В плену удовольствия. - Анастасия Алексеевна Смирнова

понимает.

- Спасибо, Амелия, - ответила я, чувствуя, как благодарность переполняет моё сердце, как весенний ручей после долгой зимы.

- Но решение за тобой, - сказала она, отпуская мои руки, её пальцы слегка дрогнули, как будто она тоже боролась с эмоциями. - Ты должна решить, готова ли ты бороться за своё счастье.

Я стояла перед выбором, как перед пропастью. Уехать и забыть всё, как страшный сон. Или остаться и бороться за человека, который, возможно, действительно не безразличен мне.

И вдруг я поняла, что выбор уже сделан. Я посмотрела на Амелию, её лицо было освещено мягким светом, который пробивался сквозь витражи, и произнесла:

- Я останусь.

- Я так и знала, - ответила она, её улыбка была тёплой, но в глазах всё ещё читалась тревога.

- Но я не собираюсь просто ждать, - продолжила я, чувствуя, как решимость наполняет меня, как солнечный свет, пробивающийся сквозь тучи. - Я буду бороться за своё счастье.

- И это правильно, - ответила она, обнимая меня, её объятия были тёплыми и утешительными, как весенний день после долгой зимы. - Потому что настоящая любовь стоит борьбы.

- Спасибо тебе, Амелия, - произнесла я, чувствуя, как слёзы снова стекают по моим щекам, но на этот раз они были слезами облегчения и надежды.

- Не за что, - ответила она, вытирая мои слёзы, её голос звучал мягко, но в нём было столько силы. - Просто будь готова к тому, что путь будет долгим.

Глава 30. Признание в чувствах.

После разговора с Амелией тьма, словно густая смола, заполнила моё сердце. Больше не осталось места для наивных мечтаний о счастливой любви. Теперь я знала горькую правду: Раэл той ночью был трезв. Он был хладнокровен, расчетлив, каждый его шаг был осознанным и продуманным.

Я ощущала, как внутри меня что-то трескается, словно тонкая стеклянная ваза под тяжестью времени. Больше не было той робкой девушки, которая боялась поднять на него взгляд. Теперь я стала другой - дерзкой, уверенной, словно хищница, готовая к схватке.

На следующий вечер я спустилась к ужину. Платье облегало моё тело, как вторая кожа, подчёркивая каждый изгиб. Волосы струились по плечам, словно шёлковый водопад, а глаза мерцали, как звёзды в безлунную ночь. Я знала, что сегодня всё изменится.

Раэл замер, его взгляд метнулся ко мне, как стрела. Он смотрел на меня, и в его глазах я видела смесь удивления и чего-то, что я не могла распознать. Его дыхание стало тяжёлым, а пальцы сжались в кулаки.

- Добрый вечер, - произнесла я низким, бархатным голосом, усаживаясь напротив него.

- Эвелина... - начал он, но я перебила его, подняв бокал с вином.

- Можешь называть меня просто Лина, - сказала я, слегка улыбнувшись, но в этой улыбке была скрытая угроза.

- Что происходит? - его голос звучал холодно, как зимний ветер, но в глубине его глаз я видела искру интереса.

- О, ничего особенного, - ответила я, небрежно поправляя прядь волос. - Просто решила немного измениться.

- И что же заставило тебя измениться? - он прищурился, его взгляд стал острым, как лезвие ножа.

- О, знаешь, - я наклонилась к нему через стол, чувствуя, как воздух между нами становится густым и вязким, - я решила, что если ты можешь играть с моими чувствами, то почему бы мне не сыграть с твоими?

Его глаза сузились, но в них промелькнуло что-то, что я не смогла понять. Он приподнял бровь, его губы изогнулись в усмешке.

- Играешь с моими чувствами? - спросил он, его голос звучал мягко, но в нём таилась угроза.

- Именно, - я отправила в рот кусочек еды, стараясь не выдать своё волнение. - Я решила, что если ты можешь быть холодным и отстранённым, то почему бы мне не быть такой же?

- И что же ты хочешь этим добиться? - его голос стал опасно спокойным, словно тихий шёпот перед бурей.

- О, я просто хочу показать тебе, - я наклонилась ближе, чувствуя, как моё сердце бьётся быстрее, - что могу быть такой же безжалостной, как и ты.

- И ты думаешь, что это сработает? - его взгляд прожигал меня, как раскалённое железо.

- А почему бы и нет? - я подняла бокал с вином, чувствуя, как внутри меня растёт уверенность. - В конце концов, ты же не единственный, кто умеет играть в эти игры.

- Ты ошибаешься, - его голос стал почти угрожающе мягким, как шёпот змеи. - Я единственный, кто знает все правила этой игры.

- О, я готова учиться, - я позволила своей улыбке стать игривой, но в глубине души я чувствовала, как страх борется с решимостью.

- И что же ты готова отдать за это обучение? - его глаза блестели, как тёмные омуты, в которых можно утонуть.

- Всё, что потребуется, - я не отводила взгляда, чувствуя, как мои руки начинают дрожать.

- Ты даже не представляешь, о чём говоришь, - его голос дрожал, но он всё ещё оставался холодным, как лёд.

- О, я думаю, что представляю, - я встала из-за стола, чувствуя, как меня охватывает решимость. - И я готова к любым последствиям.

- Ты не знаешь, во что ввязываешься, - его голос прозвучал, как приговор, но я не дрогнула.

- А ты думаешь, что я боюсь? - я подошла к нему ближе, чем когда-либо, чувствуя, как его дыхание обжигает мою кожу.

- Ты должна бояться, - его голос звучал тихо, но в нём было что-то, что заставляло меня замирать.

- Почему же? - я посмотрела ему прямо в глаза, чувствуя, как моё сердце стучит в груди.

- Потому что обратной дороги не будет, - его слова прозвучали, как гром среди ясного неба, но я не отступила.

- А мне и не