Хлоя Нейл - Опустошенная

— Оставайся на своем месте, Мерит. Оставайся на этом столбе или ты будешь снята с должности Стража этого Дома. То же касается и Джульетты. Если вы не можете поставить всеобщее благо выше отдельного индивида, тогда ни один из вас не достоин своего места.

Всхлип эхом прокатился из той части лужайки, где стояла Джульетта, когда я изумленно посмотрела на Фрэнка.

— Вы не можете снять меня с должности Стража. Меня назначил на нее Этан. И только Малик уполномочен меня разжаловать.

— Ох, только я могу, — сказал Фрэнк. — На мне лежит обязанность навести в Доме порядок. Вампир, который добровольно отказывается от испытания и отказывается придерживаться установленных стандартов для своих братьев и сестер по оружию, вовсе не является вампиром, который в первую очередь руководствуется интересами Дома.

Я посмотрела на Джульетту. Ее трясло от невыносимой боли. Она рыдала, обхватив себя руками.

— Джульетта, спускайся оттуда!

— Н-не мо-могу! — заикаясь, ответила она. — Я не могу не быть охранником. Я только это и умею. Этот Дом — моя жизнь.

Которой она бы лишилась, не предприми я что-то. Наказание было несправедливым. Но еще более несправедливо заставлять Джульетту страдать вдвойне: от солнечных ожогов и из-за потери работы в Доме.

Моя работа — защищать жителей этого Дома, настолько долго, насколько это возможно, пусть даже и на протяжении всего лишь следующих минут. Если бы я так просто могла списать со счетов ценность ее жизни, я вообще не должна была быть Стражем.

Решение далось просто, однако это не значит, что было легко выносить его последствия. Этан назначил меня Стражем. Этан провел мою Коммендацию в Дом и с легкостью поставил меня на эту должность. Пусть я возможно и не была готова принять ее тогда, сейчас она была моя. Моя, чтобы занимать и оберегать.

И как в случае с медальоном, моя, чтобы терять.

Я нашла лицо Малика в толпе. Когда он мне кивнул, я подняла руки вверх.

— Я сдаюсь, — заговорила я, — Я сдаюсь. Джульетта выиграла. Снимите ее!

Ринувшись к столбу Джульетты, Люк протянул руки, схватил ее и понес в Дом, сопровождаемый вампирами, которые укрывались в тени. Всходило солнце и мои физические и умственные способности покидали меня. Тело тряслось от усталости, но мне удалось спрыгнуть вниз, не угодив под ближайший луч света. Передо мной возникло ликующее лицо Фрэнка.

— Не стоило так изощряться, чтобы меня уволить, — сказала ему я ему и наслаждалась, когда с его лица исчезала улыбка.

Он сам удостоверился, чтобы мне достался самый безопасный столб. Ведь тогда мне бы пришлось сдаться, чтобы не допустить, чтоб кто-то сгорел. Полагаю, можно считать комплиментом, раз он считал, что я пожертвую собой… и что он находил меня достаточно опасной, раз решил, что лучше оставить Дом без Стража, чем меня на этой позиции.

— Не понимаю, о чем ты.

— Сомневаюсь, — ответила я, — Но это уже на вашей совести.

Я поспешила к Малику, который стоял в дверном проеме Дома, удостоверяясь, что все благополучно зашли внутрь.

Фрэнк зашел последним. Как раз перед тем, как солнце залило двор светом. К счастью, ставни Дома были уже опущены.

С минуту я стояла в тихой прохладной кухне, закрыв глаза и наслаждаясь темнотой.

Когда я открыла глаза, единственным, кого я увидела, был Малик.

— Мне жаль, — сказала я ему. — Возможно, это не самое лучшее решение для Дома, лишаться своей должности, но я не могла просто стоять там и позволить ей терпеть.

— Это единственный правильный поступок, — заверил меня он. — И все-таки, учитывая, что здесь Кабот…

Ему не нужно было заканчивать мысль. Я не могла оставаться Стражем пока Фрэнк и ГС контролировали Дом.

Ах, как же все изменилось. Всего за несколько месяцев Этан умер, и Дому назначили нового Мастера. Которого сразу же заменили. Офис Омбудсмена уничтожили. Меня сняли с должности Стража.

Когда Этан назначил меня на эту должность несколько месяцев назад, у меня ведь не было выбора. Вот и сейчас ничего не оставалось, кроме как смириться и реагировать как можно терпимей.

Даже если я буду действовать самостоятельно, я буду делать это с храбростью. Как Страж в сердце и в голове, пусть и не официально.

Я кивнула.

— Понимаю.

— Этан бы гордился твоим сегодняшним поступком, Мерит. Я горжусь тобой. Как и остальные вампиры этого Дома. Ты играла с Каботом единственным приемлемым способом, пусть и исход был предрешен.

— Хотя результат тот же. Дом остался без Стража.

Малик лукаво улыбнулся.

— Ты лишилась лишь своего текущего положения. Ты не можешь быть Стражем по крайней мере некоторое время. Но он не накладывал никаких ограничений на службу в качестве охранника.

Несмотря на обуревавшую меня усталость, мне удалось улыбнуться.

— Очень изобретательно, Сеньор.

— Иногда бываю.

Я заковыляла к себе в комнату, уничтоженная солнцем почти до потери сознания. К прохладным накрахмаленным простыням и успокаивающей темноте. Меня даже хватило на то, чтобы заплакать, когда голова упала на подушку. Я подавляла гнев, разочарование и горе, которые вырывались сейчас в связи с тем, что я сумела закончить испытание.

Горе, из-за того, что за один вечер я потеряла связь и с Этаном, и с Домом: узы, которые нас связали, когда он назначил меня Стражем и медальон, который я носила как знак своей клятвы.

Я все еще была охранником этого Дома и не отрицала важности этой роли. Но возникло ощущение, будто от меня оторвали еще одну частичку Этана.

И боль от этого была не меньше.

Глава шестнадцатая

И ВСЯКИЙ ГОРОД ИЛИ ДОМ, РАЗДЕЛИВШИЙСЯ САМ В СЕБЕ, НЕ УСТОИТ

Я проснулась в том же мрачном настроении, в котором отрубилась несколько часов назад. К счастью, этой ночью мне ничего не снилось. Я подумала притвориться больной, спрятаться под одеялом в постели, однако подобный поступок вряд ли решил бы мои проблемы или проблемы города.

Встав и приняв душ, я задумалась, звонить ли Мэллори. Без сомнения, она переживала стресс из-за экзаменов, и я не была уверена, стоило ли позволять ей во время учебы вести себя как отшельник. С другой стороны, она же сама попросила меня не отвлекать ее, пока она не сдаст экзамены.

Это задевало.

Разумеется, у нас не впервые возникли разногласия. Она встречалась с парнем, которого я считала противным, а она относилась к моим родителям лучше, чем я. Мы отдалились, когда я стала вампиром и проблематично привыкала к своей новой жизни. Ее уроки чародейства в Шаумбурге тоже не способствовали нашим встречам.

Но нам всегда удавалось прийти к взаимопониманию. Мне оставалось только надеяться, что и в этот раз ничего не изменится, что, несмотря на магию и экзамены, нам вновь удастся обрести друг друга.