Спасение для лжепринцессы - Ульяна Муратова

– Хорошо, тогда сделаем так, – подобрался Мейер. – Я сообщу в службу, одену тебя и отнесу туда. Но в дверь к ней ты должна сама позвонить. Я прикроюсь щитом незаметности, но слишком близко подойти не смогу. Буду находиться шагах в двадцати.

– Это меня устроит. Как думаешь, стоит искупаться перед выходом?

Одежда промокла от пота, как и волосы. Хотя температура в комнате к банной не стремилась, напротив.

– Нет. Чем хуже, тем лучше.

– Да ты мастер сомнительных комплиментов.

– Что есть, то есть, – пробормотал Мейер, строча на листочке.

Закончив, вложил его в шкатулку и со вздохом принялся одевать меня в плащ с такой заботой, что захотелось дать ему по голове и разрыдаться – можно в любой последовательности. Ответ от службы правопорядка пришёл быстро. Нам сообщили, что отряд уже отбыл в сторону Золотого дома и будет ожидать там в засаде.

– А у Ваендис нет связей в службе правопорядка? – осторожно спросила я. – Мало ли какие к ней ходят клиенты.

Мейер ненадолго замер, задумавшись, а потом ответил:

– Мы не можем этого знать. В любом случае ты сейчас под моей защитой, тебе сделать ничего не смогут.

– Я же не принадлежу к вашему клану и не твоя невеста.

– Этот вопрос мы решим чуть позже. А сейчас тебе достаточно знать, что с тобой ничего не случится. Готова? – спросил вилерианец, сверяясь с запиской от сыскарей и картой города.

– Нет, – честно ответила я, стуча зубами. – Но всё равно пойдём. Кстати, не лучше ли нам взять экипаж? Или этот, как его, виркт нанять?

– Я… не умею вирктом управлять, – смутился Мейер. – Хочу себе такой купить, но пока не было времени выбрать, да и хотелось сначала достроить дом.

– Я тоже хочу научиться вирктом управлять.

– Договорились. А нанимать необязательно, тут недалеко, быстрее пешком, чем ждать.

Мейер бережно подхватил меня, усадил на левую руку и вынес из палаты.

– Мы скоро вернёмся, – кинул он секретарю в приёмной.

Удивительно, но к вечеру дождь почти унялся. Вилерианец поправил наши капюшоны, держа меня одной рукой, чем (самую малость) восхитил. Всё-таки приятно, когда тебя на руках носят. К такому можно и привыкнуть. И правда, через минут пять я уже привыкла и даже вяло вертела головой. Холодный воздух немного взбодрил, а волнение от предстоящей встречи придало сил. Мейер остановился и принялся чертить в воздухе магические знаки.

– Это отвлечёт от нас внимание, – шепнул он. – Если я правильно понял, то Золотой дом прямо за углом.

– Почему его так называют? – также шёпотом спросила я.

– Увидишь, – тихо ответил мой ездовой вилерианец.

Не увидел бы только слепой. Ровно посередине квартала стоял облицованный золотом дом. Даже в тусклом свете хмурого зимнего вечера он выделялся среди других, как золотое яйцо выделяется среди обычных. В общем, любопытное наблюдение: если покрыть стены дома золотом, то он сразу начинает выглядеть как бордель, резиденция цыганского барона… или церковь.

Мейер донёс меня почти до самого входа, а потом поставил на ноги.

– А где сыскари? – говорить старалась одними губами, чтобы не выдать нас ни звуком.

Он молча мотнул головой в сторону, но я ничего там не разглядела.

– Не волнуйся. Если что, свидетелем буду я, этого достаточно, – подбодрил Мейер и напитал силой, прежде чем отойти в сторону.

Без его поддержки колени сразу ослабли, в глазах поплыло, а пот градом потёк по спине. Наверное, без подпитки магией я бы отъехала в обморок. Казалось, узкая улочка решила сжать в каменных объятиях и размозжить о золотую стену, сделав из меня кровавый барельеф великомученицы вилерианской.

Собрав все силы, какие только остались, всю злость и всё отчаяние, я постучала.

Невыносимо долго ничего не происходило, а потом дверь открыла уже знакомая девушка – та пухленькая с шальным взглядом – одетая лишь в халат на голое тело.

– Лиза?

– Позови Ваен…дис, – выдавила я, чувствуя, как кружится голова.

Но страшно не было. Я знала, что если не справлюсь, то Мейер подхватит, унесёт, напоит мерзким пойлом, которое тут по недоразумению называют лекарством, завернёт в одеяло и останется рядом. Почему-то эта простая мысль придала сил. Иногда выиграть проще, если ты знаешь, что проигрыш – не конец света.

Я пошатнулась и ухватилась за косяк.

– Кумарит тебя, да? – хмыкнула девица. – Сейчас, погоди. Хочешь зайти?

В ответ я замотала головой. Порог выглядел непреодолимым препятствием, да и входить внутрь было страшно.

Шалая исчезла в глубине дома, оставив входную дверь нараспашку. Я изо всех сил цеплялась за косяк, обливаясь потом и дрожа от злости.

Ваендис, как всегда великолепная и затянутая в изысканное платье, появилась в дверях три года спустя. Как минимум три, а может, и десять. Время звенело в ушах, и я отчётливо понимала, что переоценила свои силы примерно в бесконечность раз.

Куртизанка стояла передо мной в сиянии золотого убранства своего дома, безгранично прекрасная и отвратительная, словно сама была Вилерией. Опасной, забирающей надежду и толкающей на неблаговидные поступки. Жестокий аватар жестокого мира, восхитительно притягательный и неимоверно отталкивающий одновременно.

– Ваена, мне плохо… – пробормотала я заплетающимся языком. Играть не приходилось, мне и правда было настолько дьюково, что все силы уходили на то, чтобы не упасть. – Мне нужны… конфеты…

– Конфеты? – переспросила она, оценивающе меня разглядывая. – Возвращайся в отель, Лиза. Я пришлю тебе разных конфет.

– Не смогу, Ваена. Не смогу дойти… – выдохнула я и вцепилась в косяк из последних сил.

Она бросила оценивающий взгляд по сторонам, но улица была абсолютно пуста.

– Сюда же ты как-то дошла…

– Доползла. Я буду стоять тут, пока ты не дашь мне конфету, – я посмотрела в бесчувственные красивые глаза куртизанки и всхлипнула: – Пожалуйста… Я просто хочу, чтобы это прекратилось. Я сделаю всё, что ты скажешь. Перееду к тебе хоть завтра. Только дай конфету!

Я молила искренне. Хотела, чтобы всё поскорее закончилось, хотела рухнуть в объятия Мейера и закрыть глаза. Отключиться. Расслабиться. Уснуть. И в то же время понимала, что кошмар только начинается и что его виновница стоит передо мной в кружевном серебристом платье, под которым провокационно угадываются очертания сосков.

– Сейчас не лучшее время, – прошипела Ваендис. – У нас гости. Приходи попозже.

– Не могу, Ваена. Я сдохну! У тебя на крыльце сдохну!

Она поджала губы и сказала:

– Жди!

Перед глазами всё перемешалось. Золотой дом словно ожил и пытался укусить меня дверным проёмом. Я сползла на залитое водой крыльцо и уткнулась лицом в мокрый холодный рукав. Чуть-чуть. Надо продержаться совсем чуть-чуть. Приступ дикой слабости вдруг сменился трясучкой, от которой