Волшебный десерт для мага. Я (не) твой сахарок! (СИ) - Елизавета Рождественская

дней. Значит, у тебя четыре дня на то, чтобы найти дирхов артефакт. Вези сюда дроу, изобретай новый, делай что хочешь, но на празднике император должен заявить о том, что оставляет трон, и провозгласить меня своим преемником! Брансы! Брансы должны были править империей, а не этот тщедушный подкаблучник! А сейчас я теряю магию, время… и всё из-за пророчества предсказателя, будь он неладен, и твоей МЕДЛИТЕЛЬНОСТИ! — послышался звон разбитого стекла. — Четыре дня, Глоустер. И не пытайся кормить меня обещаниями, иначе пожалеешь, что родился на свет… а теперь пошёл вон. ПОШЁЛ ВОН!

Сначала библиотеку накрыла звенящая тишина, затем раздались семенящие шажки, а ещё через несколько мгновений помещение покинул и отец Винсента. В том, что это был именно он, я не сомневалась.

Я ещё долго сидела в нише, слушая тревожный стук собственного сердца и не имея возможности разжать побелевшие пальцы, вцепившиеся в артефакт. Четыре дня. Невозможно… ничтожно мало для всего, кроме…

Ползком добралась до выхода, скользнула в коридор и, оглядываясь, словно трусливый заяц, долетела до комнаты. Закрылась на замок, подпёрла дверь стулом и, сорвав с себя кулон, ринулась к кровати.

— Что случилось, Никки? — всполошилась Диди. — На тебе лица нет!

Я не ответила. Прикрыла артефакт подушкой, чтобы приглушить звук и активировала. Сначала пришлось снова прослушать рассказ кухарки, а после…

— Записала! — вот теперь лёгкие смогли сделать полноценный вдох и выдох. — Каждое слово… Ошур благословенный… получилось! Значит, шанс есть.

— Вот это мы заглянули на огонёк… — присвистнула птаха.

— В нашем плане существенные изменения, Диди, — я решительно встала и подошла к шкафу, чтобы достать саквояж. — И ты сыграешь в нём немаловажную роль.

— Я? Ну вот, конечно. В проблемного парня влюбилась ты, а отдуваться мне, очень замечательно! — возмутилась Диди, но я уже не слушала.

Мне нужно было срочно написать письмо единственному человеку, который мог бы нам помочь. По крайней мере, я старалась в это верить.

'Господин Хантли!

От всей души приветствую Вас и желаю доброго здравия. Не думала, что мне придётся просить об услуге большей, чем Вы уже мне оказали, но ситуация безвыходная. Начну с того, что не была честна с Вами в нашу последнюю встречу. Вы были проницательны, впрочем, как и всегда. Мои действия продиктованы не слепой любовью. Точнее, не только ей. Винсент в беде, и я надеялась, что смогу помочь ему без лишнего шума, однако… Обстоятельства диктуют свои условия, а полученные мной сведения побуждают обратиться к единственному человеку, способному использовать их на благо империи. Господин Хантли, Леофик Бранс — предатель. Император в опасности, как и все мы. В банковской ячейке на имя Амадеи Нэвис я оставлю кулон. Это записывающий артефакт. Он активируется лёгким нажатием на маленький чёрный камень у ушка. Прослушайте всё то, что мне удалось узнать, и найдите способ донести информацию до императора. Прошу! Наверняка вы слышали о члене императорского совета Филипе Фитсерберге Нэвис. Это мой дед. Мы не общались, но, возможно, эта информация как-то поможет быстрее достичь цели, однако будьте аккуратны. Слепо доверять нельзя никому.

Искренне надеюсь на Вашу помощь. Вероника Нэвис

p. s. Код для доступа — день рождения Амелии'

Написав записку, я свернула её в крохотный свиток и убрала в ящик стола. Заперев дверь на замок, погасила магический светильник, активировала артефакт и тихо пересказала для Хантли историю Винсента с артефактом и заточением. Затем разложила всё нужное для медитации. Диди была права, заклинание поиска предполагает достаточное количество магии, а вот медитация магический фон не потревожит. Постоянная практика пошла мне на пользу, в транс вошла за считанные секунды и очень быстро оказалась там, где держат Винсента, но сейчас мужчина меня не видел. Подогнув под себя ноги, он спал на пучке прелой соломы, а рядом деловито копошилась мелкая мышь. Брезгливо пнула грызуна носком ботинка и присела, всматриваясь в любимые черты. Лицо Винса заострилось, на скулах алели свежие ссадины, а под глазами залегли чёрные тени. К горлу подступил ком… Я протянула руку и провела по лицу кончиками пальцев, едва касаясь бледной перепачканной кожи.

— Никки… — прошептал Винсент и улыбнулся, не открывая глаз. — Мой сахарок, не нужно слёз…

— Винс… — я сдавленно всхлипнула. — Да что же они натворили… Каждый… каждый ответит мне за твои страдания, за всё, что нам пришлось пережить, ответит… И папаша Бранс будет первым.

Я встала и огляделась в поисках коридора, а когда нащупала его, медленно направилась изучать пространство. Две камеры, одна из которых пустует. Небольшой закуток со столом для работников охраны, которые, к слову, спали, расточая по помещению кислый аромат дешёвого пойла.

— Выпить, значит, любите? — недобро хмыкнула. — Будет вам праздник…

Я шла, пока не упёрлась в стену, изучила каменную кладку, приложила руку и проникла сознанием сквозь толстую стену.

— Так и думала…

Глазам открылась кладовая. Значит, вход в тюремную зону будет с противоположной стороны. Отлично.

Вернулась в камеру к Винсенту, наклонилась, прижалась к холодной щеке губами и, прошептав: «Всё будет хорошо», открыла глаза в комнате для прислуги.

Диди сидела напротив, а сквозь краску, маскировавшую несколько радужных пёрышек, лился мягкий свет.

— Спасибо, — улыбнулась я птахе. — Ты мне так помогаешь, Ди.

— Будешь должна мне килограмм сахара, — деловито заявила эта вредина.

— А как же диета? — засмеялась, потрепав чёрную макушку.

— Мы ведь определили, что это всё твой дар, — парировала Ди.

— Ла-адно, давай отдыхать. Завтра нужно будет реализовать вторую часть плана.

Я юркнула под тонкое шерстяное одеяло, а Диди устроилась рядышком.

— За ужином госпожа Эмма сказала, что завтра планируется поездка в столицу за продуктами, — шёпотом пояснила я. — Обычно этим по списку, одобренному Фредигером, занимался Вильям вместе с Иридой, которая владела грамотой. Но Ириду уволили, и как теперь Вильям планирует закупку, одному Ошуру известно. А Ошуру известно, что грамотой владею я. Ну, как владею, читать немного умею, да пишу имя своё сносно. Утром я уговорю Вильяма взять меня с собой. Я ему помогу с товаром, а он в благодарность отпустит меня «больной мамке копеечку отослать». Ты поедешь в моей корзинке, с заранее привязанным посланием. Когда мы с Вильямом разойдёмся, то найдём укромное местечко, и я запущу заклинание поиска. Отыщем Хантли, и ты полетишь к нему, а я в банк. Мы должны сработать быстро, чтобы к большому рынку я подошла вовремя, без опозданий. Мне ещё трав прикупить нужно.

— Трав? — Диди приподняла голову.

— Да. Это нужно для последней части нашего плана. Той самой, где я проникаю в подземелье. Ритуал по уничтожению артефакта никто не отменял

— Ох, Никки…