Пленница проклятого демона (СИ) - Силаева Ольга

Я невесело рассмеялась:

— Любовь, например?

— Куда больше.

Его голос был ровным, но в нём не было никакого хвастовства.

— Церон не позволит тебе этого.

— Я нужен ему куда больше, чем он мне, — безразлично произнёс Тень. — Иначе с чего бы, как ты думаешь, он не злоупотребляет проклятием и мы общаемся как равные? Ему нужен союзник, а не марионетка.

— Но он всё равно меня сломает.

— Тебя не так просто сломать. Кроме того… — По губам Тени скользнула улыбка. — Я же сказал, что многое могу тебе предложить.

Я резко встала.

— Многое? Мне нужна одна-единственная вещь, Тень. Ты можешь предложить мне Конте?

Глаза Тени едва заметно расширились. Он тоже встал.

— Это всё, что тебе нужно? Конте?

— Да. — Я спокойно встретила его взгляд. — Конте — и свобода быть охотницей.

— Но не будущее рядом со мной.

— Нет.

Лицо Тени не дрогнуло.

— Уверена? Я не повторяю своих предложений дважды.

— Знаю. И услышала всё, что ты хотел сказать. — Я передёрнула плечами. — Зачем вообще тебе я? Конте мёртв, ты меня купил, Церон вот-вот сведёт меня с ума. Ты получил всё, что хотел. Или мне ещё и раздвинуть для тебя ноги этой ночью?

— Не мешало бы, но я переживу, — спокойно сказал Тень. — Пожалуй, вот теперь и впрямь пора идти в дом.

Он вновь подхватил меня на руки, прижимая к себе. Я попыталась вырваться, но Тень легко перехватил меня вновь.

— Ты так и не научилась проигрывать, — заметил он, шагая к дому.

— Никогда не научусь, — процедила я.

— Зря. Потому что, только проиграв окончательно, можно надеяться победить.

Я промолчала. Да, Тень знал об этом лучше всех — он, полукровка, живущий под нависшим над ним мечом проклятия. Но я верила словам Конте.

«Там, за поворотом, мы обязательно встретимся, Закладка. Ты и я. И зададим жару всем демонам Подземья».

— Конте, — беззвучно прошептала я, чувствуя, что меня снова душат рыдания. — Я не справлюсь против всех демонов Подземья одна. Но это ведь не повод сдаваться, верно?

Я проснулась среди ночи. Без одежды, хотя я не помнила, как её сбрасывала.

Мне приснилось, что Конте был жив. Я смеялась с облегчением, целовала его рубашку, держала за руки, раз за разом выслушивая всё более невероятные истории о том, как ему удалось бежать…

…И проснулась.

В реальном мире. В мире, где Конте больше не было. И никакие сны не могли его заменить.

Хотелось закричать. Хотелось завыть.

Я беззвучно заплакала. Губы вздрагивали, из носа тут же предательски потекло, и я то и дело сглатывала слёзы, не решаясь пошевелиться, чтобы не разбудить Тень.

Я хотела перестать реветь. Но мне было слишком больно.

А потом меня всё-таки прорвало. Рыдания продрались наружу, и меня заполнила боль. Острая, пронзительная, какая бывает лишь раз в жизни, — когда всё слишком плохо, чтобы в это поверить, и ты защищаешься этим неверием, но наступает миг, и даже оно даёт сбой. Я плакала совершенно по-детски, захлёбываясь, сжав кулаки и едва сдерживая тихие, отчаянные подвывания.

— Ну же, — раздался шёпот. — Всё будет хорошо, Дара. Тише. Всё будет хорошо.

Это был не голос Конте, но сейчас я хотела его слышать. Хотя бы его. Хотя бы кого-нибудь.

— Я не перестаю думать, что это всё ложь, — вытолкнула я. — Что казни не было, мне просто сказали, что он казнён, а на самом деле… на самом деле…

— Казнь была, боюсь, — проронил Тень. — И её видел весь город. Я не хотел, чтобы её видела ты.

Я закашлялась, поперхнувшись слезами:

— Почему?

— Потому что Конте этого бы не хотел. И потому что… — Он с усилием дёрнул головой. — Нет. Я не могу тебе сказать. Не сейчас. Просто подожди пару дней.

— Подождать чего? — Я с горечью усмехнулась сквозь слёзы. — Конте не вернёшь.

— Но твои сны с Цероном непозволительно близко. А я не рядом с ним во дворце, и это значит, что… — Тень вздохнул. — Неважно. Просто прими, что тебе не стоило быть на казни Конте — ради него самого.

