Развод. Не прощу за "походную жену" - Екатерина Гераскина

Неживых было немного — всего трое. Но этого оказалось достаточно, чтобы сердце сжалось от ужасной правды. Когда последний пал, Арагон, весь в пыли и крови, тяжело выдохнул, медленно опустился на колено рядом с изуродованным телом.

Он прикрыл глаза павшему, провёл рукой по лбу бывшего воина и тихо произнёс слова, которых я не расслышала, но знала — это были слова чести.

Генерал Дрэдмор, даже здесь, отдавал почести бойцам имперской армии.

Мы аккуратно уложили тела в углубление между валунами. Сложили руки павших на груди.

Арагон вместе с мужчинами укрыли тела камнями. Отдали им последнюю воинскую честь, прижали кулаки к груди подняли и опустили клинки.

Никто не говорил. Мы просто стояли. Каждый думал о своём. Казалось, даже воздух сгустился от скорби.

Внутри меня была та же тяжесть, что в глазах моего мужа.

Мы хоронили своих. Даже если они уже были неживыми.

В полном молчании мы продолжили путь. А когда небо стало более фиолетовым, что означало вечер в этом мире, мы добрались до следующего укрытия. Оно оказалось пустым. Ни следов, ни признаков жизни.

Арагон осмотрел всё тщательно: вход, следы сапог, стены.

— Здесь никого не было уже давно, — тихо сказал он.

Я видела, как с каждой минутой он становился всё мрачнее.

— Остаёмся здесь на ночь, — приказал наконец он, подняв взгляд на нас.

Голос его был хриплым, усталым, но непререкаемым.

Мы кивнули. Никто не возражал.

Глава 38

— Кьяра, — муж сел рядом, поставил один локоть на колено, склонился над травами, которые я перебирала у костра, поднял другой рукой стебель с редкими листьями и стал его внимательно осматривать. — Скажи мне, как, в этих ветках неопознанного происхождения, ты ориентируешься?

Я непринуждённо пожала плечами.

— Просто, — ответила я, — ты ведь знаешь, что зельеварение — это моя страсть, и у меня это хорошо получается.

Он покосился на меня, хмыкнул, передал мне стебель, потом перевязал волосы в тугой пучок, снова посмотрел на меня — я чувствовала, как он прожигает меня взглядом, — но продолжала дальше обдирать листья.

— Что ты сейчас готовишь? — спросил он.

— Восстанавливающее зелье.

Наступила тишина. Только вот пришлось выругаться про себя. Лучше бы придумала другое. Неужели попалась?

— Ты ведь помнишь, как ты учила меня его готовить. Признаюсь, не с первого раза, но я научился отличать травы друг от друга. Но среди того, что ты набрала, я ни одной травы не могу узнать: здесь растительность совершенно другого мира, другого порядка. Так как же ты тут ориентируешься в них?

Бездна!

Я вскинула взгляд. Лучшая защита, это нападение.

— Ты меня в чём-то хочешь обвинить?

— Разумеется нет, Кьяра, — он помедлил, — просто мне интересно, я рассуждаю вслух. Я не списываю всю свою силу только на физическую подготовку. В этом мире я не дракон, а значит на меня должна была накатывать слабость, усталость — что в принципе и было, когда я здесь провёл два дня. Но то, что ты нам готовишь, приносит свои результаты: чувствую прилив сил, никой слабости, головокружения, вполне сносно себя ощущаю как для человека; я уже не говорю о том, что ссадины и лёгкие порезы быстро затягиваются. Как же ты понимаешь из чего нужно готовить?

Я не знала, что сказать. Ведь я это делаю только потому, что чувствую, какие именно травы нужны в том или ином зелье — это ведьминская штука: мир со мной разговаривает, помогает.

Но ведь мужу такое не расскажешь…

— Опыт, — коротко сказала я.

А муж тихо и хрипло рассмеялся. Покачал головой.

— Опыт, значит. Кьяра, — сказал он затем, — скажи мне: на что ты рассчитывала, когда сунулась в портал и оставила меня за его пределами? Как ты планировала вернуться?

Я молчала.

— Нет, — муж улыбнулся криво, — ты уж точно не похожа на ту, которая будет действовать без чёткого плана. Когда я тебя увидел, ты что-то там прощупывала. Что именно ты собиралась там делать? Расскажи мне, с какой целью сунулась туда.

Я прищурилась на мужа; тот не отрывал от меня взгляда, ловил каждую эмоцию, каждую смену мимики. Я не выдержала его взгляда. Опустила глаза и взяла новый стебель. Справедливости ради и вправду не знала, что это за растение, просто чувствовала его свойства.

— Если ты что-то подозреваешь, говори прямо.

Он просунул руку в нагрудный карман и достал мой браслет. Я настороженно посмотрела на него. Арагон начал играть с ним, раскручивал его на