Душа моя, гори! - Виктория Яровая

Чуть не свалилась с телеги от удивления. Откуда узнал? Опустила глаза, чтобы не выдать себя с потрохами, и усиленно замотала головой. Какой же прозорливый этот врач. Надо бы его чем-то отвлечь.

– Хватает у нас тут смельчаков, – тем временем продолжил он. – Наслушаются сказок и лезут. А мы потом вылавливаем то, что от них осталось. Штук пять, а то и больше за оборот набирается.

Мужчина так тяжело выдохнул, что мне как наяву представилась жуткая картина растерзанных водопадом тел. Передернула плечами и почувствовала, как заныла левая рука. А вот и повод. Тихонько застонала и прижала ладонь к больному месту. Доктор сразу переключил внимание на меня.

– Тебе тоже досталось? Давай гляну, – сказал он и принялся осматривать мою руку, на которой растекся фиолетовый синяк.

Пока он ощупывал мою пострадавшую конечность, я следила за тем, чтобы мы ехали в правильном направлении. Что там с Грэгом? Не помер еще? Хотя, если бы он отправился к праотцам, то и я поспешила бы следом. Раз жива – Грэг дышит. Я расслабилась и позволила себе немного отдохнуть.

Прохладная мазь из запасов доктора приятно ласкала ушибленную руку, я прикрыла глаза. Может, так удастся избежать допроса? Мужчина осведомился, болит ли где еще. После моего отрицательного ответа он назвал меня счастливицей и замолчал.

Спустя долгих полчаса тряски мы прибыли на вершину холма и, к моей великой радости, сразу нашли Грэга. Он лежал неподвижно с прикрытыми глазами и часто дышал. Доктор Гир осмотрел пациента и перетянул ему широкой повязкой грудь. Следом влил в рот содержимое прозрачного пузырька, недовольно ответив на мой вопрос, что это от боли.

Выполняя указания врача, я помогла взгромоздить Грэга на повозку и успела шепнуть, чтобы ничего о нас не рассказывал. Мало ли проболтается. Некрасиво получится. Под причитания доктора о нашей глупости, особенно когда он увидел отсутствие руки у Грэга, мы поспешили в деревню.

К дому врача подъехали с другой стороны и направились к длинной каменной пристройке. Наверное, больница. Навстречу нам выскочила полная женщина в униформе: голубые рубашка, шаровары и платок на голове. Ее выученные движения меня успокоили. Здесь даже медсестра есть.

Моя радость быстро прошла, когда у практически бесчувственного Грэга изо рта потекла тонкая струйка крови. Липкий озноб пробежал по телу, челюсти свело от ужасных картин будущего, пока я наблюдала, как еле дышащего Грэга укладывают на широкий стол.

– Легкое пробито. Мари, готовь инструменты, а вам лучше выйти, – спокойным голосом сказал доктор Гир и отправился в другой конец комнаты, на ходу переодеваясь.

Я не двинулась с места. Стояла у стола и всматривалась в бледное лицо Грэга. Казалось, я чувствую холодные лапы смерти. Она протягивала к нему свои когти. Как и тогда… в моей прошлой жизни… она пришла за мной. Я впала в ступор и зависла между небытием и явью. Голова сама заходила из стороны в сторону. Нет! Нет и снова нет! Я не хочу опять умирать! Злость растопила холод ужаса, и я быстро задышала. Не в этот раз! Медленно наклонилась и шепнула на ухо Грэгу:

– Не смей! Слышишь меня, однорукий? Не смей! Иначе я лично найду твою клешню и отдам ее Наили, чтобы она ей горшки чистила. Понял?

Грэг мне не ответил. Лишь его сиплое дыхание долетело до ушей. Зато голос доктора прозвучал громко и совсем рядом:

– Сказал же вам выйти.

Медленно отступила на пару шагов и вскинула голову. Черта с два я оставлю Грэга без присмотра. А если проклятье взбунтуется? Доктор его не может видеть и прикоснуться тоже. Но я-то вижу, как оно пульсирует и отбирает последние силы у моего мужа.

– Я останусь здесь. Он мой даами, – твердо произнесла я и отошла в сторону, чтобы не мешать.

Доктор Гир аж подпрыгнул на месте. Мужчина изумленно на меня посмотрел, потом кинул быстрый взгляд на руку Грэга. Увидев там подтверждение моих слов, он крикнул:

– Мари! Пошли за жрецом! Быстро! – он снова глянул на меня и пояснил: – Нужно разорвать ваш союз. Он может не выжить.

– Нет, – произнесла я громко и четко, чтобы отказ услышала и медсестра.

На меня, как на сумасшедшую, уставились две пары изумленных глаз. Какая мне разница, что они думают. Пока я не верну Грэгу руку, он должен быть рядом со мной. А я, благодаря даами, должна быть в безопасности рядом с ним.

Нас привлек стон Грэга.

– Разорви, – прохрипел он, едва приоткрыв глаза.

Быстро подошла к мужу и стерла рукавом кровь с его щеки. Неясное и тоскливое чувство защемило в груди и тут же пропало.

– Это тебе стимул, – сказала я, успокаиваясь. – Знай: не выживешь – будешь виноват в моей смерти. Так что уж постарайся, милый.

Позади раздался бубнеж доктора. Я четко расслышала слово «идиоты», и меня отодвинули в сторону. Я не мешала, лишь внимательно следила за действиями врача и ждала. Что еще оставалось? Только смотреть.

Врач открыл небольшой флакон с темной жидкостью и окунул туда длинную иглу. Быстрым движением он сделал укол в шею Грэга, и я с удивлением увидела, как тело супруга начинает обмякать. Вскоре он лежал без сознания. Ничего себе! У них тут и наркоз имеется.

С трудом заставила себя смотреть, как Грэгу удаляют кровь из легкого и выводят через металлическую трубку избыток воздуха. Затем чем-то мазали, чем-то давали дышать, делали бесконечные медицинские манипуляции и в конце туго забинтовали.

– Пока его трогать нельзя, пусть тут полежит. Если не откроется кровотечение, то жить будет, – устало сказал доктор. – Идите поспите. Мари поможет.

– Спасибо! – искренне поблагодарила я. – Лучше посижу тут.

Видя, что я не собираюсь никуда уходить, медработники не стали спорить и принесли мне деревянный стул. Сложив руки на стол с лежащим на нем Грэгом, я уронила на них голову. Как же я устала! Прикрыла глаза и мгновенно уснула.

Разбудил меня чей-то злой взгляд.

Глава 26

Грэг

Болело все. Казалось, от малейшего вдоха горит каждая частичка моего тела. С трудом разлепил слипшиеся веки и проморгался. Где я? Воспоминания приходили медленно и неохотно. Меня хорошо потрепало. А как Оля? Дрожь пробежала по телу, но быстро стихла. Раз я жив – даами тоже. Она отказалась развестись даже под угрозой смерти! Спятившая идиотка! Накатила злость и заставила сжать