Ань-Гаррэн: Белая ворона в мире магии - Мишель Фашах

Когда мы закончили, было уже совсем темно, и я поплелась в палатку к оркам, как и завещал мне товарищ Босс. Орков там не оказалось, и я растянулась на одной из куч шкур. Под утро вернулся Ургкых.

— Ты бы сказала, что хочешь Ургкыха снова, я бы в дозор не пошел, — почесал он затылок и улыбнулся.

— Я… — мой мозг плохо реагировал на раннее пробуждение, и попытки сформулировать хоть какую-то внятную фразу, которая не поставила бы меня в неловкое положение, проваливались одна за другой.

Он сел на импровизированную кровать и обнял меня довольно крепко, но тут мое тупящее существо решили вытащить из сна окончательно.

— Мадам немагичка, вас к себе Босс зовет! — влетел в палатку тот самый юнец, что недавно был моим сторожем.

— Пойду умоюсь и приду, — ответила я юноше, пожала плечами Ургкыху и вышла вон.

Над шатром Босса витала черная туча — или это только мне так казалось, ведь без страха я не могла переступить его порог. Немного осунувшийся, с синевой под глазами от недосыпа и небрежно пролитого на камзол вина, Босс нервно царапал какие-то знаки на стопке измятых бумаг.

— Завтрак! — рявкнул он юноше, бросив на меня злобную усмешку.

— Доброе утро, — пролепетала я, присаживаясь на краешек табуретки.

— Если бы я хотел копаться в этой бумажной трухе… — он осекся и испепелил меня взглядом. — Кто будет приводить этот хаос в порядок?! — вопрос, казалось, был адресован обшарпанной стене.

— Иридия? — робко предположила я.

— Это еще кто?

— Моя личная помощница… У меня с ней магический контракт.

— А что насчет земель светлоэльфийского королевства?

— Я разберусь. Условия останутся прежними.

— Хорошо, — в голосе Босса вдруг послышалось облегчение.

Ему тут же подали завтрак, и он даже немного повеселел, хотя пельмени сначала его немного позабавили.

— Пирожки в воде?!

— Это вкусно.

Он осторожно поддел вилкой пельмень, но тот предательски выскользнул, окатив лицо и шею эльфа брызгами бульона. Я молча протянула ему ложку. Ничуть не смутившись, он зачерпнул ложкой пельмень вместе с водой и отправил в рот, а затем вытерся каким-то замызганным платочком с золотой окантовкой.

— Неплохо. Что ж, продолжим, — он снова погрузился в бумаги, и до позднего вечера мы просидели над ними.

В итоге мы договорились, что Иридия приедет, чтобы привести все в порядок, и ей будут предоставлены все гарантии безопасности и комфорта. Босс, обрадованный перспективой скорого избавления от бумажной волокиты, даже распечатал бутылку вина.

Договорились мы о многом, но для финансов ключевым был пункт, по которому я покрывала лишь недополученные усредненные доходы разбойников. Как только их доля начнет превышать эту сумму, я прекращаю выплаты и смогу направить средства на развитие бизнеса.

— Скажи мне вот что, — Босс, уже совсем расслабившийся, был весел и откровенен. Остальные вопросы либо потеряли свою актуальность, либо были не ко времени. — Зачем тебе все это? Тебе что, плохо живется? Ресторан, как я вижу, процветает, королевой ты стала, зачем все эти хлопоты?

— Ты, эльф, проживешь хрен знает сколько лет, а я, немагичка, буду жить недолго и скучно. А я так не хочу. Хочу быть веселой старушкой, участвовать в пьянках, вкусно есть, веселиться и иногда наказывать зарвавшихся клиентов. Для меня, как для немагички, уж слишком мало тут развлечений, — я обвела рукой шатер.

— Странное у тебя представление о счастье.

— Кстати, мне надоело называть тебя "Босс". Ты мне не босс, мы вроде как партнеры… Может, предложишь что-то? Я не прошу твое настоящее имя, но какое-то обращение было бы неплохо, — решила я воспользоваться его захмелевшим состоянием.

— Зови меня Дьинелем, — он наклонился к моему уху и совсем уж зашептал: — Ты и сама мне своего имени не открыла, но я и так догадался: Арь Тэй Мита, невеста королей.

Я немного впала в ступор. Давно я не слышала этой странной интерпретации имени греческой богини, которым я когда-то воспользовалась.

— А на людях? — с придыханием спросила я.

— Что сама предложишь? — он снова одарил меня хитрой усмешкой, отступая на безопасное расстояние.

— Ди?

— Вполне, но боюсь, тогда мне придется величать тебя "Ваше Величество".

— В кругу своих можешь звать и Лидой.

— Идет. Я вымотан и мечтаю о сне, — намекнул он прямо.

Я вытекла из шатра еще расплываясь от жара его дыхания и шепота, который повторялся во мне снова и снова.

Наконец позавтракав, я обнаружила барда, изнывающего от нетерпения. Ему не терпелось исполнить ту самую песню, которую мы ночью доводили до ума, но он не решался без моего одобрения. Я махнула рукой, разрешая ему делать с ней все, что заблагорассудится, и попросила лишь об одном: чтобы мое имя не упоминалось вовсе. Бард умчался куда-то и вернулся лишь спустя полчаса в сопровождении двух здоровенных мужиков.

Они вышли к самому большому костру, и в воздухе разлились знакомые с детства ноты. Слова были иными, и я понимала их вопреки желанию слышать на этом языке, но… все равно… Я кожей ощущала волну тепла, что разлилась по поляне. Имитация ударных с помощью оркского барабана и какой-то палки, замена остальных инструментов грубым духовым звучанием — все это казалось диким, но в то же время это было именно то, чего мне так не хватало.

После первого же исполнения новоиспеченную группу заставили петь снова и снова, пока все, как один, не выучили песню наизусть и не стали вопить ее во все горло. К счастью, местный Босс был утомлен и пьян, вряд ли он слышал этот концерт. Мужики горланили почти до полуночи, пока у половины не пропали голоса. Счастливые, охрипшие и с отбитыми в кровь ладонями, они разошлись по своим палаткам.

Я уже собиралась плестись в палатку к оркам, когда чья-то рука сжала мое плечо. Я вздрогнула от неожиданности, но одного взгляда на владельца этой руки хватило, чтобы сердце забилось ласточкой. Суровый взгляд темных, и каких-то безумных глаз не предвещал ничего хорошего.

— Тебе бы сейчас же уехать к своему королю, его ищейки уже рыщут возле нашего лагеря… — прошептал Ди.

— Лошадь? — это был единственный вопрос, который я смогла сформулировать, быстро и по существу. На долгие обсуждения ситуации времени не оставалось.

В голове пульсировал страх, ноги предательски дрожали, и не только от предстоящей ночной скачки по незнакомому лесу, но и от осознания полного провала плана «по-тихому» съездить к бандитам и от грядущей реакции Карла на это.

Ди подвел меня к лошади и одним ловким движением забросил в седло. Он шепнул что-то животному на ухо, погладил по голове и шлепнул по крупу. Лошадка резво