Хлоя Нейл - Опустошенная

Джек, чьи яркие голубые глаза были подведены сурьмой, оглядел меня.

— Ты как раз такая, какой я тебя и представлял, — сказал он с легким южным акцентом.

Я смущенно улыбнулась.

— Наверное, мне нужно сказать спасибо?

— Это комплимент. Ты восхитительна, и мне нравится твоя челка.

В Джеке было что-то обезоруживающее. Благодаря его широченной улыбке складывалось впечатление, что он не будет попусту трепать языком, поэтому комплимент приобретал значимость.

Не скажу, как я отнеслась к тому факту, что он знал как я выгляжу. Неужели Джонах обо мне рассказывал?

— Спасибо, — произнесла я, — надеюсь, я ничему не помешала?

— Мы говорили о технике двойных мечей, — ответил Джонах, затем потянулся к карману за бумажником.

— Что-нибудь выпьешь?

— Нет, спасибо. Что за техника?

— Это когда пользуются двумя катанами одновременно, — объяснил Джек. — Думаю, с этой техникой только в цирке и выступать. Совершенно непрактичная и используется только для шоу и запугивания.

— А я считаю, наш друг Джек в корне не прав, — добавил Джонах, — и использование двух катан — величайшая грядущая тенденция в мире боевых искусств.

— Клянусь богом, ну ты и упрямый, — произнес Джек, закатывая глаза. — Когда в последний раз ты сражался с двумя катанами?

— А я и не прочь бы, если бы это оружие было разрешено стандартом.

— Вот и я о том же, — сказал Джек, подмигнув мне.

Я улыбнулась в ответ.

— Послушай, — сказал Джонах, — я ведь говорю о возможностях. А на поле боя сгодиться любое оружие.

— Даже два меча? — удивилась я.

— Да, два меча, моя подруга с одной катаной.

Джек с сомнением хмыкнул, но добродушно дотронулся своей бутылкой пива о бутылку Джонаха.

— Полагаю, если что, то можно будет пропустить и работу с двумя и тремя мечами, и сразу перейти к работе с четырьмя.

— Принято, — в один голос выкрикнули они и снова чокнулись своими бутылками.

Ребята были для меня полной загадкой, и я тупо смотрела на них обоих.

— Ты ведь знаешь о технике с Четырьмя Мечами? — спросил Джонах.

Я покачала головой.

— А можно прочитать тебе лекцию на тему какой ты чайник?

— Очень не хотелось бы. Учи меня, но только без всяких профессорских заморочек.

Джек усмехнулся.

— Я знал, что ты мне понравишься. Просто знал.

— Однажды, давным-давно, — начал Джонах, — в далеком королевстве, жил-был Самурай. Он верил, что ему судьбой предначертано путешествовать по свету и помогать тем, кто в нем нуждался. Как Самурай он путешествовал с четырьмя мечами, каждый их которых представлял один из четырех элементов — воздух, огонь, землю и воду.

Да уж, этого в последние дни нам хватала элементов.

— Самурай путешествовал по миру, чтобы обучать людей искусству владения мечом и однажды он прибыл в Европу.

— И именно этот Самурай обучил вампиров сражаться с помощью катаны, — испортила интригу я.

— Именно, — сказал Джонах. — Но ты знаешь, что именно Скотт был тем вампиром, который встретил Самурая и поделился новым искусством со всеми остальными? И что те самые четыре меча теперь висят в Доме Грея?

Я посмотрела на Джонаха и Джека.

— Правда?

Джек дотронулся до моей руки.

— Это история — да, но не верь ему, когда он начнет рассказывать, как спас всех сироток в Канзас Сити, когда Годзилла разрушал город.

— Это была уединенная деревня и сбежавший горный лев, — подправил Джонах.

Если он говорил правду, полагаю, история была достаточно драматичной.

Джек отмахнулся от его слов и посмотрел на часы.

— Я должен бежать. Если наступит конец света, я хочу встретить его в объятиях любимой. Или, по крайней мере, Пола, — проворчал он.

— Конец света решит проблемы с Полом, — высказался Джонах, — как и расставание с ним.

Джек двусмысленно фыркнул.

— Если наступит конец света, то он уже пообещал преследовать меня в аду. Хотя в случае расставания, аналогично.

— Иди уже, Джек или убейся.

— Смотри, как бы я ни убил тебя, — с улыбкой ответил Джек, яростно тыча пальцами Джонаху в лицо. Затем, его выражение поменялось.

— Увидимся завтра, босс. Квартальный отчет будет на твоем столе.

— Спасибо, — поблагодарил Джонах.

Джек протянул руки и обнял меня.

— Рад был познакомиться, Мерит. Позаботься о нашем начальнике, — прошептал он, оставляя меня краснеть.

— Проблемы в отношениях? — поинтересовалась я в надежде, что Джонах не слышал последние слова, пока мы наблюдали за исчезающим в толпе Джеком.

— Нескончаемая трагедия, — ответил Джонах. — А я, как ты, возможно, поняла, не люблю драмы. Джек относится к ним гораздо терпимей. К несчастью, у Пола терпения еще больше.

— Джек, кажется, стойкий парень, если не брать в расчет драмы.

— Джек — олицетворение преданности, — произнес Джонах. — А я ценю преданность.

— Хорошая черта характера.

— У меня такое чувство, что в последнее время ты ее не часто наблюдаешь.

Правильно, что меня немного напугало.

— Я больше не Страж.

Он замер.

— Что?

Я рассказала ему о Фрэнке, об испытании, обо всем, что случилось прошлой ночью.

— Я теперь охранник, — призналась я, но потом нахмурилась. — Ну, я веду себя как охранник. Насколько я знаю, официально меня не назначили на эту должность. В любом случае, признаюсь, такое чувство, будто меня понизили в ранге.

— Понятно, — ответил он с немного чересчур самодовольной улыбкой. — Раз я начальник охраны, не делает ли это теперь меня выше тебя по званию?

— Определенно нет, — ответила я, тыча пальцем ему в грудь. — Большое спасибо, надо мной уже хватает начальников.

— Так, просто проверил. В любом случае, мне жаль, что Дому Кадогана подвергся такому. Если бы не вы, то были бы мы или Наварра. ГС просто… Ну, ты знаешь мои мысли по этому поводу.

Я было открыла рот, но потом закрыла его снова, обдумывая, что именно сказать и как это сказать. Я решила начать издалека.

— Мы можем поговорить о кое-чем еще?

— О моей сексуальности?

— О КГ.

Он с интересом поднял брови.

— А ты знаешь, как привлечь внимание парня.

Я отвернулась, затем снова посмотрела на него.

— Думаю, пришло время предпринять некоторые шаги для защиты своего Дома. ГС подвергает моих коллег, моих друзей опасности. Это неправильно, и если есть что-то, чем я могу помочь, я это сделаю. Поэтому, я бы хотела присоединиться к Красной Гвардии.

С минуту Джонах молчал.

— Это единственная причина, по которой ты согласна? Если ты согласна по какой-то другой причине, я тебе откажу.