядя, как Надия спешит к нам.

– Хорошо, – нехотя согласилась я. – Пятое желание. Ты идешь сейчас на свидание.

– Договорились. – Лицо Ульви стало просто донельзя довольным. – К слову, она подкована в истории этого края. Это хотя бы не будет скучно.

* * *

Я была расстроена. Хэйл налегал на весла и о чем-то негромко рассказывал. Я кивала, улавливая знакомые слова: «пруды», «цветы», «виноградники», «ты меня не слушаешь». А сама думала о своем.

У меня ничего не получилось! Я не смогла выполнить свою часть соглашения с отцом.

Там, дома, в шкатулке так и будут лежать эти письма с просьбой моей руки и приданого, сердце там никому не нужно.

Совсем никому! Сейчас я и вовсе не понимала, что будет дальше. Как-то не задумывалась об этом. Я ведь никогда не проигрывала. Все всегда было так, как хочу я, и только я. Эгоистка! Да, не спорю. Но похоже, что и мой эгоизм потерпел поражение. Ульви переиграл.

Как?

Сама не поняла. Оказывается, плохо я знала брата, или, возможно, он показывал мне себя только с лучшей стороны. Но не в этот раз.

Умный, расчетливый, хитрый и изворотливый. Кого я ботаником называла?! Стыдоба!

С какой легкостью он натравил на меня прорву поклонников в первый же вечер. Как красиво развел меня на все желания. Позор мне!

Эта поездка перевернула все с ног на голову. А самое страшное – мы скоро отправимся домой.

И что потом? Вот что?

Я не знала. Мне было хорошо здесь и сейчас. Рядом с этим драконом. На этом пруду. И уже не так страшила вода. И сердце билось как пташка. Я чувствовала себя живой. Красивой молодой орой. Желанной и, возможно, чуточку любимой…

Но всему этому придет конец. Турнир, а после…

– Айла, – Хэйл закрепил весла и склонился ко мне, – ты сама хотела приехать сюда. А теперь сидишь и смотришь в одну точку.

Моргнув, я взглянула на его озабоченное лицо. Серые глаза не казались уже такими холодными и жестокими. А складочку на лбу и