Волшебный десерт для мага. Я (не) твой сахарок! (СИ) - Елизавета Рождественская

Только подумать, если бы жизнь бабушки сложилась по-другому… я гуляла бы с ней по этим улицам и паркам, а может, и мама была бы с нами, но…

В назначенное время я неуверенно открыла дверь конторы, занимавшейся подбором персонала в богатые дома и императорские резиденции. Амелия сказала, что Эрнет Хантли будет ожидать именно там, и была права. Журналист нетерпеливо поглядывал на часы, однако узнал меня не сразу.

— Какой… занимательный маскарад, Вероника, — наконец сдержанно отметил он, принимая из моих рук заготовленную в качестве доказательства коробочку трюфелей с ромом и дроблёным орехом.

— А что делать, господин Хантли… — картинно вздохнула я. — Если бы мы с Винсом знали, что наша любовь подвергнется таким испытаниям! Если бы мы только знали… Надо было бежать, но счастье сделало нас беспечными… И вот…

Я снова вздохнула, а Эрнет бросил быстрый взгляд на часы. Времени слушать мои душевные терзания у него явно не было.

— Мне очень жаль, что так вышло, Вероника, однако… Госпожа Ватерфран слегка изменила расписание приёма, — объяснил мужчина спешку. — Ещё минута, и нам придётся ждать до завтра.

До завтра я ждать никак не могла, а поэтому засеменила следом по длинному узкому коридору с множеством маленьких безликих дверей.

Собеседования не было. Меня осмотрели, сняли мерки и задали пару вопросов о цели поиска работы. После направили в отдельный кабинет, где выдали форменное платье с эмблемой конторы и рекомендации.

— Завтра подойдёте в кабинет номер десять. Там заберёте бумагу с печатью и сядете в дилижанс до особняка семейства Бранс, — отчеканила женщина, проводив нас с Хантли в коридор. — Работа не пыльная, но бездельничать не придётся.

— Работать я привыкла, госпожа, — заявила, копируя речь нашей кухарки. — Что ни день, то спина вон! Уж я постараюсь, госпожа.

Хантли кинул на меня нечитаемый взгляд, а хозяйка агентства едва заметно покачала головой и обратилась уже к журналисту:

— Я привыкла доверять вашим рекомендациям, Эрнет.

— И я не привык ими попусту разбрасываться, госпожа Ватерфран, — кивнул Хантли, и они попрощались.

Мы молча дождались, пока женщина скроется в кабинете, и вышли из здания, а затем я повернулась к мужчине и искренне поблагодарила за помощь.

— Зачем вам этот маскарад, госпожа Нэвис? — внезапно тихо спросил он, а я мгновенно ощутила себя как на допросе. — Бросаете своё дело, меняете внешность, ищете работу прислуги, и всё это ради… любви? — мужчина подозрительно прищурился. — Только ли это вами руководит?

Казалось, журналист видел меня насквозь. Я мысленно посочувствовала Амелии и, опустив глаза, постаралась выдать самую близкую к правде ложь.

— Да, господин Хантли, любовь, — театрально вздохнула и всхлипнула, заломив руки. — Когда Винса забрали, я думала, что никогда не смогу простить его обман. Он мог сказать мне о проблемах с отцом, о том, что богатый наследник и… я могла бы подготовиться… Решить что-то для себя и уж тем более не допускать такого глубокого чувства, что корнями оплело моё сердце! Однако… время идёт, а я не могу ни спать, ни есть… Единственное, чего я сейчас хочу — быть рядом. Возможно, увидев его, мне станет легче. Возможно, я смогу перенести своё дело ближе к любимому, чтобы видеть его хоть изредка, хоть издалека… Даже если семья Винсента найдёт ему более достойную их рода женщину… Я просто буду рядом… смотреть на него, дышать им…

Кажется, сработало. Судя по выражению лица Хантли, ему было отчаянно неловко слушать весь этот влюблённый бред, и он поспешил свернуть диалог.

— К-хм… Ваша самоотверженность восхищает, госпожа Нэвис, — произнёс он поспешно. — Что ж, если нужна будет помощь — обращайтесь.

Слегка поклонившись, Эрнет Хантли меня покинул, а я тихонько свистнула, призывая Ди, всё это время сидевшую на лавочке возле здания.

— Ну что? — поинтересовалась птаха, усаживаясь на плечо. — Удалось?

— Да, Диди, — улыбнулась, стараясь сдержать внутренний мандраж. — Мы ещё на шаг ближе к цели.

Глава 23

Не все так просто

— Садись, — на стол со звоном опустилась плошка с молочной кашей. — Сегодня хозяин в замке, работы будет по горло.

— Спасибо, — поблагодарила я кухарку, усаживаясь и пододвигая к себе тарелку. — Хозяин? Это который на работу меня принимал?

— Да что ты, детка, — отмахнулась женщина и налила в грубые глиняные кружки чай. — Чтоб хозяин на такие мелочи время тратил! Тебя Фредигер нанимал, управляющий наш. Ох и слизняк! Сколько через него денег прошло, а всё на содержание замка крохи выделяются.

— Чего это? — проявила я интерес. — Не уж-то свой карман набивает?

— А ты думаешь что? Сиротам последний хлеб отдаёт? У нас-то замок на отшибе стоит, пожалован был господину Брансу за заслуги какие-то, да не нужен он ему. Наняли нас из деревеньки соседней, что теперь Брансам и принадлежит, да лишь для того, чтобы замок не развалился. Оно ж камень, а без человека словно умирает. Вот. Управляющего из города прислали, а он возьми да начни порядки свои чинить. С нами разговоров вести не желает, всё письма ему пиши, а мы что? Писать, что ли учены? — всплеснула кухарка руками. — Я ж только имя своё писать и умею. Так вот нашли из нас самую образованную, Ириду Освен. Её мамка из города была, обучала до десяти лет, а потом с хворью слегла, да так и не оправилась. Пришлось Ириде взять на себя заботу о младшем брате, да носить на дом подработку всякую. Кому поштопает, кому корзину сплетёт. А вырос братец, так она и нанялась служанкой в замок вместе с нами. Вот через неё мы послания управляющему и отправляли. Сломается что, или продукты закупить. Однако Фредигер, эта плешивая улитка, всё причины выискивал, чтобы меньше потратить. То мясо привезёт, будто скотина от холеры издохла, то крупы прогорклые. Про починку замка и наше жалование вообще молчу, хорошо если вовремя, да так урежет за малейшую провинность, что хоть плачь, хоть дерись. А что? Хозяин с семьёй приезжали только пару раз за всё время, что я здесь работаю. Знай себе, сиди королём. Но теперь-то хозяин в замке, — женщина усмехнулась. — Не забалуешь. И продукты хорошие откуда-то взялись, и крыша протекать перестала. Змей как есть, говорю тебе, этот Фредигер!

Я уплетала кашу, которая оказалась очень даже вкусной, наваристой и в меру сладкой, и внимательно слушала словоохотливую кухарку. За пару дней, что работала в замке, мне не удалось узнать о Винсенте ровным счётом ничего. Ни единого намёка на то, что здесь содержат пленника. Обычный замок, обычные рабочие будни прислуги, разговоры о деньгах и семьях, которые ждали где-то там.