Элизабет Нотон - Отмеченная

Голосом полным эмоций, которых он прежде не испытывал, но сейчас ощущал из-за женщины в его объятиях, Терон сказал:

– Идем, здесь нам делать нечего.

Горе Акации было почти осязаемым, но она повернулась и пошла вместе с ним к деревьям.

– Я не понимаю мир, в котором ты живешь, – пробормотала Кейси, вытирая глаза.

Нет, конечно нет. Иногда Терон и сам его не понимал. Аргонавт притянул ее ближе к себе.

– Терон, я так устала, – прошептала она.

Воин взял ее на руки. Когда она не запротестовала, Терон понял, что Кейси устала даже сильнее, чем хотела показать. Его сердце екнуло. Она быстро угасала. И события последних дней явно не пошли на пользу.

Они не успели пройти и десять метров по лесу, как почувствовали перемену в воздухе. Похоже, Акация тоже ощутила изменения, потому что напряглась в объятиях Терона.

– У меня плохое предчувствие, – прошептала она ему в шею.

У него тоже. Терон медленно поставил ее на землю.

И не успели они обернуться, как позади них раздался первый крик.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Про Орфея Изадоре было известно только одно: андрасзнал то, что было скрыто ото всех остальных. Например, где околачиваются боги и как проникнуть в их святая святых.

– Я не могу войти вместе с тобой, – пояснял Орфей, натягивая на голову капюшон черной накидки, чтобы скрыть лицо. – Плащ рассчитан лишь на одного, а мне ни разу не хочется застрять на Олимпе. Зевс созвал одно из своих ужасно скучных собраний, так что все боги соберутся у него в храме и примутся просто из кожи вон лезть, лишь бы впечатлить напыщенного кретина. Ты ведь знаешь, в чем разница между подхалимом и идиотом, верно, Иза?

Принцесса недоуменно нахмурилась.

– Глубина восприятия, – усмехнулся Орфей собственной шутке.

– Что с Персефоной? – спросила Изадора, пытаясь привлечь его внимание.

Самодовольная усмешка арголейца пропала.

– Она будет там, где я сказал.

– Почему ты так уверен? Может, она…

– Поверь мне, она будет там. Каждый раз, сбегая от матери, Персефона идет к деревьям. Там есть, что губить.

Инстинктивно Изадора не доверяла Орфею, но другого выбора не было. И если план не сработает…

Проигнорировав тошноту, Иза задрала подбородок.

– А где будешь ты?

– Спрячусь здесь, прикинувшись низшей формой жизни, которой и являюсь. – Орфей раздраженно зыркнул на принцессу из-под капюшона. – Если облажаешься, Иза, то мы оба пропали.

Она кивнула.

– Я справлюсь.

Еще раз глубоко вздохнув, что никак не успокоило ее желудок, Изадора натянула капюшон на голову и повернулась к воротам, запиравшим вход на гору Олимп. Ради всех богов, она собиралась ступить на освященную землю!

Хорошо, поправка. Ради самой себя, и Иза очень надеялась, что старина Зевс не узнает о ее присутствии. Этого бога понимающим не назовешь, а характер у него хуже, чем у семи аргонавтов вместе взятых в плохой день.

Осторожно подойдя к воротам, Иза затаила дыхание. Когда ни один стражник не посмотрел в ее сторону, принцесса убедилась, что они ее не видят. Плащ–невидимка Орфея сработал. С растущей уверенностью, она поскорее проскользнула между стражниками и остановилась у края извилистой дороги, ведущей к храмам.

Пожалуйста, пусть только Орфей не солгал…

Изадора повернула влево и пошла вдоль низкого каменного ограждения мимо пшеничных полей и оливковых рощ, пока не вышла к лесу. Большие деревья, названий которых она не знала, высились над ней, закрывая солнечный свет. Низкие кусты и ползучие виноградные лозы стелились по земле.

Принцесса прошла метров четыреста в тумане, пока не заметила, что кусты и растения вокруг нее кажутся больными и увядшими. Чем дальше в лес, тем чернее была земля, будто ее выжгли, а немногие оставшиеся растения засохли и погибли.

Услышав какой–то легкий шум впереди, Изадора остановилась и увидела среди почерневших стволов деревьев маленький пруд. Трава по краям водоема пожухла, а ветви деревьев, когда–то прикрывавшие этот прежде зеленый оазис, лишились листвы и поникли. От поляны веяло неописуемой печалью. И в центре пруда, всего в нескольких сантиметрах над поверхностью воды, парила лежащая на спине Персефона, касаясь глади лишь кончиками растопыренных пальцев.

Даже в такой позе, расслабленная и грустная, она выглядела истинной королевой. Королевой подземного мира. Королевой смерти и уничтожения, которой она и была.

Изадора занервничала и оглянулась назад, чувствуя, как от тревоги и неуверенности по спине бегают мурашки.

Принцесса застала богиню в одиночестве, как и хотела, но вдруг ее язык стал неповоротливым, а в горле пересохло как в пустыне.

Персефона, со своими черными волосами и гибким изящным телом, напоминала сирену, но была в тысячу раз сильнее и в миллион раз опаснее. И испугала Изадору намного больше, чем та ожидала

– А я все гадала, сколько же тебе понадобиться времени, чтобы сюда добраться.

Изадора словно вмерзла в землю. Огляделась. Богиня ведь не с ней сейчас…?

– Разумеется, я говорю с тобой, – подтвердила Персефона, повернув голову и пригвоздив Изадору на месте взглядом темно–зеленых глаз цвета ирландских полей. – Ты что же думаешь, я не знаю, что ты и твой друг–полудемон замышляете? Тебе позволили пройти через врата Олимпа, лишь потому что я решила: стоит выслушать такую отчаянную особу. И потому что твоя тревога меня забавляет. – Она тяжко вздохнула. – Мне здесь так скучно.

Изадора открыла было рот, чтобы ответить, но не издала ни звука.

– А похоже, ты не в таком уж и отчаянии. – Персефона посмотрела вверх, на небо. – А я-то уж подумала, что намечается что-то интересное. Тебе явно не хватает стиля твоего отца.

– М-моего отца?

«О, молодец, Иза. Верно, бери быка за рога».

– Прошло двадцать семь лет с тех пор, как царь Леонидас стоял здесь, на этом самом месте. И просил почти то же самое.

Проблема самой Изы вдруг отошла на второй план.

– Минутку. Мой отец приходил к вам?

Персефона раздраженно посмотрела на принцессу.

– А разве не это я сейчас сказала? Не тормози, девчонка.

Насколько Изадора знала, ее отец ненавидел сующих не в свое дело нос богов. Вообще-то царь всеми силами старался не допустить их вмешательства в дела Арголеи.

– Зачем мой отец приходил сюда?

Персефона фыркнула и подняла руку; вода закапала с ее длинных, элегантных пальцев.

– Хотел попросить меня повлиять на Аида. Разве ты не за этим пришла?

Ух ты. Вот так новость.

– Да, за этим, – в изумлении ответила Изадора. – Но я не понимаю, зачем моему отцу вмешиваться в это дело.