Искра твоей души - Иванна Осипова

Босые ноги Фанни подкосились, и она рухнула перед решёткой на колени. Эрри Уикфил с наслаждением следила за мной и горничной, рыдавшей на каменном полу.

— Я не хотела говорить, эрри. Простите меня! Это я виновата: струсила и сбежала из зала, когда там уже не было господина Лазаря! Эрри Кларисса сразу заметила, что бабочка улетела.

— Наивная Доротея доверилась прислуге, — мелодично рассмеялась Кларисса. — Запомни этот урок. Впрочем, тебе он не пригодится.

— Простите, простите… — Фанни поползла к решётке, ухватилась за прутья. — Я так испугалась.

Я присела, взяла её за руки.

— Не надо. Не унижайся. Я тебя не виню. Гости не… не обидели тебя?

Мне было важно знать, что Фанни не попала в жадные лапы к чудовищам в человеческом обличии. Она поняла мой вопрос и отрицательно помотала головой — на душе стало легче.

— Глупое милосердие, — надменно фыркнула герцогиня. — Они этого не ценят. От меня служанка получила за предательство дома Уикфил, но предала она не только свою хозяйку. Ваша затея с побегом могла завершиться удачей, если бы не горничная.

Я удивлённо вскинула голову, пытаясь понять, как Фанни помогла Клариссе разыскать нас в парке.

— Я так тщательно воспитываю прислугу. Придётся быть строже, — с досадой сказала герцогиня. — Пусть она сама скажет. Ну же! Признавайся! — Эрри Уикфил легонько ткнула носком сапожка служанку в бок.

Фанни судорожно прижала руки к груди, но так и не поднялась. Как же ей было холодно на камнях в изорванном платье. У меня сердце заныло от жалости и осознания несправедливости.

— Мне пришлось вернуться за платьем, когда вы говорили с господином Лазарем. Хозяйка требовала немедленно отнести одежду портному для доработки к балу! Я слышала про побег. Слуги хорошо знают тайный ход в дальней части парка.

— Это ты была за дверью? — Я начинала понимать: Тиан не ошибся, подозревая, что кто-то нас подслушал.

Фанни не выдала нас сразу же, как узнала о заговоре, но пойманная на балу, не смогла выдержать допроса и угроз. В чём её винить? У Клариссы были верные способы добиться своего.

— Простите, эрри! Если бы я не убежала, никто бы не заметил, что вас нет. Я достойна вашего презрения!

— Я не презираю тебя, милая, — мягко ответила я и твёрдо посмотрела на герцогиню. — Фанни первая. Кто второй свидетель?

— О, этот понравится тебе ещё больше! — Хозяйка радостно захлопала в ладоши.

— Это я, дорогая целительница, — проскрипел знакомый голос.

Из тени за спиной Клариссы вышел Лазарь. Чёрный здоровый глаз секретаря ничего не выражал кроме глухого безразличия. Он словно смотрел сквозь меня. Без тепла и участия.

«Это не Тиан! Не может быть он!»

Когда мы бежали, маг вернул собственную внешность, изображал одного из гостей. Ведь участникам охоты доступны любые входы и выходы, а самые безумные выходки не вызовут подозрений.

Мне пришлось опереться на толстые прутья решётки, чтобы снова не упасть в обморок. В глазах потемнело, но вместе с этим в памяти вспыхнули образы проклятой ночи в парке. Каким-то чудом я продолжала тогда воспринимать происходившее, запоминать, не осознавая этого. Я снова была там…

Тени стражников и огни переносных фонарей плясали среди белоснежного парка. Человек, закутанный в плотную накидку, наклонился ко мне, посмотрел в лицо и повернулся к гвардейцам.

— Стойте! Мы желаем сохранить свои жизни! Я готов говорить с герцогиней! — скрипуче прокричал он.

— Разумное решение, — усмехнулся молоденький командор, которого Кларисса взяла на место Эдама.

Он тут же принялся раздавать указания:

— Поднимите эрри и несите в дом. Мертвеца в сарай. Следите за горбуном.

— Я не сбегу. — Скрипучий голос звучал спокойно и размеренно. — И позволю себе дать вам дельный совет.

Как оказалось, мой обморок не был столь уж долгим и глубоким, быстро сменился безвольной слабостью. Из-под прикрытых век я увидела, как горбун присел над телом Тиана, протянул к нему руку.

— Не тратьте время на мертвеца. Это обычный наёмник. Он помогал мне, немощному калеке, за плату золотом. Пусть слуги закопают его где-нибудь в парке.

— Сами разберёмся, — недовольно фыркнул командор.

— Дело ваше, — Лазарь безразлично пожал плечами. — Я бы поторопился предъявить хозяйке трофей, — сказал секретарь. — Кто первым привезёт в особняк молодую ведьму, несомненно, получит награду.

Стражники загудели встревоженным ульем:

— Горбун не дурак!

— Вот умище!

— Я первый их увидел! Награда моя!

— Много вы навоевали бы без командора, — возразил их молодой начальник.

Кажется, меня подняли и понесли. Дальнейшее я помнила плохо. Теперь, глядя в изуродованное лицо настоящего Лазаря, я испытывала злость и презрение к предателю. Тиан рассчитывал на помощь друга, а тот запросто отдал меня врагу.

— Как тебе такой свидетель? — радостно переспросила Кларисса. — Верный Лазарь признался, что попал под твоё очарование, но вовремя одумался.

— Секретарь достоин своей эрри. — Я сжала прутья решётки, сверля Лазаря ненавидящим взглядом. — Есть только собачья преданность сильной руке, а не дружба.

«Тиан погиб напрасно, понадеялся на предателя», — подумала я.

— Я предпочитаю факты, а не видимость, — ответил Лазарь и обратился к хозяйке: — Позвольте мне вернуться к моим обязанностям.

— Иди, Лазарь, — величественно кивнула Кларисса. — И больше не доверяй юным красавицам.

Секретарь поклонился эрри Уикфил, затем мне и, уходя, произнёс:

— Иногда рассвета приходится ждать немного дольше, эрри Доротея. Особенно в самую длинную ночь года.

53

Я потеряла счёт времени. Бежали минуты, часы, а я не знала, сколько их прошло. Сидя в подземелье, трудно было понять, как быстро утекает моя жизнь. День Звёзд неотвратимо приближался.

Один раз мне принесли горячей еды в глиняном горшочке. Кларисса расщедрилась, решила подкрепить силы ведьмы перед ритуалом. Охваченная безразличием, я поела без особого желания. Лазарь громко заявил стражникам, что человек, который вёл меня через парк, погиб — Тиана больше нет со мной. Что делать целительнице без своего мага? Передо мной будто возникла непреодолимая стена, о которую я уже расшибла голову.

Наверное, я сходила с ума: разговаривала сама с собой, бормотала под нос отрывистые фразы, клочками пролетавшие в сознании.

— Наёмник, — я горько усмехнулась. — Он назвал друга наёмником. Слуги похоронили Тиана словно бездомного пса.

Слова Лазаря казались странными, но я не находила в себе