— Я тебе не верю, — прошептала я. — Думай что хочешь, но ты ошибаешься. Он хотел бы видеть меня там.

— Я не думаю. Я знаю.

Я представила Конте — одного среди толпы в свои последние минуты, ищущего меня взглядом, пока я лежала на кровати с Тенью, — и безудержно разрыдалась снова.

Тень обнял меня, прижимая к себе, не переставая шептать что-то успокаивающее и бессмысленное, — и меня прорвало окончательно. Дикими, совершенно беспомощными рыданиями, которые никак не желали заканчиваться. Так стыдно, кажется, мне не было никогда в жизни.

Наконец рыдания перешли в судорожные всхлипы, и Тень чуть отодвинулся, давая мне дышать.

— Тебе снилось что-то особенное? — тихо спросил он.

— Обычный сон. — Я торопливо вытерла глаза. — Человеческий. Конте был жив.

— Я понимаю.

— Нет. Не понимаешь.

Вместо ответа Тень взял мою ладонь и медленно, совершенно так же, как это девять лет назад делал Конте, прочертил по ней круг, словно на неё упала дождевая капля, расплёскивая воду. Я замерла, задержав дыхание, и палец Тени вновь прочертил круг по моей ладони.

— Продержись совсем немного, — произнёс он негромко. — Ты сама не знаешь пределов своей силы. Просто доверься себе.

— Тогда, боюсь, тебе придётся плохо. Ведь мне придётся тебя убить, чтобы сбежать.

Тень хмыкнул:

— Не скажу, что я удивлён этим выводом.

Его палец раз за разом выводил круги по моей ладони, и невидимый дождь продолжался. А минуту спустя я услышала, как по крыше забарабанил самый обычный дождь. Струи, смывающие кровь и боль. Не до конца, но дарующие передышку.

— Тень, — прошептала я. — Почему ты хочешь, чтобы я осталась рядом с тобой?

— Потому что предложение, которое ты мне сделала насчёт того, чтобы подчиняться мне в постели целиком, было очень соблазнительным, — задумчиво сообщил Тень. — И потому что ты рядом, а домик Золотых Слив изрядно мне надоел.

— Как-то уж слишком неромантично, — сонно пробормотала я.

И чуть не подскочила, когда до меня дошло:

— Какое предложение?

— Ты сделала его во сне. Не бойся, я не буду пользоваться им наяву. — Тень наклонился над моим ухом. — Пока сама не предложишь.

— Вот уж чего тебе точно ждать не стоит.

Тихий смешок.

— Не думаю. Спи.

Я закрыла глаза, прислушиваясь к звуку дождя. К невидимым каплям, которые одна за одной падали в мою руку, подчиняясь прохладным пальцам Тени. К тёплому огоньку надежды, который всё-таки поселился в груди. Надежды, что мне хватит сил жить дальше.

И провалилась в глубокий сон без сновидений.

Глава 52

Казнь Конте состоялась.

Я всё-таки не верила до конца. Но на следующий день к Тени несколько раз приезжали посланцы от Церона и Венде, и мне удалось уловить пару обронённых фраз в разговоре прислуги, когда мы с Тенью спускались вниз. Я услышала достаточно подтверждений. Даже если бы я жадно не прислушивалась к каждой случайной фразе, я легко могла бы составить себе полную картину.

Перед тем как отвезти его на казнь, Конте избили до неузнаваемости: он из последних сил пытался бежать, но, конечно же, неудачно. Всё его лицо было в кровоподтёках, но на эшафот он поднялся сам. Небрежно скинул палачу на руки свой кожаный плащ и попытался что-то сказать, но ему, конечно же, не дали. А потом…

…Потом всё было кончено.

Когда я наконец это поняла, что-то во мне словно оборвалось. Мир продолжался, но словно выцвел и потемнел, будто на меня опустили колпак из бутылочного стекла. В этом мире не было Дары Незарис, не было солнца, нежности и тепла. Я вообще не чувствовала, что имела право на тепло.

Только на месть.

Но Тень продолжал за мной следить внимательно и спокойно, и я прекрасно помнила, на что он способен. А значит, мне оставалось лишь выжидать — и надеяться, что удобный случай скоро мне представится.

На следующее утро после казни Конте Тень полдня провёл в кабинете, сидя над одним и тем же листом бумаги. Раз или два он начинал писать — и тут же сжигал весь лист целиком, даже не пытаясь зачеркнуть что-то или начать заново.